Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 173
Они были люди в своем деле более компетентные, чем он.
Он ездил к лидерам США и СССР, занятым решением глобальных стратегических проблем, опять-таки не имея возможности дать им какой-нибудь полезный совет.
Они были люди куда могущественнее него, считались только друг с другом, а его «советы и предположения» неизменно отвергали.
И в результате остается устойчивое впечатление – этот человек действительно стремительно бежит, но бежит он в беличьем колесе.
Зачем, спрашивается, его понесло в Квебек? Большая Советская Энциклопедия дает нам на это следующий ответ – приведем его в виде длинной цитаты:
«Квебекские конференции 1944[множественное число – конференции – использовано потому, что в Квебеке была целая серия встреч английских и американских военных, экономистов, дипломатов и политиков] происходили 11–16 сентября при участии министра финансов США Г. Моргентау, министра иностранных дел Великобритании А. Идена и Объединенной группы начальников штабов. На конференции были рассмотрены вопросы дальнейшего ведения войны против фашистской Германии и милитаристской Японии. Англо-американское командование, стремясь не допустить освобождения Советским Союзом стран Центральной и Юго-Восточной Европы, приняло решение после очищения Северной Италии от фашистских войск развивать наступление на Триест и Вену; оно также предпринимало усилия к тому, чтобы занять к концу войны возможно большую часть территории Германии. На Квебекскиx конференцияx 1944 был одобрен план расчленения Германии (при передаче Рура и Саара под контроль специального международного органа), ее деиндустриализации и аграризации (однако вскоре после окончания Квебекской конференции 1944 этот план был дезавуирован правительствами США и Великобритании). Рузвельт и Черчилль договорились также об активизации военных действий против Японии».
Спорить с энциклопедией мы не будем, а просто рассмотрим некоторые пункты поподробнее. Англо-американское командование действительно решило продолжать наступление в направлении на Триест и Вену (из Северной Италии) и на Германию – из Франции и Бенилюкса. Вот пункт в отношении «стремленияне допустить освобождения Советским Союзом стран Центральной и Юго-Восточной Европы» выглядит спорным.
Черчилль-то безусловно стремился это сделать. Если даже в разговорах сo своим доктором лордом Мораном он частенько твердил о том, что «русские после войны займут доминирующую позицию в Европе» и что это надо предотвратить, то уж наверное и в беседах с влиятельными американцами он данную тему тоже затрагивал. Однако никакой поддержки он не получил. Его предположения выслушивали и говорили ему, что в ноябре 1944 г. в США будут выборы, что президент Рузвельт выдвигает свою кандидатуру на беспрецедентный четвертый срок, что важно сначала закончить войну с Германией, а уж потом договариваться с Россией, что американский народ хочет как можно скорее дeмобилизовать армию и «вернуть мальчиков домой» и что «помощь России будет нужна против Японии».
Рузвельт отказал ему даже в малости: Черчилль попросил его подписать его письмо к Сталину с просьбой «помочь восставшей Варшаве», Рузвельт ответил ему в том смысле, что сейчас это несвоевременно и что есть вещи поважнее. По-видимому, «лондонское» польское правительство он уже списал со счетов.
Именно тогда Черчилль и решил, что раз ему не удалось заручиться помощью Рузвельта против Сталина, он должен попробовать поговорить со Сталиным сам. Чем он надеялся убедить его, совершенно неясно – ни сил, ни возможности на противостояние с СССР у Великобритании не было. Черчилль, однако, решил попытаться. Он обладал необычным для политика свойством.
По-видимому, у него была совесть.
Визит Черчилля в Москву состоялся в октябре 1944 г. Из своих сотрудников в этот раз он взял с собой только Идена – разговор предположительно должен был ограничиться только внешнеполитическими вопросами и не касаться ничего прочего.
Сталин оказался прекрасно подготовлен к встрече – его снабжали вполне качественной и достоверной информацией о его английских союзниках.
Дело было поставлено настолько хорошо, что из английских источников удавалось узнать многое не только об английских делах, но и о Германии.
Вот цитата, взятая с интернетного сайта Службы внешней разведки России:
«Агентурный аппарат разведки в Великобритании:
С началом войны резидентура в Англии имела на связи ряд ценных агентов, завербованных в 30-е годы. Среди них особо выделялась знаменитая «Кембриджская пятерка», привлеченная к секретному сотрудничеству на идейно-политической основе выдающимся разведчиком-нелегалом А. Дейчем. Ким Филби, занявший в годы войны важный пост в британской разведке, передавал советской разведке материалы британской разведки и контрразведки. Другие члены «пятерки» – Г. Берджес, Д. Маклин, А. Блант и Д. Кэрнкросс обеспечивали доступ внешней разведки к секретным документам военного кабинета, к переписке Черчилля с Рузвельтом и другими главами государств и правительств, министра иностранных дел А. Идена с послами в Москве, Вашингтоне.
Всего за годы войны из Лондона поступило около 20 тысяч разведывательных материалов, 90 процентов из которых были подлинными документами. Информация лондонской резидентуры имела особо важное значение в начальный период войны, когда советское руководство ощущало колоссальный дефицит сведений по Германии».
Как мы видим, Павел Михайлович Фитин, молодой начальник 1-го Управления (внешняя разведка) НКГБ – МГБ СССР (ему в 1944 году было всего 37 лет), хорошо знал свое дело.
Немудрено, что Сталин раз за разом отказывал союзникам в просьбе установить обычную «миссию связи» – практику размещения в штабах друг друга офицеров союзных стран для координации военных действий. Он отвергал саму идею – по-видимому, видел в этом узаконенную форму шпионажа.
Выгоды в обмене информацией он не находил и имел для этого, как мы видим, вполне хорошие основания.
У Черчилля, по-видимому, не было ничего подобного. Службы Блентчли Паркс наверняка слушали не только германские, но и советские радиосообщения, однако завести средства агентурной разведки в государстве вроде Советского Союза – дело трудное, если не невозможное.
Принимали английскую делегацию в Москве исключительно радушно, по заведенному со времени предыдущей встречи образцу Черчилля встречал Молотов. Черчиллю и Идену предоставили отдельные коттеджи. Первая встреча состоялась в 10 вечера, и присутствовали на ней только шесть человек: Сталин, Черчилль, Молотов, Иден, британский переводчик майор Бирс и советский переводчик В.Н. Павлов. Черчилль высоко его ценил и говорил, что с англичанами он разговаривает, как англичанин, а с американцами – как американец. Он и по-немецки говорил так, что, по слухам, в 1940 г., на переговорах с Молотовым, Гитлер спросил его: «Вы немец?»
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 173
