год, вот до этого вечернего часа, я принял 15 613 больных. Стационарных у меня было 200, а умерло только шесть». Тем не менее в П. г., в отличие от других рассказов «Записок юного врача», акцент сделан на ошибках главного героя, хотя и не приводящих к трагическим последствиям и даже обставленных юмористическими подробностями. Вывод, который делает автор: «Значит, нужно покорно учиться». Только в момент создания П. г. Булгаков относил это утверждение уже не к медицине, а к литературе. В дневниковой записи 6 ноября 1923 г. в связи с отзывом редактора журнала «Россия» И.Г. Лежнева (Альтшулера) (1891–1955) о рассказе «Псалом» («великолепен, «как миниатюра» («я бы его напечатал»)») автор П. г. отметил: «Страшат меня мои 32 года и брошенные на медицину годы, болезни и слабость. У меня за ухом дурацкая опухоль… уже два раза оперированная. Из Киева писали начать рентгенотерапию. Теперь я боюсь злокачественного развития. Боюсь, что шалая, обидная, слепая болезнь прервет мою работу. Если не прервет, я сделаю лучше, чем «Псалом».
Я буду учиться теперь. Не может быть, чтобы голос, тревожащий сейчас меня, не был вещим. Не может быть. Ничем иным я быть не могу, я могу быть одним – писателем.
Посмотрим же и будем учиться, будем молчать».
Размышления о своем писательском призвании были вызваны у Булгакова грустной «медицинской» темой и преломились в П. г. – рассказе тоже на «медицинскую» тему. Внутренний голос убеждает героя П. г. в необходимости учиться. В тот момент Булгаков еще рассматривал себя в литературном плане учеником, которому предстоит быстро овладеть секретами писательского мастерства.
Упоминаемый рассказ «об одном англичанине, попавшем на необитаемый остров» – это рассказ Александра Грина «Жизнь Гнорра» (1912), а «книга в желтом переплете с надписью «Сахалин» – это, по всей видимости, книга Власа Дорошевича «Сахалин» (1901).
«Псалом»
Рассказ. Опубликован: Накануне. Берлин – М., 1923, 23 сент. Вошел в сборник: Булгаков М. Трактат о жилище. М.-Л.: Земля и фабрика, 1926 (Библиотека сатиры и юмора). В П. отражена жизнь Булгакова в Нехорошей квартире – кв. № 50 в д. 10 по Б. Садовой. Первая жена писателя Т.Н. Лаппа вспоминает атмосферу тамошней жизни: «Вообще дом был знаменитый… Кого только в нашей квартире не было! По той стороне, где окна выходят на двор, жили так: хлебопек, мы, дальше Дуся – проститутка; к нам нередко стучали ночью: «Дуся, открой!» Я говорила: «Рядом!» Вообще же она была женщина скромная, шуму от нее не было; тут же и муж ее где-то был недалеко… Дальше жил начальник милиции с женой, довольно веселой дамочкой… Муж ее часто бывал в командировке; сынишка ее забегал к нам…» Она также утверждала, что в доме 10 действительно жила женщина, Александра Николаевна Кибель, с сыном Вовкой, однако ее комната была в квартире № 34, куда Булгаковы переехали только в августе 1924 г. Кто именно из них послужил прототипом Славки и его матери в П., трудно определить однозначно. Писатель Владимир Артурович Лёвшин (Манасевич) (1904–1984), сын крупного финансиста А.Б. Манасевича, живший в квартире 34 и знавший Булгакова, в своих воспоминаниях назвал прототипом Славки именно Вовку из 34‐й квартиры. Однако сын Н.А. Кибель родился 3 февраля 1922 г. и в 1923 г. ему никак не могло быть около четырех лет, как герою П. Скорее всего, Булгаков взял в основу П. житейскую драму Н.А. Кибель, о которой рассказал В.А. Лёвшин: «Молодая миловидная женщина (комната по коридору направо) потихоньку глотает слезы, напрасно ожидая возвращения любимого человека. «Скоро приедет муж!» – говорит она соседке. «Скоро приедет папа!» – обещает она своему малышу». Славку же автор П. списал с сынишки начальника милиции.
В П. отразилась любовь Булгакова к детям, при том, что своими детьми, по крайней мере, законными, он так и не обзавелся. Т.Н. Лаппа, вспоминая, что ей приходилось делать от Булгакова два аборта, один – в 1912 г., еще до свадьбы, а другой – в конце 1916 или начале 1917 г., не без основания считала: «Он любил чужих детей, не своих. Потом, у меня никогда не было желания иметь детей. Потому что жизнь такая. Ну что б я стала делать, если б у меня ребенок был? А потом, он же был больной морфинист. Что за ребенок был бы?» (морфинизм Булгакова описан в автобиографической повести «Морфий»). Вторая жена писателя Л.Е. Белозерская в мемуарной книге «О, мед воспоминаний» свидетельствует: «М.А. любит детей и умеет с ними ладить, особенно с мальчиками». При этом она рисует трогательную картину, как он успокаивал четырехлетнего Витьку, сына соседки, когда они жили во флигеле во дворе дома № 9 по Обуховому переулку. Происходило это в 1924 г., уже после создания П., но вел себя Булгаков совсем так же, как автобиографический герой рассказа: «Когда плаксивые вопли Витьки чересчур надоедают, мы берем его к себе в комнату и сажаем на ножную скамейку. Здесь я обычно пасую, и Витька переходит целиком на руки М.А., который показывает ему фокусы. Как сейчас слышу его голос: «Вот коробочка на столе. Вот коробочка перед тобой… Раз! Два! Три! Где коробочка?» Третья жена автора П. Е.С. Булгакова в своем дневнике неоднократно фиксирует самые теплые отношения, сложившиеся между Булгаковым и жившим вместе с ними ее сыном Сергеем Шиловским (1926–1975), а также с другим сыном, Евгением (1921–1957), оставшимся с отцом, Е.А. Шиловским (1889–1952).
Строки, которые разучивают автор со Славкой: «Куплю я себе туфли к фраку, /И буду петь по ночам псалом, /И заведу себе собаку. /Ничего, как-нибудь проживем», – это несколько измененная цитата из песни Александра Вертинского (1889–1957) «Это все, что от Вас осталось» (1918): «Вот в субботу куплю собаку, Буду петь по ночам псалом, Закажу себе туфли к фраку… Ничего. Как-нибудь… проживем».
«Путешествие по Крыму»
Очерк. Опубликован: Красная газета (вечерний выпуск). Л., 1925, 27 июля; 3,10, 22, 24, 31 авг. В П. по К. Булгаков иронизирует над путеводителем «Крым» (1925), выпущенным под редакцией М.И. Саркизова-Серазини (1887–1964). Там старательно перечислялись все недостатки Коктебельского курорта, куда направлялся писатель со второй женой Л.Е. Белозерской по приглашению поэта Максимилиана Александровича Волошина (Кириенко-Волошина) (1877–1932). Волошин положительно отозвался о романе «Белая гвардия», и между ним и Булгаковым завязались дружеские отношения. Упоминаемый в П. по К. приятель, приславший автору приглашение в Коктебель, – это Волошин. Он передал через директора издательства «Недра» Н.С. Ангарского (Клестова) (1873–1941) приглашение Булгакову остановиться летом 1925 г. у него на даче. 10 мая 1925 г. Булгаков, поблагодарив в письме за приглашение, спрашивал: «…Могу ли я с женой у Вас на даче
