Из этого следовала политика установления дружественных отношений с самыми радикальными реакционерами. Информационный бюллетень Пекина одобрительно замечал: «В Европе Ф. Й. Штраус, лидер партии „Христианско-Социальный Союз“ в ФРГ заявил: „Отрицание нейтронной бомбы могло бы иметь катастрофические последствия для оборонительной способности НАТО и Европы“»{962}.
В Африке одержимость так называемым «советским социал-империализмом» заставила Китай отказаться от революционной политики в пользу поддержки антиимпериалистических движений и революций. Этой политики они придерживались на протяжении всех 60-х годов. Силы, которые продолжали борьбу с империализмом, особенно с американским, слепо обвинялись в пособничестве социал-империализму.
Во всех странах Африки патриотическая и антиимпериалистическая борьба проходила очень сложно. Основываясь на опыте Че Гевары в Конго в 1965 году, кубинские революционеры сделали несколько интересных открытий на континенте. В 60-х годах Китайская КП была довольно близка к кубинской КП в своей политике по поддержке африканских революций. Новая ориентация китайской политики в Африке в 1973–1975 годах была, несомненно, ревизионистской – во имя борьбы с социал-империализмом Китай отвернулся от антиимпериалистических революционных сил. В результате революционная политика Кубы в Африке испытала большие сложности в том, чтобы отделиться от ревизионистской линии КПСС.
В Анголе Китай поддерживал ангольские проимпериалистические партии, такие как УНИТА (Национальный союз за полную независимость Анголы, UNITA) Жонаса Савимби и ФНЛА (Национальный фронт освобождения Анголы, FNLA) Роберто Холдена. «Со времени вторжения в Анголу Советский Союз направил туда 10 000 иностранных наемников (имеется в виду кубинцев. – Прим. авт.). Под руководством советского социал-империализма эти наемнические войска, самые крупные на тот момент на африканском континенте, жестоко подавляют борьбу ангольского народа»{963}. «Сейчас Ангола находится в состоянии партизанской войны против Советского Союза и его наемников. Несмотря на несколько широкомасштабных кампаний по „зачистке“ и массовому убийству населения, народ Анголы продолжает бороться»{964}.
В Конго Китай поддерживал неоколониальную диктатуру Мобуту в борьбе против ФНОК (Фонда национального освобождения Конго, FNLC) генерала Мбумба. Эта организация состояла из бывших жандармов Катанги и их последователей, живших в Анголе в 1962–1963 годах. Информационный Бюллетень Пекина писал: «22 марта президент Мобуту подчеркнул, что захватчики вооружены Советским Союзом и обучены кубинцами. Мобуту отметил, что модернизированное оружие, поставляемое Советским Союзом для борьбы с двумя (ангольскими) организациями за освобождение Анголы, похоже на то, которым вооружены захватчики. С 1960 года Советский Союз пытается построить неустойчивое положение вокруг страны»{965}. Таким образом, Китай уже не стыдился публиковать это заявление Мобуту для поддержки своей антинационалистической и антикоммунистической политики 1960 года, что привело к убийству Патриса Лумумбы (Patrice Lumumba).
В Польше КПК установила связи с проимпериалистическими и реакционными силами Солидарности и с ревизионистской партией, так как обе выступали против советской политики. «Никакое вероломное вторжение не испугает народ Польши и польское правительство, пока оно защищает фундаментальные интересы страны и объединяет народ для борьбы с иностранным врагом»{966}. Польские силы, которые в начале 80-х годов КПК рассматривала как противников социал-империализма, пожертвовали своей независимостью в угоду империализма, в частности немецкого и американского, и НАТО.
Фидель Кастро о контрреволюции и ревизионизме
В 1968 году лидеры КПСС предположили, что причины чехословацкой контрреволюции лежали в ревизионизме группы Дубчека и интригах империализма. Они отрицали, что у истоков чехословацкого ревизионизма лежала политика Хрущева и Брежнева.
Коммунистическая партия Китая утверждала, что реставрация капитализма и социал-империалистическая политика СССР привели к фашистской агрессии, жертвой которой стала Чехословакия. КПК поддержала радикальных ревизионистов и реакционеров, которые с оружием в руках противостояли войскам Варшавского договора. Эти два противоположных течения нанесли вред развитию мировой социалистической революции.
Китайская КП была лидером в антиревизионистской борьбе, но односторонний взгляд на ситуацию привел к неправильной оценке чехословацких событий. Анализ кубинской КП обычно был слабее в отношении исторических событий в рамках мирового коммунистического движения. Если Че Гевара писал, что нельзя быть коммунистом, не прочитав 14 томов работ Сталина, Фидель Кастро, по всей видимости, не углублялся в в изучение идеологических и политических войн внутри КПСС в героические 1917–1953 годы. Но, несмотря на определенную слабость в вопросах истории коммунистического движения, Фидель Кастро является революционером и сторонником интернационализма. Эти качества позволили ему проанализировать ввод войск Варшавского договора в Чехословакию. И нам кажется, он сделал правильные выводы. Это большое достижение в деле международного коммунистического движения.
Фидель Кастро критиковал ревизионизм, который позволил врагам распространить их антисоциалистические идеи и пропагандировать стиль жизни империалистических стран. Он сказал, что Чехословакия встала на путь капитализма и империализма. История показала, что он был прав. Но Фидель отметил, что дегенерация, которая наблюдалась в Чехословакии, также ощущалась в Советском Союзе! Он сказал, что Куба выступала против либеральных реформ в политической и экономической сферах как Советского Союза, так и Чехословакии.
«Чехословацкий режим переживал опасные изменения во всей системе. Чехословацкий режим двигался навстречу капитализму и, еще более неумолимо, к империализму. Империалисты всегда говорили о поддержке либеральных течений, об оказании избирательной экономической помощи и о необходимости привлечения всех сил, способных оказать поддержку в организации оппозиции социализму. Они применяли некоторые принципы буржуазной „свободы“ прессы, которые подразумевали признание права на контрреволюцию и прав эксплуататоров, даже врагов социализма, свободно выступать и писать против социализма. Очевидно, что процесс покупки основных органов распространения информации реакционными силами набирал обороты.
