цилиндре.
[Много догадок об авторстве статьи в «Трибьюн» с яростными нападками на Черчилля за подписью «Томас Рейнсбороу»[578]. Некоторые думают, что это Фрэнк Оуэн[579], но я в это не верю.]
8.5.42
По словам У.[580], будет подписан настоящий англо-русский альянс и русская делегация уже в Лондоне. Я в это не верю. Турецкое радио (думаю, уже некоторое время это самый надежный источник информации) утверждает, что в грядущей битве и немцы, и русские собираются использовать ядовитый газ.
[Большое морское сражение разворачивается в Коралловом море[581]. С обеих сторон заявляют о таком количестве потопленных врагов, что не знаешь, чему верить. Но, судя по готовности японского радио говорить об этом сражении (которое они уже назвали Битвой в Коралловом море), видимо, они рассчитывают достичь своих целей.
Моя догадка насчет личности «Томаса Рейнсбороу»: это Том Уинтрингем. (Точно!)
(30.5.42 Уинтрингем отрицает свое авторство, но я все равно думаю, что их написал он.)[582]]
11.5.42
Снова предупреждение о газах (в речи Черчилля) прошлым вечером. Думаю, мы тоже начнем его использовать, не пройдет и нескольких недель.
Из японской радиопередачи: «Воздавая должное патриотическому духу корейцев, правительство Японии приняло решение ввести в Корее обязательную военную службу».
Слухи о дате немецкого вторжения в Британию: 25 мая.
15.5.42
Я видел Криппса в среду, впервые разговаривал с ним. Довольно хорошее впечатление. Он оказался более доступным и свободным в обращении, чем я ожидал, и был вполне готов отвечать на вопросы. В 53 года некоторые жесты у него почти мальчишеские. С другой стороны, у него выраженно красный нос. [Я увидел его в одной из приемных, или как там они называются, палаты лордов. На стенах интересные старые гравюры, стулья украшены коронами, и пепельницы тоже, но у всего слегка обветшавший вид, как ныне во всех парламентских учреждениях. Очередь непонятных людей ожидала возможности увидеть Криппса. Пока я ждал и пытался поговорить с его секретарем, мне на ум пришла фраза, которая мне всегда вспоминается в таких случаях: «таскаться по приемным». В биографиях восемнадцатого века всегда попадаются люди, ищущие покровителей и «таскающиеся по приемным». Это одна из тех готовых фраз, вроде «испробовать все средства», но насколько же точными они оказываются, как только соприкасаешься с политикой или даже с наиболее дорогостоящими видами журналистики.]
Криппс считает, что Бос однозначно находится на территории Германии. Говорит, известно, что он выбрался через Афганистан. Я спросил его, что он думает о Босе, которого он прежде хорошо знал, и он описал его как «насквозь гнилого». Я сказал: по-видимому, нет сомнений в том, что субъективно он профашист. Криппс ответил: «Он про-Субхас. Это единственное, что его по-настоящему интересует. Он будет делать все, что сочтет полезным для своей карьеры».
Я не уверен, судя по радиопередачам Боса, что это так. Я сказал, что, по моему мнению, среди индийцев очень мало надежных антифашистов. Криппс не согласился в том, что касается более молодого поколения. Он сказал, молодые коммунисты и левые социалисты всем сердцем против фашизма и придерживаются западной концепции социализма и интернационализма. Будем надеяться, что это так.
19.5.42
Эттли напоминает мне только что сдохшую рыбу, пока она еще не успела застыть.
21.5.42
Говорят, Молотов в Лондоне. Я в это не верю.
22.5.42
Говорят, Молотов не только в Лондоне, но уже и подписал новый англо-русский договор[583]. Это, однако, исходит от Варбурга, который попеременно бывает то сверхоптимистичен, то сверхпессимистичен — в любом случае, всегда верит в неизбежность огромных драматических перемен. Если это правда, это очень вовремя для наполнения моих обзоров [Би-би-си]. Становится все труднее отыскивать, о чем говорить в них, когда нигде, кроме русского фронта, ничего не происходит, а новости оттуда, из русских или из немецких источников, становятся все более недостоверными. Хотелось бы мне выделить свободную неделю — переслушать русские и немецкие передачи за прошлый год и суммировать их многочисленные заявления. Думаю, выйдет, что немцы уже убили 10 миллионов человек, а русские продвинулись уже далеко в Атлантический океан.
27.5.42
Вырезки из «Д. экспресс» от 26.5.42:
КАИР, понедельник. Генерал Окинлек, возмущенный волокитой, которая сковывала военные действия на Ближнем Востоке, разослал «всем офицерам и штабам этого фронта» следующее письмо:
«Отрывок из письма, написанного Веллингтоном из Испании около 1810 года военному министру лорду Брэдфорду:
“Милорд, если бы я попытался отвечать на массу бесполезной переписки, которой я завален, я не мог бы заниматься никакими серьезными делами в этой кампании.
До тех пор пока я обладаю независимым положением, я буду следить за тем, чтобы ни один офицер под моим командованием не был отвлечен необходимостью отвечать на бесполезное и бессмысленное бумагомарание в министерстве вашей милости от своего первостепенного долга — обучать рядовых под своей командой”».
К этому генерал Окинлек[584] добавляет: «Я знаю, что этот упрек никак не касается вас, но прошу вас проследить, чтобы он так и оставался неприменимым ни к вам, ни к кому-либо работающему у вас».
Это напечатано в газетах и даже передавалось по радио, но, в конце концов, реальный факт — никто сейчас не разговаривает и не может разговаривать подобным образом с военным министерством.
Новые слухи о Молотове в Лондоне. Также загадочные высказывания в газетах, намекающие, что это может быть правдой (без упоминания имен, разумеется).
30.5.42
Почти каждый день в окрестностях Аппер Риджент-стрит можно видеть крошечного пожилого очень желтого японца с лицом страдающей мартышки, он идет медленно, а подле него — огромный полисмен. Иногда они ведут какой-то серьезный разговор. Думаю, он из посольства, но не знаю, для чего полисмен сопровождает его: чтобы помешать японцу совершить какие-то подрывные действия или же чтобы уберечь его от ярости толпы.
Слух о Молотове вроде бы повыветрился. Варбург, принявший историю про Молотова без вопросов, теперь позабыл о ней и рассказывает секретную историю о том, как Гарвина[585] уволили из «Обсервер», потому что он отказался критиковать Черчилля. Асторы, мол, твердо намерены избавиться от Черчилля, потому что он прорусский, и изменения в «Обсервер» — часть этого маневра. «Обсервер» возглавит нападение на Черчилля и в то же время использует талантливых молодых журналистов, склонных придавать войне революционный смысл, вынудит их применить свои силы к этой ерунде, а потом избавится и от них. Во всем этом есть внутренняя логика. С другой стороны, мне трудно поверить, чтобы Дэвид Астор[586], ведущий себя как слон в ловушке, сознательно принимает участие в подобных вещах
