Шарон Крич - Странница

— Мы отыщем мост, с которого спрыгнул Бомпи, — мечтал я.

— И то место, где перевернулся автомобиль с Бомпи, — добавил Брайан.

— И где Бомпи крестили, и он укусил священника, — заключила Софи.

Пожалуй, пора заканчивать непутёвый дневник.

Пока-пока.

Вот я и дома, как хорошо возвратиться домой! Коди и Брайан тоже приехали ко мне на пару недель.

Должна сказать, что мои теперешние родители ужасно рады, что я вернулась целой и невредимой. По ночам они заходят в мою комнату, садятся на край кровати и, стоит мне открыть глаза, спрашивают: «Все хорошо? Тебе ничего не нужно?» — а я отвечаю: «Все просто замечательно».

В день моего приезда папа устроил барбекю с цыплятами и моей любимой кукурузой.

— М-м, прелестный цыпленок! — промычал Коди.

— М-м, прелестная печеная кукуруза! — подтвердил Брайан.

На десерт мы съели огромное количество шоколадного пломбира. После этого Брайан заявил:

— Чувствую, придется показать им, как печь яблочный пирог.

Вчера мы с Коди и Брайаном стояли на берегу Огайо и смотрели, как течение уносит ветки и листья под железнодорожный мост и дальше, за излучину.

— Разве вам неинтересно, что там, за излучиной? — спросил Коди.

— Ты там бывала, Софи? — заинтересовался Брайан.

— Нет, пока еще не бывала, — призналась я.

— Что ж, — продолжил Коди, — как вы думаете, не пора ли развернуть ту штукенцию, ветреницу, на «Синей страннице» да и в путь?

— Как только раздобудем эти деревянные штукенции — весла, — ответила я.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — заливался Брайан.

Я больше не летаю в страну грез, не попадаю в страну мулов. Я живу здесь и сейчас. Закрывая глаза, я еще вспоминаю запах моря, но чувствую себя так, словно окунулась в чистую прозрачную воду и вышла из нее чистой и обновленной.

Пока-пока, Бомпи. Пока-пока, море.