Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 174
Только после удачного выступления в главной роли в спектакле «Последняя миля» Гейбла заметили кинорежиссеры и пригласили сняться в картине «Нарисованная пустыня». Она относилась к категории «В», но жалованье в 750 долларов в неделю скрашивало все недостатки этой работы, в том числе и необходимость в короткий срок овладеть искусством верховой езды. Хотя Гейблу и приходилось работать на ферме, но на лошадь он никогда не садился. Пришлось брать уроки в манеже. Впоследствии актер не без гордости говорил: «Первые несколько дней у меня все болело, и я с трудом мог ходить после занятий, но я это выдержал. Через пять недель, когда начались съемки в Аризоне, я уже вполне сносно ездил верхом».
Взяв это препятствие, Гейбл неожиданно для себя столкнулся с другим, оказавшимся более серьезным для его кино-карьеры. Несмотря на привлекательную внешность, настоящим камнем преткновения для создаваемого им образа мужественного героя-любовника оказались большие торчащие уши. Они постоянно служили объектом всевозможных острот. Актер Милтон Бирл называл их «лучшими ушами нашей жизни», а киномагнат Говард Хьюз в своих воспоминаниях писал: «Его уши делали его похожим на такси с открытыми дверцами». Никакие ухищрения гримеров — приклеивание липкой лентой, нанесение темного тона — не могли решить эту проблему. Удивительнее всего, что она исчезла сама по себе после того, как Гейбл стал знаменитостью: их просто перестали замечать. Антрепренер актера, Мина Уорнер, вспоминала по этому поводу: «Он ничего не предпринимал, чтобы исправить свой недостаток. И однажды Джек Уорнер, посмотрев „Танцующих дочерей“, спросил: „Черт побери, что это за парень, почему мы его проморгали?“ „Это тот самый, — ответила я, — которого вы забраковали из-за ушей“. — „Быть не может! Он что же — сделал операцию?“ — „Нет. Они остались, как были“».
Фортуна улыбнулась Гейблу в лице светской дамы и состоятельной вдовы техасского нефтяного миллионера Рии Фрэнклин Прентис Лукас Лэнгхем. 43-летняя любовница способствовала выдвижению своего обворожительного протеже. В 1931 г. Гейбл снялся в 11 картинах. Его партнершами были такие звезды Голливуда, как Джоан Кроуфорд, Норма Ширер, Мирна Лой, Джин Харлоу. А после исполнения роли гангстера в фильме «Свободная душа» он сам стал звездой, создав на экране новый тип грубой мужской сексапильности. 19 июля 1931 г. Кларк женился на Рие.
Свои кинематографические успехи Гейбл отметил покупкой первой спортивной машины. Он так гордился ею, что друзья подозревали, уж не ночует ли он в ней. Но у него были более сильные увлечения. Герой-любовник на экране был не менее любвеобильным и пылким в жизни, тем более что вокруг было столько очаровательных женщин. Однажды, будучи уже всемирно известным, Гейбл, просматривая рекламный проспект, посвященный звездам киностудии, заметил: «Какое чудесное сборище красавиц — причем ни одну из них я не упустил». Действительно, перечень любовниц Гейбла мог бы занять не одну страницу, да и официальных жен у него было немало. Брак вовсе не мешал многочисленным любовным связям актера. Одна из них — с Джоан Кроуфорд — была самой длительной: в течение 30 лет он время от времени возвращался к ней и их роман разгорался с новой силой. Джоан, хорошо знавшая обо всех его слабостях и увлечениях, тем не менее признавалась: «второго такого обаятельного человека я не встречала».
С любовными похождениями Гейбла связано немало легенд. Есть среди них и «тайна, известная всем». Одной из его партнерш в кино и в жизни была блистательная Лоретта Янг, начавшая свою карьеру в четырехлетием возрасте. С Кларком она познакомилась на съемках фильма «Зов предков». И если сильнейший затяжной снегопад навел уныние на всю группу, то влюбленные Янг и Гейбл были настолько поглощены страстью, что «не заметили», как Лоретта забеременела. Незамужняя кинозвезда ждала ребенка от женатого актера — это предвещало крах ее карьеры и скандал (для того времени) в Голливуде и в глазах католической церкви. О признании отцовства не могло идти речи, хотя Гейбл даже ушел от жены. Все отношения были срочно прерваны и, как оказалось, навсегда. В строжайшей тайне Лоретта родила девочку, окрестила ее как Мари Джудит Кларк (без упоминания имен родителей) и отдала на воспитание в католический приют. Спустя два года Янг удочерила собственного ребенка. Правду об отце Джудит узнала, когда ей исполнилось 30 лет, а Гейбла уже не было в живых. В откровенной книге о своих знаменитых родителях она рассказала о единственной встрече с отцом и разговоре с ним. На прощание он поцеловал 15-летнюю дочь в щечку, и потрясенная девочка несколько дней с восторгом рассказывала о визите к ней неотразимого красавца с проникновенным взглядом и ироничной улыбкой, сводившей с ума все женское население.
Справедливости ради надо отметить, что популярность Гейбла основывалась не только на его красоте и обаянии. От фильма к фильму росло и его актерское мастерство. Уже в картине «Сьюзен Ленокс» (1931 г.) он стал достойным партнером великой Греты Гарбо. А в 1934 г. актер сыграл одну из самых лучших своих ролей — предприимчивого репортера в фильме «Это случилось однажды ночью». Картина стала настоящей сенсацией, а работа актера была удостоена высшей награды Американской киноакадемии. Гейбл принял «Оскара» с ослепительной улыбкой, сказав только одно слово: «Спасибо». До самой последней минуты, помня о своих прежних неудачах, он боялся поверить в то, что сможет победить. Теперь актер занял ведущее положение на «фабрике звезд» и стал самым высокооплачиваемым. В трех из пяти лучших фильмов Голливуда 1930 гг. Гейбл сыграл главные роли: «Это случилось однажды ночью», «Мятеж на „Баунти“» и, конечно, «Унесенные ветром».
Растущая популярность не смогла «застраховать» Гейбла от неудач, которые были в основном связаны с его попытками изменить свой имидж. Так случилось с его работой в фильме «Парнел» (1937 г.), где он исполнял роль ирландского патриота, борющегося за независимость страны. Зрители с негодованием встретили этого героя, не желая, чтобы актер отказывался от ролей «настоящих мужчин» и изображал исторических деятелей. После провала картины Гейбл заявил: «Никто никогда не заставит меня поддаться на подобные предложения еще раз, я знаю свои возможности, и действительно, мне больше всего подходит рубашка с расстегнутым воротом, джинсы и грубые башмаки». И актер вернулся к своему прежнему облику, который заставлял женщин дрожать от восторга, а мужчин — копировать его. Нахальный, но такой обаятельный, язвительный, циничный, иронично-умный неотразимый мужчина. Типичное воплощение «Великой американской мечты». Ковбой, гангстер, джентльмен, искатель приключений и любимчик женщин. На такого стоит равняться. И мужчины старались: костюмы и шляпы «под Гейбла», усики «а-ля Гейбл». А когда в одном из фильмов он рванул на груди рубаху и под ней не оказалось привычной майки, фирмам, производящим нательное белье, впору было обращаться в суд: мужчины перестали приобретать эту продукцию.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 174
