Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
Полет фантазии Рейгана в деле оправдания организованной США тайной войны был поистине невероятен. «Никарагуанский народ, – говорил он, – заперт в подземелье тоталитаризма, построенном военной диктатурой. Он нищает, в то время как руководство страны наслаждается роскошью и безопасностью, открыто заявляя о намерении распространить свою революцию и на соседние страны. Поведение никарагуанских лидеров еще более оскорбительно по причине того, что на территории страны находятся тысячи их союзников из числа кубинцев, представителей стран советского блока и арабских радикалов»32. Рейган дошел до того, что назвал контрас «моральным эквивалентом отцов-основателей[138]». Подобное сравнение было настолько гнусным, что вызвало возмущение Организации американских историков. Рейгановские «моральные эквиваленты» были широко известны тем, что пытали, калечили и убивали мирных жителей. Используя тактику террористов, контрас взрывали школы, больницы, магазины, мосты и электростанции. За период войны они виновны в гибели более 30 тысяч мирных жителей. Один из советников КНШ назвал их «самым странным национально-освободительным движением в мире». По его мнению, они были «просто кучкой убийц»33. Посольство США докладывало, что один из бывших главарей контрас заявлял, что тех гражданских, которые не хотели к ним присоединяться, «расстреливали и резали», а остальных «живьем сжигали в плавильных печах». Похищенных девушек «насиловали круглые сутки»34.
Зверства совершались и в Сальвадоре, где американское руководство решило испытать новую карательную доктрину, разработанную после войны во Вьетнаме и заключающуюся в подавлении восстаний без значительного участия американских войск. Для начала оно увеличило сальвадорскую армию и оснастило ее новым вооружением. К 1983 году ее общая численность достигла 53 тысяч человек, многие из которых обучались на базе Форт-Беннинг (штат Джорджия) или в находящейся под управлением США Школе Америк в Панаме. Бывший посол США Роберт Уайт, служивший и при Картере, и при Рейгане, свидетельствовал в конгрессе:
«50 лет Сальвадором правил жестокий и коррумпированный альянс богачей и военных. Целью мятежа молодых офицеров в 1979 году было разрушить этот альянс. Именно Рейган возобновил поддержку крайне правых, что и привело к возникновению Альянса республиканцев-националистов (АРЕНА) и возвышению отставного майора Роберто д’Обюссона.
АРЕНА – это жестокая фашистская партия, сформированная по принципу НСДАП и некоторых революционных групп… Основатели и главные союзники АРЕНА – богатые сальвадорские эмигранты в Майами и активисты в самом Сальвадоре. Военное крыло АРЕНА состоит из офицеров и солдат сальвадорской армии и сил безопасности… Мое посольство задействовало значительные ресурсы для выявления в Майами и остальной Флориде вдохновителей совершавшегося сторонниками партии насилия… Представители “шестерки из Майами” объясняли мне… что для перестройки страны ее сначала нужно полностью разрушить. Экономика должна быть уничтожена, безработица должна стать массовой. Тогда хунта будет свергнута, и к власти придут “хорошие” военные. Они проведут лимпьесу – тотальную чистку, которая унесет жизни 300, 400, 500 тысяч человек… Кто эти безумцы и как они действуют?.. Главными фигурами являются шесть чрезвычайно богатых бывших землевладельцев… Они плетут интриги, проводят постоянные встречи и передают инструкции д’Обюссону»35.
В марте 1981 года ЦРУ проинформировало вице-президента Буша, что д’Обюссон, «главный прихвостень богатых землевладельцев», лично координирует операции «правых “эскадронов смерти”», которые лишь за последний год убили несколько тысяч человек, заподозренных в принадлежности к левым партиям. Несколько американских монахинь из «Мэринолл»[139] и католичка-мирянка, работавшие в миссиях гуманитарной помощи, были изнасилованы и убиты незадолго до инаугурации Рейгана. Джин Киркпатрик, которая вскоре должна была занять пост посла США в ООН, настаивала, что «монахини были не просто монахинями, а политическими активистками ФНОМ». госсекретарь Александр Хейг назвал их «монахинями с пистолетами за пазухой» и предположил на заседании комитета конгресса, что «их машина, возможно, попыталась прорваться через блокпост»36.
Но одно из содеянных зверств затмевает собой все остальные. Обученные и вооруженные американцами сальвадорские солдаты в конце 1981 года убили 767 жителей деревни Эль-Мосоте, среди которых было 358 детей. Жертв резали, обезглавливали и расстреливали из пулеметов. Девушек и женщин насиловали. Когда корреспондент New York Times Реймонд Боннер попытался рассказать о случившемся, Wall Street Journal и другие прорейгановские газеты обвинили его во лжи. New York Times не выдержала давления и отозвала Боннера из Сальвадора. Правительственные чиновники помогли замять дело. Ситуация ухудшалась. В конце 1982 года Совет по делам полушария сообщил, что Сальвадор и Гватемала являются рекордсменами Латинской Америки по количеству нарушений прав человека: «Убийства, пытки, расчленение, похищения и другие виды истязаний стали нормой для военизированных формирований, действующих с разрешения сальвадорского правительства»37. Но помощник госсекретаря по вопросам прав человека Эллиот Абрамс заявил, что информация об «эскадронах смерти» «не заслуживает доверия»38.
У Джорджа Буша никак не получалось ощутить хотя бы каплю сострадания к людям на заднем дворе США. Незадолго до визита папы римского Иоанна Павла II в Центральную Америку Буш сказал, что не понимает, как католическое духовенство может сочетать свои религиозные убеждения с марксистской философией и тактикой, а также поддерживать мятежников. Преподобный Теодор Хесбург, президент Университета Нотр-Дам, попытался объяснить ему, что нищета и социальное неравенство с легкостью подвигнут священников на поддержку марксистов или кого бы то ни было, кто хочет изменить ситуацию. «Может быть, я правый экстремист, – ответил ему Буш, – но я озадачен. Я просто не могу этого понять»39.
В ответ на заявление Рейгана, который назвал контрас «моральным эквивалентом отцов-основателей», Национальный комитет студентов-республиканцев начал распространять листовки с призывом помочь «никарагуанским борцам за свободу». Эти «борцы за свободу» были известны тем, что пытали, калечили и убивали гражданское население.
В эти годы американская экономическая и военная помощь постоянно росла. Особенно ее подстегнула в 1984 году Комиссия Киссинджера по Центральной Америке, ключевой фигурой в которой был сенатор Джесси Хелмс. Правительственные чиновники намеренно скрывали официальные документы, бросающие тень на сальвадорскую полицию, Национальную гвардию и налоговую полицию, чтобы получить от конгресса новые ассигнования. За время правления Картера и Рейгана конгресс закачал в маленькую страну почти 6 миллиардов долларов, сделав ее крупнейшим в мире получателем американской помощи на душу населения. Тем временем «эскадроны смерти» продолжали сеять гибель. Количество жертв достигло 70 тысяч. Около полумиллиона сальвадорцев в 1980-е годы пытались спастись от насилия, иммигрировав в США, но большую часть из них выслали назад. В 1984-м иммиграционные чиновники предоставляли убежище лишь одному из 40 сальвадорских беженцев, тогда как почти всех беженцев-антикоммунистов из Никарагуа принимали с распростертыми объятиями.
В 1980 году журнал «Комментари» – ведущее неоконсервативное издание США – опубликовал серию статей, разоблачающих явление, которое консерваторы окрестили «вьетнамским синдромом»: антипатию к войне во Вьетнаме, вызвавшую у американцев стойкое неприятие применения силы для решения международных конфликтов. Рейган согласился: «Слишком долго мы жили с вьетнамским синдромом… Целых десять лет нам говорили, что мы – агрессоры, склонные к империалистическим завоеваниям… Пришло время признать, что наши цели были воистину благородны… Наше чувство вины оскорбляет память 50 тысяч молодых американцев, отдавших жизнь ради этих великих целей»40.
Завязший в долгих косвенных войнах в Никарагуа и Сальвадоре, Рейган истосковался по легким победам, которые могли бы восстановить уверенность американцев в себе и избавить США от вьетнамского синдрома. Такая возможность появилась в 1983 году, когда группа радикалов свергла революционное правительство Мориса Бишопа в Гренаде – маленьком островном государстве в Карибском море с населением 100 тысяч жителей – и убила его лидеров. Перед смертью Бишоп заявил, что разворачивается кампания с целью дестабилизации страны «хищным зверем империализма» – США41. Руководство США решило использовать возникшую нестабильность как предлог для интервенции и свержения нового правительства, несмотря на открытое сопротивление со стороны ООН, Организации американских государств (ОАГ) и даже премьер-министра Англии Маргарет Тэтчер. Американцы надавили на несговорчивые государства Карибского бассейна, стремясь заставить их просить о вмешательстве американцев.
Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
