Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 48
– Никакие не враки! Слышно уже, как они рычат.
– Ну и пусть рычат, меня это не касается, – сказал Фелек.
– Небось не так запоешь, когда на тебя лев накинется.
– Что мне лев! Я его в два счета одолею!
– Ах ты хвастунишка! Со львом тягаться вздумал. Поглядите на него: молоко на губах не обсохло, а туда же, храбреца из себя строит!
Идет Фелек дальше и слышит: солдаты друг другу рассказывают, будто Бум-Друм целый корабль ядовитых змей прислал. Слухи, один невероятнее другого, ширились, обрастали подробностями, а Фелек посмеивался и говорил: «Враки!» Солдаты кричали, чтобы он сейчас же замолчал: «Не то беду на всех накличешь своим дурацким смехом!»
Как легко попались солдаты на удочку!
И неудивительно. Несколько дней беспрерывных боев вконец измотали их. А им сулили легкую победу. У Матиуша, говорили, пороха нет, и он сразу сдастся в плен. Обманутые солдаты стали нервничать, а тут еще бессонные ночи, тоска по дому. Вот они и готовы были любой небылице поверить.
«Сколько раз мне в жизни везло, может, и на этот раз повезет», – подумал Матиуш, выслушав донесение Фелека.
Ночью солдаты бесшумно вылезли из окопов и заняли ближайшую к городу линию укреплений. Из зверинца привезли клетки с тиграми и львами. Половина негритят осталась возле клеток. Остальные по десять человек разошлись по всем частям, чтобы создалось впечатление, будто их очень много.
План операции был вот какой.
Утром враги откроют огонь по окопам и, не услышав ответных выстрелов, пойдут в атаку. Ворвутся в окопы, а там – ни души. Они обрадуются, закричат «ура». Еще бы не радоваться: город виден как на ладони – значит, будет богатая добыча, еда, питье. И вот тогда негритята ударят в барабаны, устрашающе завопят и откроют клетки с дикими зверями. А чтобы звери бежали на вражеские позиции, вдогонку им пустят стрелы. В неприятельских окопах начнется паника, суматоха, переполох. Матиуш выступит во главе конницы, а за ним – пехота.
Битва предстоит страшная. Но надо раз и навсегда проучить этих наглецов.
Успех как будто обеспечен. Главное – захватить их врасплох.
И еще. По распоряжению Матиуша в окопах оставили бочки с пивом, водку, вино. А возле клеток нагромоздили вороха соломы, бумаги и хвороста, чтобы поджечь, когда откроют клетки. Это еще больше разъярит зверей, и потом, была опасность, как бы звери не кинулись на своих.
Кто-то даже посоветовал выпустить змей.
– Со змеями лучше не связываться, – авторитетно заявила Клу-Клу. – Они очень своенравны. А насчет львов будьте спокойны.
Однако у противника тоже был свой план.
– Завтра мы во что бы то ни стало должны вступить в город, – заявил на военном совете Молодой король. – Иначе нам несдобровать. Мы находимся вдали от своих стран, и приходится оружие и продовольствие возить по железной дороге. А Матиуш у себя дома, у него все под боком. В этом отношении ему сражаться возле города хорошо. Но с другой стороны, плохо, потому что население легко поддается панике. И вот, чтобы нагнать на них еще больше страха, наши аэропланы завтра утром сбросят на город бомбы. И жители заставят Матиуша сдаться. Но надо подумать, как бы свои солдаты не дали тягу. Поэтому мы установим в тылу пулеметы и, если они побегут, откроем по ним огонь.
– Как, стрелять по своим?
– Или мы завтра будем в городе, или нам крышка! – отрезал Молодой король. – Солдат, который покидает поле боя, не свой, а враг.
Солдатам объявили, что завтра – генеральное сражение.
«Нас трое, а Матиуш – один, – говорилось в приказе. – У него нет ни пороха, ни пушек. Население столицы восстало. Голодные, оборванные солдаты отказываются сражаться. Завтра мы займем столицу Матиуша, а его захватим в плен.»
Пилотам выдали бензин и бомбы и приказали на рассвете вылетать.
Солдаты очень удивились, увидев позади окопов пулеметы.
– Пулеметы нужны для обороны, а не для атаки, – объяснили им офицеры.
Но солдатам это показалось подозрительным.
Ночью никто не спал: ни в лагере Матиуша, ни в стане врагов.
Кто чистил винтовку, кто писал письма, прощаясь перед боем с родными.
Стояла мертвая тишина. Только слегка потрескивали костры да громко стучали солдатские сердца. Начало светать.
Землю окутывал предрассветный туман, когда пушки открыли огонь по окопам Матиуша. Пушки бабахают, а в лагере Матиуша раздается веселый смех.
– Ишь палят! Видать, порох у них куры не клюют! – издеваются солдаты.
А Матиуш стоит на пригорке и смотрит в полевой бинокль.
– Пошли в атаку!
Кто бегом, кто ползком. Все больше солдат вылезают из окопов, поначалу боязливо, а потом смелей. Одним тишина в окопах Матиуша придает смелость, других – пугает.
Вдруг над головой загудело. Это двадцать аэропланов поднялись в воздух и полетели прямо на город. А у Матиуша всего пять аэропланов. Во время хозяйничанья ребят больше всего пострадали аэропланы: мальчишек интересовало, что у них в середке и почему они летают.
Начался ожесточенный воздушный бой. Шесть вражеских аэропланов было сбито. У Матиуша все аэропланы вышли из строя.
Сначала сражение разворачивалось, как было предусмотрено на военном совете.
Противник занял первую линию укреплений, и раздались торжествующие вопли:
– Ага, удрали! Нечего было соваться, раз кишка тонка! Драпанули так, что даже водку выпить не успели!
То один, то другой откупорит бутылку и, отхлебнув, говорит:
– Водка что надо! Попробуй-ка!
Пьют, хохочут, орут и не прочь уже здесь заночевать.
– Куда спешить, нам и тут хорошо.
Но Молодой король был непреклонен и упрямо повторял:
– Мы должны сегодня занять город.
Подтянули пушки и пулеметы. Раздалась команда:
– В атаку!
Солдатам неохота идти: в голове шумит, ноги заплетаются Но приказ есть приказ. «Надо поскорей отделаться», – думают солдаты и, не пригибаясь, идут по открытому месту, потом бегут к последней перед городом линии укреплений.
И тут вдруг загрохотали пушки, застрекотали пулеметы, посыпался град пуль и… засвистели стрелы.
А в довершение всего воздух прорезал нечеловеческий вопль, оглушительно забили барабаны, затрещали трещотки, задудели дудки. Необычайный концерт гремел с нарастающей силой.
На гребнях траншей, как из-под земли, выросли черные воины. Росточка вроде небольшого или только издали так кажется? Как будто немного их, но у подвыпивших солдат в глазах двоится и кажется им: на них надвигается целая рать.
А тут, оглушенные выстрелами, из раскаленных клеток выскочили разъяренные львы и тигры и огромными скачками ринулись на врага. Сто убитых не произвели бы такого впечатления, как один, растерзанный тигром. Смерть от пули на войне – дело обычное, а такого еще никто не видывал. Словно клыки дикого зверя страшней стальной пули.
Началась кутерьма. Одни, обезумев от страха, побросали оружие и побежали прямо на колючую проволоку. Другие повернули назад, но их встретили пулеметными очередями. Думая, что они в окружении, солдаты падали на землю или поднимали руки вверх.
Конница, которая должна была поддержать атаку, на полном скаку налетела на собственные пулеметы, топча всех и разгоняя.
Дым коромыслом. Пыль столбом. Неразбериха. Кавардак. Проходит час, второй…
Впоследствии историки, как водится, описывали это сражение каждый по-своему, но все сходились в одном – такой страшной битвы свет не видывал.
– Эх, хоть бы часика на два хватило еще пороха и пуль! – Военный министр чуть не плакал.
Но пороха и пуль не было.
– Конница, вперед! – скомандовал Матиуш и вскочил на белого коня.
Расчет был верный – воспользоваться паникой и гнать, гнать неприятеля подальше от столицы, чтобы он не узнал, не догадался, что не войско Бум-Друма, а жалкая горстка негритят да десятка два диких зверей обеспечили Матиушу победу.
Уже сидя в седле, бросил он последний взгляд на столицу и. обмер.
Нет, не может быть. Это недоразумение. Ему просто померещилось.
Но, увы, это была правда.
На городских башнях развевались белые флаги. Столица сдавалась.
В столицу помчались гонцы с приказом:
«Немедленно сорвать эти белые тряпки, а трусов и предателей к стенке!»
Но было уже поздно.
Враги заметив белые полотнища позора и неволи, оторопели от неожиданности, но растерянность длилась лишь один миг. В бою страх, надежда, отчаяние, жажда мести быстро сменяют друг друга.
Солдаты, точно протрезвев, протирают глаза Что это – сон или явь? Пушки Матиуша молчат, львы и тигры, с зияющими ранами, бездыханные, лежат на земле. Белые флаги в голубом небе означают, что город сдается.
– Вперед! – скомандовал Молодой король, быстро смекнув, в чем дело.
– Вперед! – повторили офицеры.
Солдаты стали строиться, поднимать брошенные винтовки. Матиуш видит, что происходит, но сделать ничего не может. Белые флаги исчезли. Но что толку? Поздно. Неприятельские солдаты сомкнутыми рядами идут в атаку, перерезают колючую проволоку.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 48
