Так троцкисты открыто проявили себя как провокаторы на непосредственной службе у нацистов. Троцкисты повторяли ложь, распространяемую с 1945 года американскими секретными службами, согласно которой украинские националисты боролись против Гитлера и против Сталина. А что же было на самом деле? В журнале ветеранов восточного фронта немецкий офицер войск СС описывает свой опыт на Украине. Он признает, что украинское население было «очень разочаровано политикой немцев во время оккупации». Перед тем как отступать, немецкая армия сформировала дивизию «Галичина» в составе СС, состоящую из украинцев под командованием немецких офицеров. Глава Украинской повстанческой армии Мельник принял «очень серьезное решение бороться сразу на два фронта, против Советов и против немцев». (Против немцев… которые уже начали отступать). Нацистский офицер описывает сражения, которые он вел вместе с «этими украинцами» против Красной армии в июле 1944 года. «Тот факт, что украинские и немецкие солдаты сражались вместе против общего врага, вывел историю германо-украинских отношений на новый уровень»{1011}.
«Политическая революция» троцкистов поистине прекрасна, когда в ее авангарде находятся войска СС!
К вопросу о контрреволюции в Берлине и в Будапеште
Большая часть населения Германии активно поддерживала гитлеровский режим на всем протяжении войны. Через 5 лет после поражения влияние нацистов все еще сохранялось как в Восточной Германии, так и в Западной. На западе страны бывшие нацисты и их пособники все еще возглавляли крупные предприятия, судебные ведомства и армию. Холодная война, инициированная Соединенными Штатами и Великобританией, подпитывала антикоммунистические настроения тоскующих по «новому порядку» в ГДР. И когда в 1953 году в Восточном Берлине вспыхивает мятеж, возглавляемый бывшими нацистами и поддерживаемый организацией генерала Гелена, бывшего начальника секретных служб нацистов, перешедшего на службу в ЦРУ, Мандель приветствует эту «антибюрократическую борьбу». «Бюрократическая каста не остановится перед самыми ужасными преступлениями. Этот урок истории уже записан кровью на стенах Берлина в 1953 году»{1012}.
В Венгрии у руля без перерыва с 1919-го по 1944 годы был фашистский режим Хорти. В 1956 году вспыхивает венгерская контрреволюция, запущенная фашистами при поддержке ЦРУ, в дальнейшем Мандель этому аплодирует: «Венгерская революция октября – ноября 1956 года дальше всех продвинулась по пути к полному расцвету антибюрократической политической революции»{1013}.
Добавим, что те, кто в 1989 году провозгласил в Будапеште воцарение свободного предпринимательства и потребовал присоединения к НАТО, провозглашали также и реализацию программы антикоммунистического восстания 1956 года. Они чтили память «национального героя» Имре Надя, который 31 октября 1956 года разорвал пакт Организации Варшавского договора и провозгласил «нейтралитет» Венгрии… что в точности соответствовало самому прогрессивному лозунгу, сформулированному радио «Свободная Европа»{1014}.
Троцкистская пресса приветствовала массовые антикоммунистические выступления в Венгрии летом 1989 года. Так, Мандель пишет: «На этой неделе милион человек вышел на улицы Будапешта, чтобы воздать должное памяти товарища Имре Надя, коммунистического лидера революционного правительства, который был расстрелян сталинистами»{1015}. (Отметим в скобках, что фашистская пресса, в свою очередь, также почтила память Надя, этого видного националиста, казненного сталинистами…) Далее та же троцкистская газета утверждает: «Имре Надь заплатил жизнью за свое смелое выступление на стороне Рабочих советов большого Будапешта. Эти советы требовали демократии в рамках социализма»{1016}.
К вопросу о «Солидарности», «власти трудящихся»
Троцкисты представили польскую «Солидарность» как организацию, ведущую борьбу против сталинсткой бюрократии и за пролетарский социализм! В 1980 году IV Интернационал писал: «„Солидарность“ объективно все больше и больше функционирует, по крайней мере на местном и региональном уровнях, как дублирующий орган власти; политическая антибюрократическая революция в Польше, по сути дела, уже началась. Польский опыт иллюстрирует революционно-пролетарскую сущность демократических и национальных протестов в бюрократизированных рабочих государствах»{1017}. В том же 1981 году троцкисты сетуют, что «Солидарность» не хочет брать власть в свои руки, несмотря на то, что она представляет власть альтернативную, власть рабочих. «Люди обезоружены неспособностью „Солидарности“ прийти к власти… В этот момент было бы особенно трагичным, если ненависть к тоталитаризму могла бы подтолкнуть рабочих прекратить борьбу с тоталитарной диктатурой. Некая власть бросила вызов государству: это власть польских рабочих»{1018}. И когда в 1989 году «Солидарность», получив поддержку Рейгана, Буша и миссис Тэтчер, а также всех секретных служб Западной Европы, готовится взять власть в свои руки, Мандель так и не поменял своего мнения по поводу сущности «Солидарности» и утверждает: «Узаконивание „Солидарности“ – это победа всего рабочего класса»{1019}.
К вопросу о ЦРУ в Чехословакии
В 1990 году власть в Чехословакии берет в свои руки общеизвестный пособник ЦРУ и радио «Свободная Европа» Вацлав Гавел. Он сделает троцкиста Петера Уля директором Чехословацкого информационного агентства, официального рупора нового буржуазного проамериканскоо государства! Уль пишет: «Можно спорить, в какой мере теория Троцкого о политической революции была обоснованной. Я думаю, что именно в Чехословакии реальность максимально приблизилась к этой теории»{1020}. 12 ноября Мандель разворачивает ту же мысль, доводя ее до абсурда (или до гнусности, если угодно): он сравнивает чехословацкую контрреволюцию… с Великой Октябрьской революцией! В своем сообщении троцкисты пишут: «Блистательный, как никогда, наш товарищ Эрнест Мандель вновь подтверждает, что, без всякого сомнения, „то, чему мы являемся свидетелями в ГДР и Чехословакии, это настоящая революция размаха и глубины, беспрецедентных после русской революции 1917 года“»{1021}.
Петер Уль также дал прекрасное описание «политической революции» в Чехословакии как революции антикоммунистической, осуществленной единством всех реакционных сил. Уль заявляет: «Были те, кто, как и я, видел в „Хартии 77“ шаг в направлении политической революции; другие же видели в этом средство распространять слово Христово. Это было настоящая лаборатория толерантности». «Как только речь заходит о противостоянии „коммунизму“, сталинизму и бюрократии, все приходят к согласию»{1022}. Прекрасное описание фронта, объединяющего клерикальных фашистов, реакционных националистов, социал-демократов, агентов радио «Свободная Европа» и прислуживающих им троцкистов.
