Ханс-Георг Ноак - По эскалатору вниз

Надо что-то придумать — не в смысле выхода: его все равно не было, — но нечто такое, что обратило бы на себя внимание. И чтоб мама об этом прознала. Она — прежде всего, ведь она первая его от себя отстранила.

И господин Мёллер пусть об этом услышит. Если бы он не отнял у него маму, все наверняка пошло бы иначе. И Аксель, да, он тоже, он со своим вопросом: «А мне одна перепадет?» И Эльвира. И его отец. И господин Катц, и господин Шаумель, и сестра Мария. Пусть все узнают, что Йоген не сдается.

Но что сделать? Неважно что, главное — поэффектнее. Чем бессмысленнее, тем лучше. Только бы освободиться — от мамы и от интерната.

— Да, говорит Катц!

— Уголовная полиция. Господин Катц, сразу хотим вам сказать, чтобы вы больше не беспокоились по поводу вашего воспитанника Юргена-Йоахима Йегера. Мы его сегодня задержали. Парень, видать, совсем сбрендил. Представьте только: четыре магазинных кражи средь бела дня — и ни разу не попадался. Украденное роздал, как он говорит, маленьким детям на улице. Потом, уже ближе к вечеру, обчистил киоск на одной из оживленных улиц. Никто ничего не заметил. Мы б и не узнали, если б он сам не рассказал. Это вчера было. Потом, если верить его словам, он разбил стекла в одной квартире, но говорить, где именно, не хочет, а жалоб не поступало. Во всяком случае, пока. В киоске он взял немного денег. И напился. А потом уселся на ступеньках у входа в магазин своего отчима и заснул, пока наш наряд его не разбудил.

— Но все это звучит как полнейший бред! Он в своем уме?

— Не знаю. Вроде не похоже, но установить это сможет только психиатр.

— Что он сказал, когда его задержали?

— Немного. «Наконец-то!» — сказал он. Только и всего.

— В любом случае благодарю вас за информацию. Где он сейчас?

— Пока под стражей. Возможно, его потом и отпустят. Он сознался в целой куче преступлений, даже в тех, которые были совершены им в неподсудном возрасте. Собственно, особых причин для задержания у нас нет. Но представьте себе: он не хочет уходить! Следователю он сказал: «Оставьте меня лучше тут!» И еще спросил: «А книжки читать в камере разрешают?» Странный парень. Ну так всего наилучшего, господин Катц!

Господин Шаумель освободил шкафчик Йогена и тщательно составил перечень предметов, которые надо было переслать родителям. Потом велел одному из подростков поменять белье на кровати Йогена и пошел к себе в кабинет.

«Я это с первого дня знал, — думал он. — Как только увидел его. Этот Йегер из тех, от кого неприятностей не оберешься. Когда столько лет на такой работе, людей насквозь видишь».

И еще он подумал: интересно, что за новенький придет на его место?

1

1