Бенедикт Сарнов - Скуки не было. Первая книга воспоминаний

Виктор Платонович (Вика, как все его называли) Некрасов перед отъездом в эмиграцию. Справа от него — я и Виктор Фогельсон. За моей спиной — моя жена Слава. Стоят: Владимир Корнилов и Лариса Беспалова.

Я, конечно, если и не понимал, то чувствовал, какое будущее готовит мне мое родное государство. Но реакция родителей на наш тайный брак (если тайна вдруг выйдет наружу) пугала меня гораздо больше.

Ну, а что касается моей будущей жены, то она о таких глупостях вообще не задумывалась. В голове у нее звенело, и она думала только об одном: как бы выманить «у них» свой паспорт и, воспользовавшись отсутствием шефа, успеть до его возвращения из отпуска зарегистрировать наш брак. А там — будь что будет!

Правительственное сообщение о болезни Сталина появилось в газетах в среду, 4 марта. Тогда же был напечатан и первый медицинский бюллетень. В четверг на первой полосе «Правда» поместила второй «Бюллетень о состоянии здоровья И.В. Сталина на 2 часа 5 марта 1953 года». А на следующий день газеты вышли уже с траурными рамками. Подготовка, стало быть, продолжалась всего-навсего два дня. А тогда мне казалось, что дней этих — бесконечная вереница и длятся они целую вечность.

4 апреля 1953 года молодой ученый И.С. Шкловский прочитал в газете «Сообщение Министерства внутренних дел СССР» (о том, что врачи-убийцы — не убийцы). Кровь кинулась ему в голову, и, видимо, от этого притока свежей крови к сосудам головного мозга вдруг пришло решение. И прямо вот тут, не отходя от газетного стенда, он совершил одно из крупнейших открытий в астрофизике XX века.

Летом 1953 года я получил свой первый большой гонорар. Вместо того чтобы отдать эти деньги родителям, с которыми (лучше сказать — у которых) мы жили, совершенно ошалев от пьянящего воздуха наступающих перемен и от свалившейся вдруг на нас этой огромной суммы, мы с женой рванули на Юг, в Алупку, где «дикарями» прожили целый месяц.

«Угловым домиком» Юлик называет ШИЗО — штрафной изолятор, попросту говоря — карцер.

В этом и последующем письме подчеркнутые слова даны болдом (прим. верстальщика).