Еще в 1859 году китайское правительство смотрело на Россию и прочие великие державы как на неполноправные вассальные государства и поручало ведать дела с ними той же палате Лифаньюань, которая ведала дела с Монголией и Маньчжурией. Китайские министры оставляли без внимания самые энергичные представления русского посланника и с таким пренебрежением относились к иностранным представителям, что не позволили графу Игнатьеву выехать из Пекина и взяли под стражу американского посланника Уорда.
С таким правительством и при соревновании Франции и Англии, графу Игнатьеву нужно было вести сложные дипломатические дела и добиться значительных выгод для России.
В распоряжении русского посланника не было ни денег, ни войск, ни флота, чтобы произвести необходимое давление на пекинское правительство. Он мог рассчитывать только на поворот событий и на свои собственные дипломатические способности.
После того как китайская армия была наголову разбита возле моста Палицяо и богдыхан с высшими чинами правительства бежал из столицы, все китайцы были в смятении. С другой стороны, англичане и французы были также в затруднении, не зная, с кем и как начать мирные переговоры.
Граф Игнатьев блестяще воспользовался всеми преимуществами нейтрального положения России и сумел поставить себя в такое выгодное положение между враждующими сторонами, с которыми всеми он сохранил самые дружественные отношения, что и китайцы и союзники просили графа Игнатьева быть их посредником для заключения мира.
5 октября 1860 года, принимая китайских сановников, явившихся просить о посредничестве, граф Игнатьев сказал им речь, которая может быть слово в слово повторена через сорок лет и основания которой совершенно сходятся с взглядами Ли Хун Чжана на русско-китайские отношения.
Доказав в своей речи справедливость требований России и описав могущество Русского Царя и то значение, которым он пользуется в глазах европейцев, русский посланник сказал:
– Россия всегда принимала в вас живейшее участие. Она не раз давала вам благие советы и указывала, как избежать бедственного положения, в котором вы находитесь за последние годы. Но ваше правительство, вместо того чтобы следовать этим советам, слушало советы всяких недостойных людей. 11 месяцев прожил я напрасно в Пекине, делал многократные предложения, явно клонившиеся к вашей же пользе, но вы не обратили на них внимания и, вероятно, скрывали их даже от богдыхана. Что нужно думать после вашего отказа принять предложенное Россией и усовершенствованное оружие и инструкторов? Россия может жестоко наказать вас за неисполнение ее законных требований и отомстить за то невнимание, с которым вы отнеслись к ее представителю. Ей ничего не стоит нанести вам неотразимый удар в любое место вашего государства, соприкасающегося с нашим на протяжении 10 000 верст.
Вам известно, как много сухопутных войск имеет Россия, – известно, что наша эскадра стоит в Печилийском заливе, и все-таки Россия не только не желает воспользоваться вашим настоящим безвыходным положением, но она готова даже доказать свое доброе расположение к вам. Вам прекрасно известны требования моего правительства, о котором написано уже столько бумаг в верховный совет. Назначьте уполномоченных для решения этих дел. Обещаетесь следовать нашим советам в ваших действиях относительно союзников и, я ручаюсь, что Пекин будет спасен, что Маньчжурская династия останется на престоле и что все ваши дела устроятся наилучшим образом.
Граф Игнатьев заключил свою речь словами:
– Пора вам понять, что одна Россия искренно благоприятствует Маньчжурской династии и она одна может спасти вас.
Своевременное вмешательство и искусное посредничество графа Игнатьева спасло Пекин от штурма и ускорило заключение мира между Китаем и союзниками. В Англии и Франции не должны забывать о той роли, которая принадлежала русскому посланнику в заключении Пекинских трактатов 1860 года.
В знак своей признательности за устройство мира, китайцы согласились на все главнейшие требования графа Игнатьева: китайское правительство признало и дополнило Айгунский договор 1858 года; весь Амурский и Уссурийский край были признаны принадлежащими России; русско-китайская граница на западе Китая изменена в пользу России; разрешено открыть консульство в Кашгаре; разъяснены пограничные вопросы; приобретены новые права и выгоды для русской торговли в Китае и пр.
Образ действий графа Игнатьева, увенчавшийся такими блестящими результатами для интересов России, несмотря на те огромные препятствия и трудности, которыми он был окружен, остается до сих пор программой русской политики в Китае, которая сводится к следующим основным положениям: внимательное изучение своебразной жизни и понятий китайцев, тесная дружба с Китаем и независимый образ действий в Китае среди других держав.
Подробности о деятельности графа Игнатьева в Пекине сообщены в недавно изданной (в Порт-Артуре) интереснейшей книге молодого автора – лейтенанта барона А. Буксгевдена, безвременно скончавшегося в Пекине летом 1902 года.
Ввиду вырождения и дряхлости Маньчжурской династии, ее шаткости и той непопулярности, которой она пользуется в китайском народе, ввиду даже возможного ее падения, – русской политике в Китае предстоит ныне весьма серьезное дело: зорко наблюдать за народными волнениями, которые уже давно тревожат юг Китая, и заблаговременно выработать определенный план действий – на благо китайского народа и в интересах России.
И ли фу жень чжай
Фэй синь фу е
Ли бу шань е
И дэ фу жень чжай
Чжун синь юэ
Эр чэнь фу е.
Если покорять людей силою,
а не покорять сердцем, сила их не свяжет.
Если покорять людей добром,
они будут радоваться от сердца —
это будет искренняя покорность.
Мэнцзы
В Южной Маньчжурии
День Тезоименитства Царицы Марии Феодоровны – 22-е июля – был днем замечательных совпадений в истории русских военных действий 1900 года. В один и тот же день – в Тяньцзине русские и союзные войска начали решительное наступление на Бэйцан и Пекин; в Северной Маньчжурии русские заняли Айгунь, а в Южной Маньчжурии русские бомбардировали и взяли Инкоу.
Говоря о порте Инкоу, называемом иностранцами обыкновенно Ньючжуаном, англо-китайские и англо-японские газеты очень часто замечают, что Россия коварно и самовольно захватила договорный порт и, официально обещавшись возвратить его Китаю при утверждении в нем законного порядка вещей, по-видимому, «забыла о своем обещании».
