Иосиф Прут - Неподдающиеся

��Слушай, кинематограф от тебя не убежит, не пора ли, дружок, заняться более серьезным?

��Чем именно?

��Несмотря на твою молодость, у тебя уже большой жизненный опыт. Пиши-ка ты пьесу для театра!

Так, по совету близких и дорогих мне людей, я стал еще и театральным драматургом. В очень короткий срок я написал пьесу о революционном бронепоезде с весьма символическим названием �Князь Мстислав Удалой�.

Если читатель заинтересуется, то в подшивках газет и журналов тех лет он обнаружит множество рецензий, в основном хвалебных, по поводу этого первого моего произведения для театра.

Владимир Иванович Немирович-Данченко, прочитав �Мстислава�, сказал мне:

��Ваша пьеса обречена на успех.

Тут я снова вернусь к Юрочке Завадскому.

Дом Леонидовых, гостеприимных, очаровательных людей, обычно был полон молодежи. Его двери оставались всегда открытыми для Юры, Сережи Вахтангова и меня.

Я часто ходил с Сережей в студию его отца. Ходил туда и после смерти Евгения Багратионовича. Мы старались попасть на спектакли, где главную роль играл наш друг � любимец Вахтангова � Юрий Завадский.

Незадолго до премьеры, придя на репетицию �Турандот� (чуть ли не генеральную), я спросил в антракте у Завадского:

��Скажи мне, Юрочка, что, кроме восторженной рецензии, я могу сделать для этого потрясающего спектакля?

��Достань, газетчик, цветных тряпок!

��Зачем?

��Для оформления сцены. Я знаю, что нужного количества Вахтангову не хватает.

И, представьте себе, я � достал! Принес Надежде Михайловне около двух килограммов этого материала, собранного по тряпочке у всех моих тогдашних знакомых и подруг женского пола.

Благодарность последовала немедленно: Евгений Багратионович � через Завадского � передал мне два пригласительных билета во второй ряд � на премьеру!

Юрию Александровичу в ту пору исполнилось уже двадцать восемь, но Калафу, которого он блистательно изображал, можно было дать максимум двадцать.

Господи! Что только он ни выделывал, этот неугомонный Юрочка! У меня создалось впечатление, что во время одного из объяснений с дамой своего сердца он прыгнул� выше своего роста! Думаю, это и покорило принцессу Турандот � несравненную Цецилию Мансурову. Такого Калафа она ждала всю свою � так тревожно начатую � жизнь.