Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 180
Что все их речи имеют целью застать его врасплох, а также заставить простаков поверить, что они прибегают к оружию по крайней необходимости; что Его Величество, повинуясь собственной осторожности, оградил себя от неожиданностей; что же касается народа, то его обманывают, и что в королевстве более нет никого, кто бы не знал, что принцы, на словах пекущиеся о благе государства, делают все возможное, чтобы навредить ему.
Приняв во внимание все вышеизложенное, Их Величества поняли, что во времена, когда несчастье эпохи и нации внушает подданным презрение к государю, когда его власть недостаточно почитается, а осторожность великодушного государя заставляет его выказать бoльшую строгость, чем ему хотелось бы, необходимо объявить принцев и их приближенных виновными в оскорблении Их Величеств.
Прежде всего Король издал отдельный указ против г-на де Невера и всех, кто был с ним, объявляя их виновными в вышеуказанном преступлении в том случае, если в течение двух недель после опубликования указа герцог не осознает свою вину и не явится лично просить прощение у Короля, а также не отправит за пределы королевства тех иностранцев, которых он нанял, не распустит вооруженные отряды и расставленные им и его приближенными без позволения и приказания Его Величества гарнизоны и если последние не появятся в указанное время перед бальи тех городов, где они проживали.
Декларация была утверждена парламентом 17 января. Герцог Майеннский, ознакомившись с ней, запретил ее печатать и распространять в тех городах, которые находились под его властью, и вырвал ее из рук королевских офицеров, которым было поручено опубликовать ее.
Несколькими днями позже герцоги Неверский, Вандомский, Буйонский, маркиз де Кёвр, президент Ле Жэ и другие сторонники их партии встретились с герцогом Майеннским в Суассоне, где устроили своего рода ассамблею и составили датированное последним числом января послание за подписью герцога Неверского Королю, в котором говорилось, что, заявляя о своей поддержке Его Величества, он утверждает, что положения, легшие в основу декларации, являются ложными, что он удалился от двора под давлением всесильного маршала д’Анкра, устроившего облаву на бывших государственных советников и хранителя печатей дю Вера; герцог также писал, что готов лично явиться к Королю, чтобы засвидетельствовать ему свое почтение, если Его Величество соизволит предоставить ему в качестве судей принцев, герцогов, пэров, офицеров короны и государственных советников, которые преданно служили еще предыдущему Королю – его отцу.
Все эти заверения не вызвали никакого доверия у тех, кто были в курсе происходящего; поскольку, во-первых, герцог вызвался лично явиться ко двору, но так и не явился, по-прежнему враждебно относясь к власти и подстрекая к мятежу: он заявлял, что не добился от Его Величества обещания в собственной безопасности, что свидетельствовало о его нежелании выполнять обещанное.
Более того, он жаловался на удаление от двора старых советников, тогда как сам был недоволен ими в свой первый мятеж, называя их тиранами и заявляя, что им по вкусу править в условиях смуты. Кроме того, он ставил своим условием подчинения воле Короля суд принцев, виновных в совершенных преступлениях не меньше его самого.
После того как было составлено это послание Королю от имени герцога Неверского, собравшиеся открыто постановили объявить войну и принялись укреплять свои города, присваивать королевские деньги, а затем разъехались кто куда.
Подобные действия вынудили Короля выпустить против них еще одну декларацию, схожую с той, которая была принята против герцога Неверского; она была утверждена парламентом 13 февраля.
Итак, обвинив в послании Королю во всех бедах, происходящих в государстве, маршала д’Анкра и его супругу, они продолжали выдвигать вымышленные причины своего недовольства, а Его Величество, дабы показать весь свой христианский нрав, милосердие и терпение по отношению к ним и их упорству в совершении преступлений, приказал опубликовать декларацию по поводу новых волнений в королевстве, которая хоть и была несколько пространной, но содержала очевидное доказательство его правоты; в ней были изложены причины тех или иных действий Короля; я не стал приводить ее здесь же, дабы не прерывать нить повествования, но поместил в конце книги.
Впрочем, слова, не поддержанные силой оружия, часто оказываются бессильными перед бунтом, а закон и правосудие превращаются в бессильные угрозы. Оттого Его Величество решил подкрепить свои слова делом.
И так как отсрочка придавала врагам смелости, а быстрые поступки, напротив, внушали страх, он распорядился в спешном порядке поднять войска, известил графа де Шомберга, чтобы тот оставил место службы и выступил с четырьмя сотнями рейтаров и четырьмя тысячами ландскнехтов, составил из них три армии, дабы атаковать врага одновременно повсюду, где он сосредоточил свои силы, – одна армия отправилась в Шампань, где укрепился г-н де Невер; другая – в Берри и Нивернэ, находившиеся под опекой супруги герцога; третья – в Иль-де-Франс против г-на де Майенна. Командование армией в Шампани было поручено г-ну де Гизу, непосредственно ею управлял г-н де Темин, а полевым командиром был г-н де Прален; армию, посланную в Нивернэ, возглавлял маршал де Монтиньи, полевым же командиром там был мой брат, г-н де Ришельё[145]; третьей армией командовал граф Овернский, который для начала захватил Перш и Мен, чтобы очистить обе эти провинции и заставить Сенонш, принадлежавший герцогу де Неверу, присягнуть на верность Королю, равно как и Ла-Ферте, принадлежавший видаму Шартрскому, и Верней, принимавший участие во всех мятежах, где губернатором был Медави, и Ножан-ле-Ротру, принадлежавший Господину Принцу, и Ла-Ферте-Бернар, принадлежавший г-ну де Майенну, и Ле-Манс, замок которого был в руках принцев и который граф разрушил, а гарнизон развел по иным местам; таким образом он напугал принцев, устрашив мощью королевских войск.
Гугеноты, никогда не упускавшие случая выступить против Короля, стоило им только заметить малейшую смуту в королевстве, и примкнуть к партии тех, кто собирал отряды против Его Величества, так же поступили и в этот раз, испросив позволения Короля собраться в Ла-Рошели; когда же им было отказано, они захватили город и составили декларацию, в которой объясняли причины, побудившие их поступить таким образом.
Однако герцоги де Роан и дю Плесси-Морнэ приостановили исполнение сих дурных замыслов; маршал де Ледигьер остался верен Королю, прося за это место губернатора в одной из провинций, желая, чтобы эта провинция не относилась к склоняющимся на сторону кого-либо из принцев или сторонников Лиги, и намекая, что хотел бы получить Гиень, хотя был согласен и на Шампань; отбрасываемая его именем тень помешала принцам возмутить народ в Севеннах.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 180
