Михаил Кутузов - Тактика победы

28 августа 1811 г., когда Энгельгардт взял Ломский остров, великий визирь совершил переход близ Слободзеи; об этом узнали три дня спустя, в Видине, куда было прислано приказание визиря о наступлении в Малую Валахию. Ахмет, недовольный бездействием Измаил-бея и той пассивностью, в которой его держал Засс, приказал немедленно ему явиться в Крайово.

Мулла-паша, испуганный счастливым переходом великого визиря и опасаясь его успехов, результаты которых могли бы угрожать его жизни, начал колебаться, вывертываться и наконец соглашаться со своими компатриотами. Он передал Измаил-бею большой укрепленный остров и, кроме того, назначил ему 4000 человек из своих войск, но, верный своим меркантильным принципам, он продал ему это одолжение за 4000 дукатов, которые и получил очень аккуратно.

Засс был далек от мысли о возможности такой сделки. Заняв Ломский остров, обеспечив свое положение редутами и полагая, что теперь нечего опасаться Измаил-бея, пробывшего более месяца в бездействии, он отослал генералу Кутузову 5 эскадронов Дерптских драгун и три батальона Выборгского полка.

Эти войска были отправлены по просьбе командира Выборгского полка, хотя они и не были ему нужны, и Засс согласился на это. Это была единственная ошибка Засса в этот энергичный период сражений, где его поведение служило образцом отваги, твердости и деятельности. Он отправил графа д’Орурка в Сербию с его отрядом и поручил ему устроить диверсию, которая была хорошо предусмотрена и могла бы быть очень полезной, если он сам остался бы достаточно сильным перед Видином.

23-го августа граф д’Орурк подошел к Флорентине, турецкой крепости, построенной на правом берегу Дуная, совершенно оставленной турками. В то же время брат его, полковник, командир полка, встретил подле деревни Гирсова 1000 турецких фуражиров и рассеял их.

7-го сентября Измаил-бей, желая нанести решительный удар Малой Валахии, собрал 1500 человек, занял большой остров и подошел к Калафату, в 9-ти верстах от правого фланга Засса. Он был уверен в успехе исполнения задуманного плана, состоявшего в том, что если Засс отступит на Ольту, то турки двинутся на Крайову, а если Засс будет отходить на Крайово, то Измаил направится на Ольту у правого фланга нашей Слободзейской позиции. Этот план был хорошо задуман, что делает честь Измаилу, но успех не был на его стороне.

Отряд Засса составляли четыре слабых пехотных полка, которые он поставил на свой правый фланг, как только заметил движение неприятеля и узнал, что их прежние ретраншементы были совершенно пусты. Эти четыре полка дрались с геройской отвагой, особенно Мингрельский полк.

Два снаряда попали в каре этого полка, которым командовал тогда подполковник Колотинский, но, несмотря на то, что эти снаряды причинили громадную потерю в людях, несмотря на энергичные атаки турок, устремившихся на этот славный полк, он не только не растерялся, но не оставил ни своего места, ни своего строя. Ночь положила конец сражению, и обе воюющие стороны расположились биваком друг против друга.

Между тем генерал Засс находился в самом тяжелом и даже критическом положении, ибо неприятель был в 6 раз сильнее его и притом имел преимущество в силе своей позиции. Много надо было иметь твердости и решимости, чтобы удержаться против неприятеля, и генерал Засс выказал и то и другое, хотя в кармане у него лежал приказ Кутузова об отступлении, когда он найдет это нужным.

Кутузов послал ему этот непонятный приказ в первый момент тревоги, по получении известия о переходе турок в Слободзею. Никто из нас ничего не знал: он не сообщал нам о нем, а Засс скрыл его от своего корпуса. Мы о нем узнали только три месяца спустя.

Решение Засса делает ему большую честь: он не только избежал многих опасностей, но, отступив, он потерял бы страну и армию. Имея в своих руках оправдательный документ для отступления, он не поколебался и решил сражаться; немногие генералы были бы способны на подобную решимость, и эта решимость спасла Малую Валахию, а быть может, даже нас самих в Слободзее.

Между тем он принужден был переменить позицию, отойдя назад; но он не оставлял своих редутов и примкнул к ним свой левый фланг. Затем он приказал вернуться форсированным маршем графу д’Орурку и, к счастью, Измаил-бей не помешал исполнить это движение.

Когда граф д’Орурк соединился с Зассом, войскам была отдана следующая диспозиция:

На правом фланге, в двух верстах позади Калафата:

Генерал-майор граф д’Орурк.

3 батальона Охотского полка.

5 эскадронов Волынских улан.

4 эскадрона Переяславских драгун.

В центре:

Генерал-майор граф Воронцов.

Казаки Мелентьева.

3 батальона Шлиссельбургского полка.

2 батальона Мингрельского полка.

На левом фланге:

Генерал Засс и оба генерала Репнинские.

3 батальона 43-го егерского полка.

Казаки Кутейникова.

Тираспольские драгуны.

Чугуевские уланы.

Всего Засс имел в то время 5–6 тысяч человек, чего было достаточно в его положении. Но войска его ежедневно уменьшались, благодаря обычным болезням в июле и августе на берегах Дуная. Генерал Збиевский, полковник Засс и многие хорошие офицеры заболели и должны были быть увезены в Крайову.

8-го сентября Засс ожидал, что турки будут продолжать вчерашнюю атаку или же вышлют конные отряды внутрь страны, но, вероятно, они были очень утомлены или напуганы вчерашним упорным сопротивлением, так как не сделали ни того, ни другого, они ограничились тем, что укрепились в Калафате и на небольших возвышенностях, которые его окружали.

Тогда Засс снова окружил их в занятых ими позициях тремя маленькими укрепленными лагерями и линией волчьих ям, которые были выкопаны чрезвычайно быстро, и, таким образом, турки 15-го числа увидали себя охваченными с трех сторон и подвергались опасности попасть в плен.

Особенно опасность эта возросла после того, как они сделали ошибку, покинув 10-го числа прежнюю крепость, немного ниже Видина, которую тотчас же и занял Засс, удлинив тем линию обхвата еще на 4 версты.

С каждым днем турок сжимали все больше и больше новыми редутами и мешали им даже фуражировать. 17-го сентября Измаил-бей, желая еще раз попробовать исполнить приказание великого визиря, снова произвел общую атаку с сильным ружейным огнем, но, потеряв 300 или 400 лучших стрелков, был отбит.

30-го сентября Измаил-бей, зная, что к генералу Зассу должны подойти еще подкрепления, задумал попытаться вновь произвести нападение и произвел очень энергичную атаку, направленную преимущественно на правый фланг русских, где был полковник д’Орурк. Турки атаковали один из наших редутов с особой храбростью, но д’Орурк выдвинул каре Охотского полка, который вышел на путь отступления противника, и турки принуждены были пробиваться с большими потерями. 20 пушек, поставленные в разных редутах, производили безостановочную пальбу и наносили туркам много потерь.