Приведенные соображения применимы ко всем картам колоний. Если вы знаете, где они были составлены и откуда двигались к границам, то вы можете предсказать, в какую сторону допущены ошибки в широте и долготе.
В Сан-Карлосе мы поселились у коменданта крепости, лейтенанта милиции. С галереи дома открывается весьма приятный вид на три очень длинных острова, покрытых густой растительностью. Река течет прямо с севера на юг, как будто русло ее было прорыто рукой человека.
Постоянно пасмурное небо придает здешним местам суровый и мрачный характер. В деревне мы увидели несколько деревьев Juvia – величественных растений, дающих треугольный миндаль, называемый в Европе амазонским миндалем. Мы описали его под названием Bertholletia excelsa Humb. et Bonpl. За восемь лет деревья достигают 30 футов в вышину.
Гарнизон на здешней границе состоял из 17 солдат, из которых 10 были отряжены для обеспечения безопасности соседних миссионеров. Воздух так влажен, что не наберется и четырех ружей в пригодном для стрельбы состоянии. У португальцев в крепости Сан-Жозе-ди-Марабитанас 25–30 человек, лучше одетых и лучше вооруженных. В миссии Сан-Карлос была лишь одна garita[226] – квадратное здание из необожженного кирпича, где стояли шесть полевых пушек.
Крепость, или, как принято здесь говорить, Castillo Сан-Фелипе, расположена напротив Сан-Карлоса на западном берегу Риу-Негру. Комендант не пожелал показать fortaleza[227] Бонплану и мне; в наших паспортах было ясно сказано, что мы имеем право измерять горы и производить триангуляцию местности повсюду, где я сочту это нужным, но ничего не говорилось об осмотре укрепленных пунктов.
Наш спутник, дон Николас Сотто, испанский офицер, был счастливее нас. Ему разрешили переправиться через реку. На маленькой, расчищенной от деревьев равнине он увидел начало земляного укрепления, которое, если оно будет закончено, потребует для своей защиты 500 человек. Это квадратное огороженное пространство, окруженное едва заметным рвом. Парапет имеет в высоту 5 футов; он укреплен крупными камнями.
Со стороны реки построены два бастиона; в них можно было бы поместить по 4–5 пушек. Во всей крепости насчитывается 14–15 орудий, большая часть которых снята с лафетов и охраняется двумя людьми. Вокруг крепости раскидано несколько хижин индейцев. Это то, что именуется деревней Сан-Фелипе. И чтобы убедить министерство в Мадриде в быстром росте здешних христианских поселений, для этой мнимой деревни ведут отдельные приходские записи.
Вечером, после молитвы, к коменданту являются с рапортом и по всем правилам докладывают ему, что вокруг крепости все как будто спокойно. Это напомнило мне рассказы наших путешественников о крепостях, возведенных на гвинейском берегу для защиты европейских факторий и охраняемых гарнизоном из 4–5 человек.
Солдаты в Сан-Карлосе не счастливее солдат в африканских факториях, так как в столь далеких местах военной администрации присущи одни и те же злоупотребления. По обычаю, терпимому с очень давних времен, начальники не платят гарнизонам деньги, а предоставляют им по повышенным ценам одежду (ropa), соль и пищевые продукты.
В Ангостуре очень боятся отправки или, лучше сказать, ссылки в миссии на Карони, Кауре и Гуаинии, а потому в ней трудно завербовать кого-нибудь в солдаты. На берегах Риу-Негру продовольствие исключительно дорого: там выращивают лишь очень немного маниоки и бананов, и в реке (как во всех реках с черной прозрачной водой) водится мало рыбы.
Самые лучшие продукты доставляются из португальских поселений на Риу-Негру, где индейцы более трудолюбивы и более зажиточны. Впрочем, торговля с португальцами развита слабо, и ежегодный ввоз едва достигает 2000 пиастров.
Среди португальцев, встреченных нами в Сан-Карлосе, было несколько военных, совершивших в свое время путь от Барселуса до Гран-Пара. Я приведу здесь все, что мне удалось узнать о течении Риу-Негру. Так как по Амазонке редко кто поднимается выше устья Кабабури, реки, знаменитой сбором сарсапарели, то все, что было опубликовано в недавнее время, даже в Рио-де-Жанейро, относительно географии этих стран, отличается чрезвычайной неясностью.
Спускаясь по Гуаинии, или Риу-Негру, вы минуете справа Каньо-Малиапо, слева – Каньо-Дариба и Каньо-Эни. На расстоянии пяти лье, следовательно, примерно на 1°38' северной широты, находится остров Сан-Хосе, временно (ибо в этом бесконечном споре о границах все временно) признанный южной оконечностью испанских владений.
Несколько ниже этого острова, в месте, где растет много одичавших апельсиновых деревьев, путешественникам показывают маленькую скалу, высотой в 200 футов, с пещерой, называемой миссионерами Glorieta Кокуя. Этот загородный дом – таково значение кастильского слова Glorieta – вызывает малоприятные воспоминания.
Здесь Кокуй, вождь манитивитано, держал свой гарем и здесь же, не станем умалчивать, он по какой-то странной прихоти съедал самых красивых и самых жирных жен. Я не сомневаюсь, что Кокуй был несколько склонен к людоедству; таково, говорит отец Джили с наивностью американского миссионера, «дурное обыкновение этих гвианских племен, в остальном столь добрых и кротких».
Но истины ради я должен добавить, что предания о гареме и оргиях Кокуя шире распространены на Нижнем Ориноко, чем на берегах Гуаинии. В Сан-Карлосе отвергают всякое подозрение в поступках, унижающих природу человека. Не потому ли, что сын Кокуя, который принял христианство, и который показался мне умным и культурным человеком, является в настоящее время начальником индейцев в Сан-Карлосе?
Ниже Glorieta идут на португальской территории крепость Сан-Жозе-ди-Марабитанас, деревни: Жоан-Батиста-ди-Мабе, Сан-Марселину (близ устья Гуаисии, или Уэсие), Носа-Сеньора-да-Гуя, Боависта у реки Исана, Сан-Фелипе, Сан-Жуакин-ди-Коанне при впадении знаменитой реки Гуапе, Кальдерон, Сан-Мигель-ди-Ипаранна с крепостью, Сан-Франсиску-ди-лас-Какульбаес и, наконец, крепость Сан-Габриель-ди-Качейрас.
Я совершенно намеренно вхожу в эти географические подробности, чтобы показать, сколько поселений основало португальское правительство даже в этой отдаленной части Бразилии. На протяжении 25 лье построено 11 деревень; до устья Риу-Негру, как мне сообщили, их еще 19, не считая 6 городов: Томар, Морейра (у реки Деменене, или Уарака, где в старину жили индейцы гуаяна), Барселус, Сан-Мигель-дель-Риу-Бранку, близ реки того же названия, игравшей такую важную роль в легендах о Дорадо, Моура и Вилья-ду-Риу-Негру.
Таким образом, берега только одного этого притока Амазонки населены в десять раз гуще, чем все берега Верхнего и Нижнего Ориноко, Касикьяре, Атабапо и испанской части Риу-Негру, вместе взятые. Такой контраст ни в коем случае не связан ни с разницей в плодородии почвы, ни с большей легкостью плавания по Риу-Негру, текущей все время в одном направлении, с северо-запада на юго-восток.
