Ветры при сем острове дуют по большей части западные; северный сопровождается сыростью и дождем, южный – холодом, а восточный бывает редко, но весьма крепкий. Температуру воздуха в зимнее время, за неимением термометра, промышленники определить не могли, а рассказывали о сем каждый по своим чувствам, и все различно. В том, однако же, все согласны, что зимой наносится от юга несколько льда, который, приткнувшись около острова к мели, довольно долго держится.
В 5 часов мы возвратились на шлюпы с добычей, состоящей из двух альбатросов, двух десятков битых и одного живого попугая, которого мне уступил промышленник за три бутылки рома. В продолжение обозрения острова катер и ялик ездили туда беспрерывно и привозили на оба шлюпа воду довольно успешно.
19 ноября. На ночь мы опять легли в море, ибо я был намерен ожидать обещанной промышленниками шкуры большого морского слона, так, чтоб она была совсем полная, т. е. с головой, дабы можно по возвращении в Петербург набить и сохранить вид сего редкого и примечания достойного зверя.
Промышленники замешкались, а потому мы послали еще ялики, которые возвратились не прежде 2 часов пополудни; со шлюпа «Восток» отправлен был комиссар Резанов, он предпочел вытопленный слоновый жир пресной воде, за которой был послан, и налил все анкерки жиром за одну бутылку рома. Ветер вскоре засвежел, мы взяли у марселей по три рифа; между тем промышленники на китобойном судне доставили на шлюп «Мирный» слоновую шкуру сообразно с моим желанием. Сии добрые люди даже с опасностью жизни исполнили наше поручение, ибо нашедшая тогда густая пасмурность с мелким дождем все скрыла от глаз. Лейтенант Лазарев дал промышленникам компас и указал румб, по которому надлежало им возвратиться; сверх того наделил их провиантом и ромом, ибо они в сих потребностях имели недостаток.
Я привел шлюп на SWtW, чтобы, приблизившись к берегу, идти к югу вдоль острова, для обозрения остальной части оного, но по причине пасмурной погоды, сопровождаемой жестокими порывами, я опасался исполнить мое намерение, ибо подверг бы шлюпы опасности; до темноты мы шли на SO, чтоб уйти от восточного ветра, потому что барометр все еще понижался, а как пасмурность была так густа, что мы не видели далее полумили, и ветер стоял весьма крепкий, то и привели к ветру в NO четверть, в том намерении, чтобы, когда прояснится, продолжать обозрение к югу по направлению островов Новой Зеландии, Лорда Аукланда и Маккуори, ибо можно было надеяться, что гряда сия не вдруг оканчивается.
20 ноября. Ветер переменился и задул с той же свирепостью от WtS, при пасмурности и дожде, а потому в 2 часа утра, отдав у грот-марселя один риф, я взял курс к югу, придерживаясь, сколько можно, к западу; когда и рассвело, туман скрывал остров Маккуори.
Находясь на широте 54°56'13''южной, долготе 159°13' восточной, мы видели сквозь туман бледное солнце, сим воспользовались и определили склонение компаса 14°30' восточное.
В продолжение пасмурности летали около нас все те морские птицы, которых мы встретили около острова Маккуори; проплыло несколько кустов морской травы, и слышен был крик пингвинов. Ветер крепкий западный, со шквалами, снегом и градом, продолжался до 9 часов следующего утра, а с сего времени настал тихий переменный.
21 ноября. В полдень мы находились на широте 56°12'47''южной, долготе 159°2'34''восточной. В продолжение дня набегали шквалы с дождем и снегом, но не долговременные, а в 10 часов вечера, имея противный от юга ветер, мы поворотили к западу, дабы не отдалиться от меридиана острова Маккуори и не приближиться к пути капитана Кука.
Сегодня также видели куриц эгмонтских, много голубых бурных птиц, альбатросов дымчатых и морскую траву.
23 ноября. Ветер от юга продолжался до полудня 23-го, когда установился из SW четверти, откуда уже несколько дней шла большая зыбь. В сие время на шлюпе «Восток» привязали марсели, грот и фок совершенно новые, дабы, войдя во льды, в случае крепкого ветра была надежда на паруса; старые, высушив, убрали на места.
Мы прилагали крайнее старание, чтобы в палубе воздух был сух, и для того весьма часто топили печки, но слабость шлюпа принуждала нас выкачивать воду, и при беспрестанной качке она разливалась по палубе и производила сырость. Обращая внимание на неизвестный путь во время бури, при снеге, тумане и пасмурности между льдами, нам надлежало иметь великое попечение о шлюпе, которому предназначено противоборствовать всем непогодам.
Мы видели пингвинов и несколько кустов морской травы; некоторые кусты казались весьма стары и подобны мочалкам. Ежели бы сие и было признаком близости земли, то большая зыбь от W и SW доказывала нам, что по сему направлению нет берега, исключая разве весьма малых островов, которые не могут преградить ход зыби.
С полудня, при свежем ветре из SW четверти и большом волнении, теплоты было 3°, по горизонту мрачность. К 4 часам ветер постепенно усиливался порывами, а к 10 часам утра превратился в бурю. Качка была так велика, что мы не могли ходить не держась, а день так мрачен, что шлюпа «Мирный» часто не видали, невзирая, что был от нас недалеко. Буря сия, с густым снегом и градом, свирепствовала до 5 часов пополудни 24-го, тогда ветер несколько смягчился и сила его быстро уменьшилась, но снег все продолжался.
25 ноября. В полдень 25-го теплоты было только 0,5°, а к 5 часам утра термометр остановился на точке замерзания, и тогда совершенно заштилело. По степени холода заключили, что льды от нас должны быть не в дальнем расстоянии. Во весь день продолжалось маловетрие и попеременно то выглядывало солнце, то выпадал мокрый снег.
26 ноября. 26-го туман расстилался по морю, шел мокрый снег; дождь и вода от снега со снастей и парусов беспрестанно падала и все мочила. Дымчатые альбатросы весьма близко от нас пролетали, и хотя их застреливали, но по причине черезвычайной качки от большой W и SW зыби невозможно было спустить ялик, чтоб брать убитых птиц.
27 ноября. Мы шли к югу, склоняясь к востоку и придерживаясь ветра, который дул от SW тихий. Небо покрыто было облаками, а горизонт – мрачностью. Поутру пронесло куст морской травы, и мы видели одну эгмонтскую курицу. Седьмой, восьмой и девятый часы утра термометр стоял на точке замерзания, а к полудню поднялся на 3° теплоты. В самый полдень мы находились на широте 60°21'34''южной, долготе 163°31'29''восточной. Склонение компаса, среднее по разным компасам, было 22°1' восточное.
Во время обеда, пройдя южную широту 60°, в которой в Северном полушарии находится С.-Петербург, мы вспомнили близкую нашему сердцу столицу и пили за здоровье любезных наших соотечественников; после полудня выпадал снег.
