Ознакомительная версия. Доступно 5 страниц из 28
– Извините, мы не нарочно, мы больше не будем… – затянули они.
– Кошмар! Я не могу слушать этот вой, – Эмма с улыбкой заткнула пальцами уши. – Если бы я думала, что вы можете сломать что-то нарочно, я бы не пустила вас в дом. И я не сомневаюсь в том, что вы раскаиваетесь и не собираетесь дёргать тормоза в других машинах. Так что не будем тратить слова попусту. Мой гараж вы, видимо, полностью исследовали. Подождите, я вам кое-что принесу.
Через минуту Эмма вернулась с огромной спортивной сумкой.
– Держите. Это называется роликовые коньки. Но, чур, кататься во дворе и надеть защиту. На гномах, конечно, всё заживает быстрее, чем на собаках, но я не хочу быть причиной разбитых коленок.
К Толстому, Профессору и Малышу присоединились Белочка и Трюфель. Через открытую раздвижную дверь слышался их радостный визг и лай. Лаял, скорее всего, Трюфель, а вот кто визжал, он или гномы, не разобрать.
– Тётя Эмма…
Янка так и сидела на диване, даже не улыбнувшись.
– Что, милая?
– Тётя Эмма, а почему я их не вижу? Ну, других фей? И прочих. Если я – фея, я должна их видеть, правда?
– А почему же ты решила, что не видишь? Ещё как видишь. Разве математику тебе преподавала невидимка? Незаметность – это вопрос желания. Как тебе хочется, так и будет. А, кажется, я поняла, о чём ты. Пока ты не стала феей, ты действительно не замечала других фей, если они сами не хотели быть замеченными. Теперь ты их видишь всегда, и что? Это те же самые люди на улице, в метро. Ты просто не заметила никакой разницы.
– Значит… Ну, значит, я не исчезну, если я фея? Правда?
Янка повеселела. Эмма засмеялась:
– Яна, ну что же ты не спросила сразу? Мне приходится догадываться, что тебя тревожит, а я давненько была маленькой девочкой, и плохо помню, что их расстраивает. Незаметности, милая моя, надо научиться. Она не собака, внезапно на людей не нападает. Поняла?
Эмма прикоснулась указательным пальцем к Янкиному носу.
– И родители? Они меня будут видеть? Они не перестанут меня замечать?
Эмма секунду на неё смотрела, а потом расхохоталась так, что пришлось вытирать слёзы.
– Ну конечно, глупая! Ты не станешь невидимкой для своих родителей. Точнее, уже не стала. Скажу тебе по секрету, они увидят тебя всегда. Даже если ты очень захочешь остаться незамеченной. Так что оставь свои мысли о конфетах, стянутых со стола на глазах у мамы, – сказала Эмма нарочито строгим голосом и погрозила пальцем.
Янка улыбнулась первый раз с тех пор, как поняла, что отличается от обычных людей. Она с папой и мамой всё-таки одной породы. А то она уже решила, что разных.
* * *
В стеклянную, от пола до потолка, стену, выходившую в парк, врезался Малыш. Не справился с роликами. Сполз по ней, как мокрая тряпка.
– Ты в порядке, милый? – крикнула Эмма.
Малыш, не вставая, показал большой палец. Подъехали Толстый и Профессор, попытались его поднять, упали сами. Не вставая, на карачках, за ноги потащили Малыша с газона.
– Тётя Эмма? – спросила Янка, глядя, как они скрываются за углом.
– Да?
– А гномы в Москве есть?
– Гномов практически нет. Не приживаются. Для них Москва слишком большой и суетливый город. Так что гномы, как правило, селятся в маленьких городках, в провинции.
– Эти вон довольные, как слоны, – кивнула Янка на стекло, где остались отпечатки лица и рук Малыша.
– Есть исключения. Но и они, наигравшись, скорее всего, заскучают и захотят домой.
– Тётя Эмма?
– Да?
– А вы летать умеете?
– Конечно. Иначе какая из меня ведьма?
– Хм. В фейской квартире я тоже летала.
– Я же говорила, что здесь ты тоже можешь.
– А почему я не летала?
– Потому что не знала, что можешь.
– А почему я не вижу других? Ну, летающих? Если я могу видеть фей…
– Где, в Москве? – подняла брови ведьма. – А ты часто смотришь вверх?
– Да нет.
– И не надо. В Москве практически никто не летает. Что ты! Столько проводов… это смертельно опасно.
– А-а. Тётя Эмма?
– Да?
– А почему Малыш из окна выпал? Он мои крылья надел, игрушечные, хотел полететь, но свалился. Мы думали – насмерть. Там, у себя, он с такими же летает.
– Вот глупыш. Он же гном. А это всё-таки не гномья страна. Там, у себя они летают, у нас с этим строже.
– Тётя Эмма?
– Да.
– А что мы будем делать? С Клавдией. Надо же что-то делать. Я же вернусь домой, когда-нибудь, да?
Янка посмотрела на ведьму щенячьими глазами.
– Конечно, милая, вернёшься. И, надеюсь, скоро. Зови своих друзей, я думаю, они уже наигрались. И мы всё обсудим.
* * *
Эмма сидела во главе стола для совещаний в своём кабинете. Он был не меньше комнаты со стеклянной стеной, выходящей в сад.
– Итак, милые мои, – сказала она после того, как гномы и примкнувшая к ним фея все рассказали, – ситуация очень непростая. Нет, Яна, специальной фейской милиции не существует. И ведьминской тоже. Попросить арестовать Клавдию нам некого. Придётся выкручиваться самим. Причём вам самим. У нас не принято лезть в чужие дела. Советом я вам помогу, и не только советом, но за вас делать ничего не буду, вы уж на меня не обижайтесь. Кстати, Яна, это дело не совсем и твоё тоже. Если хочешь, отправляйся домой. Клавдия тебя не потревожит. Мы найдём способ сообщить ей, что ты вышла из игры, и она отстанет.
Янка покачала головой:
– Нет, спасибо, я с ними. Поиграю, – добавила она с грозой в голосе.
– Ты уверена? Даже я не могу предсказать, чем это всё кончится. Не передумаешь?
– Да. То есть, нет, не передумаю. Я с ними. Они тут ничего у нас не знают. Тётя Эмма, они ведь даже дорогу переходить не умеют. Как они без меня?
– Ну что ж, это твоё решение, и за его последствия придётся отвечать тебе самой. Жаловаться будет не на кого. Ты понимаешь?
– Да, понимаю, – кивнула Янка.
Белочка потихоньку пожала ей руку.
– Тогда давайте думать, с какой стороны взяться. Что вам наказывала Августа?
– Крёстная? Гхм, – откашлялся Профессор. – Найти, как королева, то есть Клавдия, отправляет вещи из вашего мира в наш. Ну и это, как же его… А, пресечь. Доклад окончен, – зачем-то добавил он.
– Непростое задание. А вы ещё дети. Здесь дети, – ответила Эмма на возмущённо-удивлённые взгляды гномов. – Но, если Августа послала именно вас, значит, она уверена, что вы справитесь. Я её не первый век знаю, и не могу сомневаться в правильности её выбора. Каков же ваш план, если не секрет?
– Ну… – Толстый поковырял пальцем ладонь, – план у нас… План у нас… План…
– Да нет у нас никакого плана, – честно призналась Белочка.
– А когда нам было его придумывать, мы только и делали, что от Клавдии убегали, – оправдывалась Янка.
– Хорошо, хорошо, давайте подумаем вместе. Для того, чтобы, как сказал Профессор, пресечь передачу предметов материальной культуры…
– Чего? – перебил Эмму Малыш.
– Вещей, товаров. Чтобы пресечь их передачу из нашего с Яной мира в ваш, нужно сделать что? О-о-о…
Эмма заговорила, как учительница на уроке.
– О-о-о? – протянули за ней гномы.
– Об…
– Обмануть? – предложил вариант Толстый.
– Обогнать? – засомневалась Белочка.
– Обругать? – сказал Малыш и застеснялся. Вообще-то он тщательно запоминал новые ругательства нового мира.
– Обворовать? Обдубасить? – хором предположили Профессор и Янка.
– Ох! – удивлённо вздохнула Эмма. – Кажется, я вас недооценивала. Мда. Ну, почти угадали, скажем, так. И не обдубасить, а отдубасить. Вы должны обнаружить, где и как Клавдия получает вещи. То место, где это происходит. И тех людей или феев, которые ей помогают. Без помощников, одна, она бы не справилась.
– Да как же мы это найдём? – расстроилась Янка. – Нам что, всю Москву обыскать? Так мы до старости проищем.
– Конечно, если вы намерены пройти по каждой улице и заглянуть в каждый дом. К счастью для вас, Клавдия оставляет следы. И очень заметные.
– Грязные следы? – уточнила Янка. – Ноги не вытирает?
– Нет. Всё проще. Чем Клавдия расплачивается за вещи, которые здесь получает? Попробуйте угадать.
– Золотом, – догадались все хором.
– Правильно, – улыбнулась Эмма. – Яна, часто ли в Москве попадаются золотые монеты?
– Нет, вообще не попадаются. Ну, кроме тех, что у Белки.
– Конечно. Вы поняли, как всё просто? Находите золотые монеты, узнаете, где их взяли, и вы у цели.
– Тётя Эмма, – серьёзно сказала Янка, – искать в Москве монеты ещё труднее, чем Клавдию.
– Проще, милая, куда проще.
– Как?
– По запаху.
– Что???
* * *
Когда гномы успокоились, Эмма продолжила:
– Ещё раз повторяю, вам не придётся бегать на четвереньках как собачки, и засовать нос в каждый кошелёк. Золото очень сильно пахнет. А у гномьего золота запах особый. Сейчас я вас научу. Белочка, можно твой мешочек с монетами? Спасибо.
Эмма встряхнула мешочек, который грызла Янка, и он развязался сам собой. Монеты со звоном высыпались на тёмное полированное дерево.
Ознакомительная версия. Доступно 5 страниц из 28
