Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 180
Александр Дюма. Жизнь Людовика XIV[179]
ГЛАВА II1624–1626
Поручение графу Карлейлю во Франции. – Приезд герцога Бэкингема. – Его великодушие. – История принимает вид романа. – Попытки Бэкингема понравиться королеве. – Семнадцать придворных. – Кавалер де Гиз и Бэкингем на балу. – Великий Могол. – «Белая дама». – Приключение в садах Амьена. – Разлука. – Бэкингем снова перед королевой. – Последствия приключения в садах Амьена.
Источник несогласия между Луи XIII и Анной Австрийской должно искать в интригах Марии Медичи, которая, надеясь на кардинала Ришельё, думала, что стоит ей только уничтожить влияние на двадцатилетнего короля молодой прекрасной жены, как к ней вернется потерянная со времени убийства маршала д’Анкра власть. К этой причине вскоре присоединилась другая, независимая от всяких намерений и расчетов и возникшая по простому стечению обстоятельств.
В 1624 году английский двор послал в Париж в качестве чрезвычайного посланника графа Карлейля, которому было поручено просить у короля Луи XIII руки его сестры, Анриетты-Марии, для принца Уэльского, сына Джейкоба VI. Это предложение, о котором давно говорили, не делая его предметом дипломатических переговоров, было дружески принято французским двором, и граф Карлейль возвратился в Англию с положительным ответом.
В числе свиты графа был милорд Рич, впоследствии граф Голланд, один из прекраснейших кавалеров при английском дворе, хотя для французов красота его казалась безжизненной. Но, будучи очень богат и одеваясь всегда изящно, он произвел большой эффект среди дам, окружавших Анну Австрийскую, и особенно понравился м-м де Шеврез, которой, впрочем, с необыкновенной щедростью приписывали большую часть скандальных историй, происходивших в то время при французском дворе.
Возвратившись в Лондон, милорд Рич рассказал своему другу герцогу Бэкингему все, что видел любопытного в Лувре и в Париже, говоря, что самое прекрасное и любопытное из всего им виденного – королева Франции, и что если бы он имел хоть малейшую надежду понравиться ей, то с радостью отдал бы счастье и жизнь, считая с избытком вознагражденным за потерю первого – взглядом, а второго – поцелуем.
Тот, к которому он обращался, играл тогда при дворе Джейкоба VI ту же роль, какую играли Лозен при дворе Луи XIV, а герцог Ришельё – при дворе Луи XV.
Однако Провидение, щедрое к фавориту его величества короля Англии, наделило герцога Бэкингема еще большим безрассудством, чем его двух соперников по этому прекрасному качеству.
Теперь да будет нам позволено сказать несколько слов о личности, представляемой нами читателю и благодаря которой в нашу историю перейдет часть романа с его безумными приключениями, душераздирающими сценами и всякого рода случайностями.
После восьми лет серьезного и спокойного союза король и королева Франции должны были сделаться героями комедии, более интересными, более мучимыми, более подверженными общественному мнению, нежели когда-либо были Клелия или великий Кир.
Джордж Вильерс, герцог Бэкингем, родился 20 августа 1592 года, и, следовательно, в 1624 году ему было 32 года. Он слыл в Англии самым блистательным кавалером всей Европы; впрочем, у него оспаривали это достоинство «семнадцать вельмож Франции».
Его род по отцу был древним, а по матери – знаменитым; он был послан в Париж восемнадцати лет; около того времени, когда умер король Анри IV, причем той же смертью, которая спустя восемнадцать лет постигла герцога Бэкингема, он возвратился в Лондон, прекрасно говоря по-французски, умея отлично ездить верхом, превосходно драться всяким оружием и прелестно танцевать.
Он поразил Джейкоба VI красотой и ловкостью, участвуя в дивертисменте, данном в 1615 году в честь короля учениками Кембриджа. Джейкоб, никогда не способный противостоять прелести прекрасного лица и превосходно сидящей одежды, попросил представить молодого человека и сделал своим мундшенком.
Менее чем через два года новый фаворит был сделан кавалером, виконтом, маркизом Бэкингемом, главным адмиралом, охранителем пяти портов, и, наконец, в его распоряжение были предоставлены всяческие почести, дары, должности и доходы трех королевств.
Тогда-то, вероятно, для того чтобы помириться с принцем Уэльским, на которого он осмелился поднять руку, Бэкингем и предложил ему вместе инкогнито отправиться в Мадрид, чтобы посмотреть на предназначенную принцу в супруги инфантину. Может быть, именно оригинальность этого предложения была причиной того, что принц Уэльский согласился; наследник престола и фаворит короля так настоятельно просили, что Джейкоб VI вынужден был согласиться.
Бэкингем и принц приехали в Мадрид, где оскорбили испанский этикет, так что начатые с эскуриальским кабинетом переговоры были прерваны и открылись новые, с французским двором. Милорд Рич приехал для этого в Париж и возвратился в Лондон, чтобы дать отчет Джейкобу VI в расположении, правда, не короля Луи XIII, но кардинала Ришельё. Тогда Бэкингем, назначенный представителем Великобритании, был послан в Париж, чтобы довести до конца переговоры.
С этих пор начинается упомянутый нами роман, который в своем драматическом и живописном течении так переплетается с историей, что в продолжение нескольких лет их невозможно отделить друг от друга. Впрочем, мы рады, что нам пришлось встретить среди исторических сухих фактов подробности, доставляемые нам фаворитом Джейкоба VI и Карла I, любовником такой королевы, как Анна Австрийская, соперником и врагом такого человека, как кардинал Ришельё, и погибшем так внезапно в середине цветущей и блистательной жизни.
Читатели, вероятно, увидят, что мы и постараемся им показать, как велико было влияние этого романа на историю Франции.
Итак, Бэкингем приехал в Париж. Он был, как уверяют все современные писатели, одним из обаятельнейших людей своего времени и явился при французском дворе с такой пышностью и таким блеском, что народ почувствовал к нему удивление, дамы – любовь, мужья – ревность, а волокиты – ненависть.
Луи XIII был одним из этих мужей, а Ришельё – одним из волокит.
Мы ныне далеки от той рыцарской любви, которая часто вознаграждалась за самые большие пожертвования одним взглядом или словом, возвышенность которой поэтизировала сам предмет. Тогда любили женщин как королев, а королев – как богинь. Герцог Медина, влюбленный до безумия в Елизавету Французскую, супругу своего короля Филиппа IV, сжег во время пиршества (в тот же день, когда Анна Австрийская выходила за Луи XIII) свой дворец со всем содержимым, – словом, совсем разорил себя, чтобы иметь возможность хоть одно мгновение держать в своих объятиях королеву Испании, которую он вынес из пламени, нашептывая слова любви.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 180
