Кому надоедает, как писали путешественники прошлого, «лицезрение роскошеств южной природы», есть другое развлечение – телевизор прямо в автобусе. В тот день, когда я приближался к Ялте, в этом походном кинотеатре показывали «Севастопольские рассказы» – не Льва Толстого, а местный крымский телесериал о том, сколько мяса положили различные европейские «цивилизаторы», пытаясь откусить и себе кусочек Крыма. Так я и развлекался в дороге. Посмотрю направо – море и небо. Загляну в телевизор – фельдмаршал Манштейн ходит по окопам, и лупят во всю дурь немецкие пушки. К тому моменту, когда трупы немецких «туристов» в касках приятно закачались на черно-белых волнах документальной хроники в районе Херсонеса, я и прибыл в Ялту.
Это случилось 22 апреля – в день рождения Ленина. В Ялте эту дату отмечали. Но своеобразно. Очень по-курортному. Памятник вождю мирового пролетариата стоит тут почти у набережной – под развесистыми субтропическими пальмами. От этого вождь тоже имеет курортный вид. Так и ждешь, что сейчас он снимет штаны и пиджак и полезет купаться. Ко всему прочему под Лениным еще и танцевали какие-то милые старички и старушки. Причем не под «Интернационал», а под… «Мурку». Я не вру! Может, это какой-то местный коммунистический обычай. Но на душе сразу стало легко и приятно. Развешенные повсюду лозунги: «Ялта – город счастья!» после Ленина с пальмами и «Муркой» не вызывали никакого сомнения. Я сразу понял, что попал в земной рай.
Аполитичный город. Мне подумалось, что, если кому-то придет в голову безумная мысль заменить ялтинский монумент Владимиру Ильичу идолом Шевченко или Бандеры (последнее выглядит уже полной фантастикой!), они будут смотреться не менее комично. Впрочем, Тарасу Григорьевичу монументик в «городе счастья» уже есть. Он стоит в скверике на полпути от автовокзала до городского пляжа. Местные жители над Великим Кобзарем, имеющим к Ялте такое же отношение, как и Ленин (оба до «города счастья» так и не доехали), явно изысканно поиздевались. Тарас стоит без постамента на какой-то подставке. Голова его непропорционально огромных размеров занимает примерно пятую часть тела. Руки – как у орангутанга. Если выпрямит – будут ниже колен.
В общем, из всех памятников Ленину и Шевченко, где-либо стоящих в мире, ялтинские произвели на меня самое неизгладимое впечатление. Думаю, если бы их оригиналы при жизни все-таки доехали до этого благословенного места, то ни революции, ни страшных «виршей» для запугивания детей в школе они никогда бы не родили. Просто нежились бы себе на солнышке и заводили курортные романчики. Ибо всякая мысль о политике попахивает в Ялте откровенным идиотизмом. Тут нужно думать о другом. А лучше – вообще ни о чем не думать.
От советского прошлого в Ялте уцелел разве что Ленин. В остальном город ныне совершенно не напоминает «всесоюзную здравницу», куда выдавали зимой путевки рабочим различных предприятий. Виллы и дома на набережной, как в Италии. В какой-то момент я почувствовал себя, словно на острове Лидо в Венеции. Белые домики. Бутики дорогих брендов, где можно купить все, что душа пожелает, – были бы деньги. Рестораны. Ночные клубы. А билетики на посещение «массажного салона» раздают прямо на улице. «Массаж» с приставкой «in» эти летучие рекламки пропагандируют весьма своеобразно. Визитка, которую вручили мне, гласила: «Новые шоу-программы, работаем 24 часа, всегда аккуратный штат с хорошим настроением, одноразовые комплекты, подобранное музыкальное сопровождение, отличный интерьер». Цена: «от 250 грн». И чтобы вы не сомневались, что массировать вам будут все не только круглосуточно, но и глубоко интимно, без лишних глаз, специальный знак, наподобие автодорожного (перечеркнутая кинокамера в красном кружке), предупреждал, что видеосъемка ваших павианьих утех в этих массажных кабинетах не ведется.
Обилие «массажных» салонов напомнило мне об Антоне Павловиче Чехове – знаменитом малороссийском писателе, любившем посещать подобные заведения по всему миру и навсегда увековечившим Ялту в рассказе «Дама с собачкой». Памятник этой даме, как и все выдающиеся артефакты «города счастья», тоже стоит на набережной. Я не мог возле него не сфотографироваться. Хотя бы для того, чтобы отдать долг памяти человеку, принадлежавшему к той же великой малороссийской нации, что и я.
Чехов, родившийся в Таганроге, который до революции принадлежал Екатеринославской губернии, всегда считал себя «хохлом». Фамилия его деда была Чех. И даже во всеимперской переписи 1897 года о своей национальности Антон Палыч написал: «малоросс». Как всякий настоящий малоросс свои произведения он писал на чистейшем русском языке. Причем невероятно медленно и лениво. «Я медлитель по натуре (я хохол) и пишу туго», – признался он в одном из писем. Написанное читал малороссийским крестьянам с Полтавщины, где, как и в Ялте, любил отдыхать от литературных трудов. Те все понимали – без переводчика. «Заплакали хохлы, и я заплакал с ними», – писал Чехов Горькому после того, как прочитал полтавским селянам свой рассказ «В овраге».
Правда, «Даму с собачкой» Антон Павлович предкам колхозников не читал. Это был первый в русской литературе рассказ о так называемом «курортном романе». Мужики такой разврат не поняли бы. Ведь даже Лев Толстой, ознакомившись с «Дамой», заметил, что ее интеллигентные герои – «почти животные». Но, по-моему, на курорте все люди отчасти возвращаются в животное состояние. Тут прав не Лев Толстой, а все-таки Чехов.
Чашка кофе – 6 грн. За счет ежегодного наплыва таких «животных» Ялта до сих пор и процветает. Жилье тебе предлагают уже на автовокзале. В мае комнату можно снять даже за 80 гривен в сутки. Нормальная квартира у моря стоит от 250 до 400 гривен. Уже в конце апреля все красят, моют и ремонтируют. За отдыхающего держатся. Он – кормилец и поилец.
Перед поездкой в Крым меня отпугивали: «В Ялте безумные цены! Вас там ограбят! Оберут до нитки! Езжайте лучше сразу в Турцию!» Любят у нас все-таки драматизировать ситуацию. Цены оказались ниже киевских. Чашка хорошего кофе в кафе, расположенном в центре, стоила всего 6 гривен. Отличный эклер – 5.50. В Киеве все это нужно умножать вдвое. Как минимум. (А сегодня на сколько, если тогда доллар стоил 8 гривен, а сегодня – 22 гривны? – А.Б.)
Кроме дорогих магазинов, в Ялте есть самые обычные базары, ничем не отличающиеся от подобных центров торговли по всей Украине. Отдыхающий без претензий купит тут то же китайское барахло, что и на Троещине – тапки, плавки, футболки, батарейки и хот-дог, чтобы не умереть с голоду.
Многие старинные дома Ялты до сих пор сохранили дореволюционную красоту. Еще в начале XIX века никакого города тут не было. Только несколько рыбачьих домиков. Само слово «Ялта» по-гречески означает «берег». Городом Ялту объявил в 1837 году император Николай I. Тогда в нем было 30 дворов с населением в 224 человека и единственная улица – Елизаветинская. Как утверждает «Путеводитель по Крыму» 1914 года: «Первый обратил внимание на выдающиеся климатические условия Южного берега Боткин. По его совету, императрица Мария Александровна с 1866 года стала проводить осенние месяцы в Ливадии. С этого года Ялта начала быстро расти. Супруг Марии Александровны, Александр II, тогда же повелел, «чтобы предпринимаемые в Ялте постройки возводились по благообразным фасадам и планам».
