Петр Люкимсон - Моисей

Проблема, как всегда, заключается в том, что никакого документального и археологического подтверждения у этой версии нет.

Когда были поделены все трофеи, добытые во время войны с мадианитянами, когда отшумели страсти, связанные с просьбой колена Рувима и Гада, Моисей понял, что ему пришло время умирать — как и сказал ему Бог. Но так велика была в нем, говорит мидраш, сила жизни; так страстно желал он войти вместе со всем народом в обещанную евреям землю, что Моисей начинает молить Бога отменить вынесенный ему приговор и разрешить ему ступить туда. Он едва ли не физически чувствовал зов этой земли; она манила его, и один вид простирающихся за Иорданом холмов будоражил ему кровь, заставляя забыть, что позади уже 120 нелегких, подчас горьких, как полынь, лет. Величайший из пророков планеты самозабвенно молил Всевышнего о милосердии, и столько силы было заключено в его молитве, что начали «рушиться небеса» — там, в «высших мирах», началось настоящее «неботрясение». Ангелы воды, воздуха, земли и огня пытались хоть как-то заглушить эту молитву, но она прорывалась вновь и вновь через все завесы небес, и даже когда Бог велел закрыть «Врата небес» для молитв Моисея, они прорывались через все заслоны и продолжали сотрясать высшие миры.

Тот же мидраш говорит, что Бог напомнил Моисею два его греха, из-за которых он был лишен права войти в землю Израиля.

Первый грех заключался в том, что, когда Моисей пришел в Мадиам в дом Иофора и дочери последнего представили его как египтянина, Моисей не поспешил их поправить. Таким образом, он решил, что будет лучше, если его будут считать египтянином, а тот, кто хоть раз отказался от своего народа, не может претендовать на право жить в предназначенной этому народу земле. Подобный поступок не красит никого, но он представляется еще более страшным грехом, когда речь идет о личности такого масштаба, как Моисей.

Вторым грехом было то, что вместо того чтобы словом приказать скале дать воду, Моисей ударил по ней посохом, лишив евреев и весь остальной мир веры, что дух, слово первичны по отношению к материи, а не наоборот.

Всего, продолжает то же устное предание, Моисей вознес 515 молитв, ровно столько, сколько, согласно каббале, ежедневно возносят Господу ангелы, и еврейские мистики до сих пор спорят о том, какой тайный смысл несет в себе эта цифра. Однако в тот момент, когда Бог предложил Моисею сохранить его жизнь ценой уничтожения еврейского народа, Моисей умолкает — это предложение всегда было для него чудовищным и неприемлемым.

Вот как Библия рассказывает об этой молитве от имени самого Моисея: «И молился я Богу в то время, говоря: "Господь Бог! Ты начал показывать рабу Твоему величие Твое и мощную руку Твою; кто же тот Всесильный на небе и на земле, который совершил бы подобное деяниям Твоим и свершениям Твоим? Дай мне перейти и увижу я эту хорошую страну, что по ту сторону Иордана, прекрасную гору эту и Ливан". Но разгневался Бог на меня из-за вас и не слушал меня...» (Втор. 3:23—26).

Как видим, в этой молитве вновь проявляется весь характер Моисея, его величие и скромность как человека — он не упоминает о своих заслугах, не говорит о том, что вся его жизнь была посвящена служению избранному им народу. Нет, он, говоря словами Раши, просит лишь милостивого разрешения войти в землю Израиля...

Как уже говорилось, согласно сложившейся традиции, с 1-го числа месяца швата и по 6-е число месяца адара 2488 года Моисей ежедневно собирал евреев, читая им очередную главу из книги Второзакония. Вновь и вновь Моисей напоминал им о Синайском откровении, о данных там Десяти заповедях; об опасности возвращения к идолопоклонству; о заповедях, касающихся всех аспектов человеческой жизни — от правил государственного устройства до норм сексуального поведения. Моисей напоминал и о необходимости, когда они останутся без него, завоевать Землю обетованную и изгнать или уничтожить проживающие на ней народы.

Своим главным наследием Моисей объявил написанную им книгу, содержащую заповеди и законы, которые он получил непосредственно от Бога. Сохранение этой книги и верность ее заповедям на протяжении всех поколений, утверждал Моисей, и является главной исторической миссией еврейского народа. Более того — суть этой миссии состоит в передаче содержащегося в этой книге уникального правового и этического кодекса всему человечеству, ибо только на основе этих норм может быть построено по-настоящему гуманное и справедливое общество. Еще более того — еврейскому народу в качестве носителя этих истин предстоит сыграть совершенно особую роль в истории человечества.

«Храните же и исполняйте, ибо это — мудрость ваша и разум ваш на глазах всех народов, которые, лишь услышат обо всех этих установлениях, скажут: "Как мудр и разумен народ этот великий!" Ибо кто такой народ великий, к которому боги были так же близки, как Бог Всесильный наш, каждый раз, когда мы взываем к Нему? И кто такой народ великий, у которого установления и законы справедливы, как все это учение, которое я даю вам сегодня?! Только берегись и весьма оберегай душу свою, чтобы не забыл ты того, что видели глаза твои, и чтобы не ушло это из сердца твоего все дни жизни твоей, и поведай о них сынам твоим и сынам сынов твоих» (Втор. 4:6—9).

И вот наступило 7-е число последнего зимнего месяца адара (23 февраля 1273 года до н. э.) — последний день жизни Моисея:

«И говорил Бог, обращаясь к Моше в тот день, так: "Взойди на эту гору Аварим, гору Нево, что в стране Моав, что напротив Иерихона, и осмотри страну Кнаан, которую Я даю сынам Израиля во владение. И умри на горе, на которую ты взойдешь. И приобщись к народу своему, как умер Аарон, брат твой на горе Ор, и приобщился он к народу своему... издали увидишь ты страну эту, но туда не войдешь, в страну, которую Я даю сынам Израиля"» (Втор. 32:48—52).

В этот день Моисей, до того выступавший с укорами, предупреждениями, а подчас и с угрозами в адрес своего жестоковыйного народа, начал обходить весь стан, двигаясь от лагеря одного колена к другому, чтобы благословить всех и вручить старейшинам собственноручно подготовленную им копию свитка Торы.

Первым Моисей благословил колено Рувима, пожелав его мужчинам долголетия — ведь согласно данному ими обещанию они должны были идти в первых рядах воинов, завоевывающих Ханаан. «Да живет Реувен не умирает, и пусть люди его будут многочисленны» — так звучало благословение Моисея для этого колена.

«Услышь, Бог, голос Иегуды и к народу его приведи его; сил его хватит ему, а Ты будь помощью против врагов его» — этими словами Моисей благословил колено Иуды, которому предстояло стать опорным коленом Израиля, и потому ему действительно нужны были и силы, и помощь Свыше.