Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 167
Многих свидетелей опрашивали по нескольку раз, так что иногда у нас имеются три версии воспоминаний одного свидетеля, но с важными различиями. Почти всегда первая версия – самая откровенная. Некоторые очевидцы были тактичны, но не боялись острой критики: так, воспоминания Сванидзе, насколько мне известно, в основном неопубликованные (за исключением дневников жены Алеши – Марии Сванидзе, которые, впрочем, относятся к 1930-му), представляют на удивление критическое отношение к Сталину, хотя он в то время был уже диктатором, а Сванидзе входили в его ближний круг.
Несколько слов об убийствах предателей и ограблениях банков. Сталин не хотел, чтобы эти подробности всплыли. В 1918-м он судился с Юлием Мартовым, собиравшимся их опубликовать, и, придя к власти, продолжал их утаивать. Но во многих мемуарах, несмотря на официальное отрицание, мы находим детали об участии Сталина, подтверждающие, что в начале его карьеры такая “черная работа” занимала большое место. Если Сталин вычисляет предателя, в воспоминаниях обычно говорится, что предатель был убит (и не уточняется, что кто-то отдал приказ об убийстве). Но ясно, что здесь не обошлось без Сталина. То же самое можно сказать о случаях поджога.
Много важных, бессознательно проговоренных подробностей можно найти в воспоминаниях обычных людей – особенно подруг Сталина, которые не могли открыто говорить о своей интимной связи с вождем, даже если имели от него детей.
Многие рассказы о детстве, ссылках, революционной борьбе, ограблениях, надеюсь, окажутся ценными находками для историков. Особенно важны воспоминания Кеке. Очевидно, что Сталину бы они пришлись совсем не по душе. Насколько мне известно, эти воспоминания не попали в Москву и никогда не публиковались по-русски или по-английски[225]. Вероятно, Сталину так и не сообщили, что такой текст существует. Но и другие материалы, рассказывающие многое о молодом Сталине, имеются в изобилии.
В Грузии я смог найти различные неопубликованные воспоминания в частных семейных архивах. Здесь действуют те же правила: в первую очередь нужно понимать, что людьми, заявляющими о своей близости с великими и знаменитыми, часто руководит тщеславие. Но некоторые мемуары были написаны втайне, ничто не свидетельствует, что их авторов заставяли писать под угрозами. Минадора Орджоникидзе-Торошелидзе и ее муж были арестованы в 1937-м. Его расстреляли, ее выпустили. После этого она вырвала из своих воспоминаний шестнадцать страниц.
В Грузии, а иногда и в России, все еще можно найти редких свидетелей. В тбилисском доме престарелых я беседовал со 109-летней Мариам Сванидзе, родственницей жены Сталина Като. Я говорил и с другими родственниками, например Кетеван Геловани; их воспоминания весьма ценны. Рассказы внучки Сталина Галины Джугашвили (Гули) и дочерей Орджоникидзе и Литвинова помогли заполнить некоторые пробелы. Самым ценным свидетелем был прекрасный Гурам Ратишвили, внук генерала Саши Эгнаташвили, – благодаря ему наконец исчезли неясности в их семейной истории, которые можно было обнаружить во всех книгах о Сталине, в том числе в моей.
На многие опубликованные воспоминания, особенно записанные в 1920-е, Сталин еще не мог наложить запрет. Поэтому, например, воспоминания Котэ Цинцадзе затрагивают самые неудобные моменты. Автор высказывается сдержанно, но тем не менее упоминает о том, что Сталин отдавал приказы об убийствах и ограблениях; между тем мемуары печатались в то самое время, когда Сталин изо всех сил старался доказать свое право наследовать Ленину, говоря о своем героическом прошлом – политическом и идеологическом. После 1929-го Сталин получил абсолютную власть, и они вместе с Берией сумели пустить под нож много экземпляров воспоминаний Цинцадзе. Другой пример – воспоминания Пестковского, помощника Сталина в 1917 году: первый, не слишком почтительный вариант вышел в 1922-м; в переиздании 1930 года все непочтительное было вычищено. То же касается текстов Енукидзе, Махарадзе, Шотмана и многих других.
Но даже литература официального культа может оказаться полезной. Книга Лакобы “Сталин и Хашим”, сборники рассказов о батумской демонстрации и школьных годах Сталина, “историческая” книга Берии – пропагандистские тексты, полные лжи и преувеличений, но цитаты из воспоминаний в них точны, хотя и тенденциозно подобраны. Мне приходилось сверять книги с оригинальными рукописями.
Не менее аккуратным нужно быть с антисталинскими текстами эмигрантов, например Иремашвили, Николаевского, Вулих, Уратадзе, Верещака, Арсенидзе и многих других. У западных историков сталинизма главными авторитетами были Троцкий и Суханов. Они были антисталинистами, и поэтому считалось, что они правдивы. Теперь, после тщательного анализа, видно, что у них есть ошибки, на которые можно указать, и предубеждения, на которые нужно делать поправки. Несмотря на это, их тексты по-прежнему весьма полезны.
Мне повезло найти менее известные эмигрантские источники – тексты Иосифа Давришеви, Харитона Шавишвили и Давида Сагирашвили. Все они хорошо знали Сталина. Их воспоминания предвзяты, иногда ненадежны, но в целом их значение огромно. Чувствуется, что эти трое мемуаристов, хотя и не сочувствовали Сталину, старались быть беспристрастными. Документы охранки и жандармов, частично опубликованные большевиками, частично оставленные лежать в архивах, и документы парижского отделения охранки, находящиеся в Стэнфорде, весьма ценны, но, поскольку основаны на сомнительных наблюдениях и разведданных, часто полностью ошибочны.
Некоторые воспоминания и биографии более значимы, чем можно предположить. Джон Рид, автор “Десяти дней, которые потрясли мир”, открыто сочувствует большевикам и почти не имеет представления о процессах внутри партии, но его книга – превосходный репортаж. То же можно сказать о дневниках Давида Сагирашвили. Самые первые биографы Сталина часто на удивление хорошо осведомлены: так, Борис Суварин знал многих действующих лиц и свидетелей-эмигрантов. Еще любопытнее книга Эссад-бея “Сталин: карьера фанатика”, первая настоящая биография Сталина. Я обращаюсь и к ней – разумеется, с оговорками.
Воспоминания Хрущева, Молотова, Микояна, Юрия Жданова (только что опубликованные) и прочих также полезны, но обращаться к ним нужно опять же с оговорками.
Я беззастенчиво пользовался множеством опубликованных работ, и в целом, и в отношении отдельных деталей, и постарался точно указать все источники. Но есть книги настолько выдающиеся, что я хотел бы назвать их в качестве основных моих источников. “Кто стоял за спиной Сталина?” Александра Островского – лучшая научная работа о связях Сталина с охранкой и финансовыми воротилами; едва ли ее можно превзойти. “Социализм по-грузински” Стивена Джонса – замечательное и обязательное чтение. Нельзя не назвать блестящие статьи профессора Рональда Сьюни “Подмастерье революции” и “За пределами психоистории”. Миклош Кун в книге “Сталин: неизвестный портрет” работает с тем же материалом, что и я в обеих моих книгах; его труд – настоящий подвиг исследователя, проникшего в самую суть предмета. Книги Роберта Конквеста “Большой террор” и “Сталин. Покоритель народов” остаются важнейшими работами, его характеристика Сталина не устарела. “Тайная жизнь Сталина” Бориса Илизарова – книга, полная интереснейших архивных находок. В области поэзии Сталина я целиком полагаюсь на авторитетные исследования и переводы Дональда Рейфилда. Там, где говорится о тайной полиции, я опираюсь на прекрасные книги Джонатана Дейли “Самодержавие в осаде. Тайная полиция и оппозиция в России 1866–1905 годов” и “Государственное наблюдение. Тайная полиция и оппозиция в России 1894–1917 годов”. Анна Гейфман в блестящем исследовании “Россия при последнем царе: от сопротивления к низложению, 1894–1917” раскрывает разницу в психологии революционеров, а ее же выдающийся труд “Революционный террор в России. 1894–1917” был моим главным источником сведений по теме. Недавние биографии Ленина и Сталина за авторством Роберта Сервиса страдают безапелляционностью, но вполне хорошо написаны. Что касается Баку, то новаторская и важная работа Йорга Баберовски “Враг повсюду. Сталинизм на Кавказе” – единственная, где объяснена кавказская культура насилия. Русским революциям посвящены прекрасная книга Абрахама Ашера “1905 год”, великолепная “Трагедия народа” Орландо Файджеса, многие первоклассные книги Ричарда Пайпса, в том числе “Русская революция”, “Дело Дегаева” и “Неизвестный Ленин”, и превосходный труд Александра Рабиновича “Большевики приходят к власти”.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 167
