Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
Пиночет убил более 3200 своих противников[126], а в пыточные камеры бросил десятки тысяч. Он установил настоящее царство террора, в котором участвовали и подразделения чилийской армии, называемые «Караваном смерти». Киссинджер проследил за тем, чтобы США быстро признали кровавый режим и предоставили ему помощь. В июне 1976 года он посетил чилийского диктатора и заверил его: «Мы с симпатией относимся к тому, что вы делаете»84.
Пиночет не ограничивал своих убийц территорией Чили. Через три месяца после визита Киссинджера его агенты убили посла Альенде в США Орландо Летельера и его коллегу из Института политических исследований Ронни Моффит. Взрыв машины, произошедший всего в 14 кварталах от Белого дома, был организован в рамках операции «Кондор» – серии убийств, организованных сетью латиноамериканских разведок, чей главный центр находился в Чили. В заговоре участвовали правые правительства Чили, Аргентины, Уругвая, Боливии, Парагвая и Бразилии. А США как минимум упростили связь между главами этих разведок. Операцией руководил полковник Мануэль Контрерас – глава чилийской разведки и внештатный сотрудник ЦРУ, чьи услуги оплачивались управлением по крайней мере один раз. Многие из убитых были вожаками левых партизан. Но, как сообщил Киссинджеру его помощник по межамериканским делам Гарри Шлаудеман, в число жертв попали «практически все противники правительственной политики»85.
Аугусто Пиночет приветствует Киссинджера в июне 1976 года. После свержения Альенде в результате военного переворота, осуществлявшегося при поддержке ЦРУ и по личному приказу Никсона, Пиночет захватил власть и убил более 3200 своих противников, а еще десятки тысяч отправил в пыточные камеры. Киссинджер проследил за тем, чтобы США быстро признали кровавый режим и предоставили ему помощь.
Киссинджер мог прекратить операцию «Кондор» и предотвратить много смертей, включая убийство Летельера и Моффит. 30 августа 1976 года Шлаудеман направил ему меморандум, в котором говорилось: «Мы пытаемся помешать серии международных убийств, которые могут нанести серьезный урон международному статусу и репутации замешанных в них стран»86. Киссинджер уже одобрил дипломатические протесты главам Чили, Аргентины и Уругвая, выражая «нашу глубочайшую озабоченность планами убийств оппозиционных политических фигур как в рамках национальных границ стран Южного конуса[127], так и за их пределами». Но этот демарш так никогда и не был предпринят, поскольку 16 сентября Киссинджер телеграфировал Шлаудеману об отмене протестов, сообщив, что ему было «приказано отказаться от дальнейших действий по данному вопросу»87.
В рамках операции «Кондор» отряды убийц выследили и убили более 13 тысяч оппозиционеров за пределами их родных стран. Сотни тысяч были брошены в концлагеря88.
И хотя Никсона и Киссинджера осуждали за преступную политику во Вьетнаме, Лаосе, Камбодже и Чили, их прославляли за снижение напряженности в других регионах. Одним из примеров была нормализация отношений с КНР.
В мае 1972 года, после триумфального февральского визита в Китай, Никсон отправился в Советский Союз. Обеспокоенные завязывающейся дружбой между США и Китаем советские руководители приняли его тепло. В Москве Никсон и генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев подписали Договор об ограничении стратегических вооружений (ОСВ), первый в истории договор по стратегическому оружию, ограничивший каждую сторону двумя районами противоракетной обороны (ПРО) и установивший максимально допустимое число МБР и баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ). Договор не смог замедлить рост количества ядерных боеголовок, поскольку не регулировал ракеты с разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧИН) – такие ракеты несут по нескольку индивидуально наводящихся боеголовок. Равно как и не сделал ничего, что могло бы уменьшить уже существующие арсеналы, которые позволяли каждой из сторон уничтожить другую несколько раз. Но в качестве первого шага он имел огромное символическое значение. Брежнев и Никсон также начали процесс, который привел к признанию границ Восточной Европы в обмен на обещание уважать права человека в рамках Хельсинкских соглашений 1975 года. Они выпустили совместное коммюнике и заявление об основных принципах взаимоотношений. Первый из этих принципов говорил, что обе страны «будут исходить из общего понимания того, что в ядерную эпоху нет альтернативы выстраиванию отношений на основе мирного сосуществования»89. Вернувшись в США, Никсон выступил на совместном заседании палат конгресса:
«Во всем мире растет надежда на то, что в нем больше не будет страха и стремления к войне… Для миллионов американцев всю прошедшую четверть века Кремль символизировал угрозу нашим чаяниям, а для миллионов русских американский флаг долго был символом зла. Еще совсем немного времени назад никто бы не поверил, что эти два внешне несовместимых символа можно будет увидеть вместе так, как мы видели их всего несколько дней назад… Три пятых всего населения Земли провели всю свою жизнь в тени ядерной войны… В предыдущую пятницу в Москве мы стали свидетелями начала конца этой эры»90.
Н. С. Хрущев, который помог проторить дорогу к этим фундаментальным изменениям, не успел их увидеть. Он умер от сердечной недостаточности в сентябре предыдущего года. Последние годы жизни он провел на своей даче, критикуя советское правительство за его жесткую борьбу с инакомыслием. Особенно рассердила советское руководство публикация им мемуаров за рубежом. Изданные на Западе под названием «Хрущев вспоминает», они стали бестселлером. В этой книге Хрущев с грустью размышлял о мирном сосуществовании, к которому стремились они с Кеннеди. Центральный комитет КПСС решил не афишировать его погребение, похоронив Хрущева на неприметной аллее одного из московских кладбищ. Памятник ему появится лишь четыре года спустя.
17 июня 1971 года США подписали с Японией договор, позволивший той вернуть в мае 1972-го в свой состав Окинаву. За США оставалось право использовать остров в качестве базы для операций во Вьетнаме и склада ядерного оружия. Жители Окинавы согласились. По условиям договора США продавали Окинаву назад Японии, но сохраняли на ней свои базы для ведения боевых действий в регионе. Иными словами, Япония не только была вынуждена выплатить США непомерную цену за «выкуп» острова, но и соглашалась ежегодно платить немалые суммы, необходимые для содержания баз. В любой другой стране Соединенные Штаты либо сами платят за возможность размещения баз на ее территории, либо по крайней мере выделяют часть необходимой суммы. Мало того, премьер Эйсаку Сато нарушил условия договора, позволив США разместить на острове не только склады, но и боевые соединения с ядерным оружием.
Конфликт вокруг Окинавы длился более десятилетия. В 1960 году Соединенные Штаты и Япония заключили Договор о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности, известный также под японской аббревиатурой АМПО, санкционировавший продолжение американской оккупации Окинавы и сохранение американских военных баз на территории всей страны. Оппозиция была столь острой, а протесты столь массовыми, что правительство премьера Нобусукэ Киси, старшего брата Сато, было вынуждено подать в отставку. Киси также совершил грубую ошибку, заявив в японском парламенте, что конституция страны не запрещает развития ядерных вооружений, а это было табу для большинства японцев. Американский посол Дуглас Макартур жаловался, что «скрытый нейтрализм зиждется на антимилитаризме, пацифизме, нечетком мышлении, ядерных неврозах и марксистских наклонностях интеллектуального и научного сообщества». За год до этого Макартур надавил на токийский окружной суд, дабы тот не вынес положительный вердикт по иску относительно того, что американские войска в Японии представляют собой «военный потенциал», а значит, нарушают антимилитаристскую 9-ю статью японской мирной конституции, написанную при участии дяди посла – генерала Дугласа Макартура – во время оккупации. Девятая статья гласит: «Японский народ навсегда отказывается от войны как суверенного права нации», – а значит, страна никогда не будет иметь «наземного, морского, воздушного и любого другого военного потенциала». В этот период Япония также заключила с США первое из серии секретных соглашений, в рамках которого страна поддерживала ядерную стратегию и военные приготовления американского правительства. Наиболее вопиющим пунктом договора стало «молчаливое согласие» Японии с тем, что «американские военные корабли, несущие на борту ядерные заряды, могут заходить в японские территориальные воды и порты без предварительных консультаций с японской стороной»91.
Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
