Евгений Пермяк
Перо и чернильница [сборник]
От автора
Дорогой юный друг!
С каждой новой книгой появляются у тебя новые знакомые. Найдёшь ты их и здесь. Разные это люди. Хорошие и не очень хорошие… такие, на которых ты, наверно, не захочешь походить. А вот кто какой — можно узнать, только прочитав книгу. Внимательно. Не торопясь. Потому что торопливый читатель и хорошего может принять за плохого. Мало ли славных мальчиков и девочек, которые немножечко в чём-то ошибаются… Что-то не понимают… Не понимают что-то и кажутся плохими…
Ну, да ты сам разберёшься и решишь, кого тебе брать в свои знакомые, а кого нет.
Читай и решай!
Автор
Кто?
Заспорили как-то три девочки: кто из них лучшей первоклассницей будет.
— Я буду лучшей первоклассницей, — говорит Люся, — потому что мне мама уже школьную сумку купила.
— Нет, я буду лучшей первоклассницей, — сказала Катя. — Мне мама форменное платье с белым фартуком сшила.
— Нет, я… Нет, я… — спорит с подругами Леночка. — У меня не только школьная сумка и пенал, не только форменное платье с белым фартуком есть, мне ещё две белые ленточки в косички подарили.
Спорили так девочки, спорили — охрипли. К подружке побежали. К Маше. Пусть она скажет, кто из них самой лучшей первоклассницей будет.
Пришли к Маше, а Маша за букварём сидит.
— Не знаю я, девочки, кто самой лучшей первоклассницей будет, — ответила Маша. — Некогда мне. Я сегодня должна ещё три буквы выучить.
— А зачем? — спрашивают девочки.
— А затем, чтобы самой плохой, самой последней первоклассницей не оказаться, — сказала Маша и принялась снова читать букварь.
Притихли Люся, Катя и Леночка. Не стали больше спорить, кто лучшей первоклассницей будет. И так ясно.
Перо и чернильница
— Скажи, дедушка, — как-то спросил Серёжа, — откуда ты сказки берёшь?
— Из чернильницы, мой дружок, из чернильницы.
— А как ты их оттуда достаёшь, дедушка?
— Ручкой с пёрышком, милый внук, ручкой с пёрышком.
— Как рыбу удочкой?
— Да нет, мой маленький, так сказку не выудишь, — говорит дедушка. — Сперва из чернильницы нужно добыть палочки да научиться их в тетрадку переносить. А потом и сказка может зацепиться.
Поступил Серёжа в школу. Стал из чернильницы сказку добывать. Сначала палочки. Потом крючки. Потом буквы. А потом и слова. Много тетрадок исписал Серёжа, а сказка не зацепляется.
— Почему это, дедушка, так? Может быть, чернила у меня жидкие, или чернильница мелкая, или перо тупое?
— Не горюй, Сергей! — утешает дед. — Придёт время — не только сказку, а может быть, что-нибудь покрупнее вытащишь… Если, конечно, не в одну чернильницу смотреть будешь, если без людей, сам по себе, жить не начнёшь — тогда и чернила будут гуще, и чернильница глубже, и перо острее…
Не всё тогда понял малый, а дедову притчу запомнил. На ус намотал — другим пересказал.
Для чего руки нужны
Петя с дедушкой большими друзьями были. Обо всём разговаривали.
Спросил как-то дедушка внука:
— А для чего, Петенька, людям руки нужны?
— Чтобы в мячик играть, — ответил Петя.
— А ещё для чего? — спросил дед.
— Чтобы ложку держать.
— А ещё?
— Чтобы кошку гладить.
— А ещё?
— Чтобы камешки в речку бросать…
Весь вечер отвечал Петя дедушке. Правильно отвечал. Только по своим рукам обо всех других судил, а не по маминым, не по папиным, не по трудовым, рабочим рукам, которыми вся жизнь, весь белый свет держится.
Торопливый ножик
Строгал Митя палочку. Строгал да бросил. Косая палочка получилась. Неровная. Некрасивая.
— Как же это так? — спрашивает Митю отец.
— Ножик плохой, — отвечает Митя, — косо строгает.
— Да нет, — говорит отец, — ножик хороший. Он только торопливый. Его нужно терпению выучить.
— А как? — спрашивает Митя.
— А вот так, — сказал отец.
Взял палочку да принялся её строгать потихонечку, полегонечку, осторожно.
Понял Митя, как нужно ножик терпению учить, и тоже стал строгать потихонечку, полегонечку, осторожно.
Долго торопливый ножик не хотел слушаться, торопился: то вкривь, то вкось норовил вильнуть, да не вышло. Заставил его Митя терпеливым быть.
Хорошо стал строгать ножик. Ровно. Красиво. Послушно.
Первая рыбка
Юра жил в большой и дружной семье. Все в этой семье работали. Только один Юра не работал. Ему всего пять лет было.
Один раз поехала Юрина семья рыбу ловить и уху варить. Много рыбы поймали и всю бабушке отдали. Юра тоже одну рыбку поймал. Ерша. И тоже бабушке отдал. Для ухи.
Сварила бабушка уху. Вся семья на берегу вокруг котелка уселась и давай уху нахваливать:
— Оттого наша уха вкусна, что Юра большущего ерша поймал. Потому наша уха жирна да навариста, что ершище жирнее сома.
А Юра хоть и маленький был, а понимал, что взрослые шутят. Велик ли навар от крохотного ершишки? Но он всё равно радовался. Радовался потому, что в большой семейной ухе была и его маленькая рыбка.
Как Маша стала большой
Маленькая Маша очень хотела вырасти. Очень. А как это сделать, она не знала. Всё перепробовала. И в маминых туфлях ходила. И в бабушкином капоте сидела. И причёску, как у тёти Кати, делала. И бусы примеряла. И часы на руку надевала.
Ничего не получалось. Только смеялись над ней да подшучивали.
Один раз как-то Маша вздумала пол подметать. И подмела. Да так хорошо подмела, что даже мама удивилась:
— Машенька! Да неужели ты у нас большая становишься?
А когда Маша чисто-начисто вымыла посуду да сухо-насухо вытерла её, тогда не только мама, но и отец удивился. Удивился и при всех за столом сказал:
— Мы и не заметили, как у нас Мария выросла. И не только пол метёт, но и посуду моет.
Теперь все маленькую Машу называют большой. И она себя взрослой чувствует, хотя и ходит в своих крошечных туфельках и в
