Ознакомительная версия. Доступно 49 страниц из 321
Вспоминает Н. Кадочникова: «Трагедия произошла в Прибалтике. Где бы папа ни находился, он обожал прыгать с деревьев. Он взбирался на березу и прыгал вниз, держась за верхушку. Папа несколько раз проделывал этот рискованный трюк вместе со мной. Наклонял гибкий ствол березы, мы хватались крепко за верхушку и резко взмывали вверх. Ощущения от полета были необыкновенные. Это случилось на пикнике… Тогда в Прибалтике он не учел одного: сосна в отличие от березы имеет очень ломкий ствол. Картина его гибели до сих пор стоит передо мной: папа вскочил, быстро взобрался на сосну – все произошло почти мгновенно. Потом резкий звук и… все. И только его друзья и мама стоят растерянные, не понимая, что же случилось.
Через тридцать дней после папиной гибели Павлу Петровичу нужно было продолжать сниматься в фильме «Бешеные деньги». Не представляю, как он это перенес. Дедушка рассказывал, что ему сочувствовал Евгений Матвеев, с которым у него всегда были теплые отношения: «Обнимемся с Матвеевым, постоим, поплачем. Потом он скажет: „Ну что, Паша, будем работать?“ – я отвечал: „Будем!“ И шли играть комедию».
По городу долго ходили слухи, что сына Кадочникова убили. Возникла такая версия еще и потому, что папа безумно боялся высоты. Бабушка с дедушкой не верили, что их сын мог совершить это безумство: ведь таких рисковых трюков он никогда не проделывал при них, их попросту бы хватил удар. И они постепенно убедили друг друга в том, что их послушного и тихого мальчика убили…»
Для Павла и Розалии Кадочниковых потеря единственного сына была настоящей трагедией. И единственным спасением для Павла Кадочникова тогда была работа – в 1982 году он снялся сразу в пяти картинах.
В 1987 году на широкий экран вышла его очередная режиссерская работа – фильм «Серебряные струны», посвященный создателю первого в России оркестра народных инструментов Василию Андрееву. Вскоре после выхода фильма на экран П. Кадочникову было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Как оказалось, это была его последняя награда: 2 мая 1988 года П. Кадочников скончался. Спустя несколько лет, не пережив ухода супруга, умерла и Розалия Кадочникова.
У Кадочникова осталось две внучки: Наталья и Юлия. Последняя вместе с матерью живет в Америке, а вот Наталья осталась жить на родине и пошла по стопам деда и бабки – стала актрисой.
Родившись в семье знаменитого режиссера и не менее знаменитой актрисы, этот человек с детства не представлял для себя иной профессии как актерская. Придя в большой кинематограф еще во время учебы в средней школе, он затем закончил ВГИК и стал одним из самых снимаемых актеров советского кинематографа. Причем играл он исключительно положительных героев – храбрых и честных советских парней, готовых в любую минуту прийти на помощь каждому, кто попал в беду. Однако если в кино герои этого актера редко погибали, с честью выходя из любой сложной ситуации, то в реальной жизни все вышло иначе: он трагически погиб во время съемок очередного своего фильма.
Андрей Ростоцкий родился 25 января 1957 года в Москве, в творческой семье. Его отец – Станислав Ростоцкий – известный кинорежиссер (снял фильмы: «Дело было в Пенькове», «А зори здесь тихие…» и др.), мать – Нина Меньшикова – киноактриса («Девчата», «Доживем до понедельника» и др.).
Н. Меньшикова вспоминает: «Мы с Ростоцким встретились очень обыкновенно, во ВГИКе. Я училась сначала на курсе у Бориса Бабочкина, а потом у Герасимова (ВГИК закончила в 1953 году, причем была сталинской стипендиаткой: если обычные студенты получали стипендию в 220 рублей, то Меньшикова – 880 рублей. – Ф. Р.). Станислав пришел на наш показ учебных работ. Я играла отрывок из «Анны Карениной» и в одном месте на секунду растерялась. И после показа он сказал мне: «Вы не знали, как вам целовать Китти (я играла Долли), через вуалетку или приподняв вуалетку…»
А потом он стал снимать дипломную работу и пригласил меня на пробу. Вот так мы и познакомились. Известности еще не было, ухаживать за мной он не ухаживал. Но в институте был самый знаменитый, самый красивый. По-моему, в него были влюблены все студентки. И я была в него влюблена, и моя подруга Алла Ларионова. Я была так влюблена, что даже заставляла себя не думать о нем, потому что понимала, что если не перестану о нем думать, то просто сойду с ума…»
С. Ростоцкий вспоминает: «Я много за кем ухаживал в студенческие годы, всех и не перечислишь. Например, за Аллой Ларионовой, а Нина была ее подругой…
Помню, я ехал из ВГИКа в троллейбусе ночью, было холодно, мороз. Вдруг вижу, в уголке сидит она – одинокая такая, в курточке какой-то или зимнем пальтишке. Я подсел, стал разговаривать. Спросил, куда она едет. Оказалось, что она едет в село Богородское, что отец у нее военный и родители сейчас в Германии, а живет она с бабушкой, и тут я представил: село, домик деревянный, и она одна с бабушкой. Ну, думаю, а чего бы мне ее не проводить? Ну и тут же, конечно, как все сукины дети, подумал: а потом возвращаться? И она уехала одна. А серьезно мы познакомились, когда писали сценарий первого фильма с молодым писателем Владимиром Красильщиковым. У него по тем временам была невероятная роскошь – очень старый «москвичок». И я ему сказал: «Володька, давай поедем писать сценарий в деревню (а я много лет прожил в деревне Киржач на границе Владимирской и Московской областей). Только нам надо взять кого-то с собой, кто бы нам готовил. Потому что, если мы будем заниматься хозяйством, мы ничего не напишем». Он спросил: «Ну а кого возьмем?» Я говорю: «Знаешь что, я спрошу одну девушку, у нее родители в Германии, она одна живет, может быть, согласится». Ну и спросил ее: «Нина, вы бы не согласились поехать с нами в деревню, помочь нам? Но только одно условие: никаких романов! Мы должны работать, а романы будут только мешать». Она говорит: «Я поеду». Я подумал: «Вот какие девчонки есть отчаянные, с двумя мужиками в деревню согласна ехать. Правильно про артисток говорят, все они такие. Не женись на артистке, несчастным будешь – давным-давно сказано».
Договорились мы в шесть часов утра встретиться у метро «Красные Ворота». И вот, как сейчас помню, подъехали мы на машине, стоим, ждем. Думаю, неужели не придет? И ровно в шесть часов смотрю: бежит в синей курточке, в лучшем своем платье, тоже синем с белыми полосочками, и с двумя авоськами. Стипендия хоть и сталинская, а двух мужиков кормить-то надо. Приехали в деревню, и в первый же день начался роман. Так что я совершил предательство по отношению к другу, ведь мы договорились, что романов не будет. Но он быстро утешился в объятиях нашей хозяйки…»
В январе 1957 года у Ростоцкого и Меньшиковой родился мальчик – Андрей (назван в честь оператора Андрея Москвина). Стоит отметить, что врачи не советовали матери рожать, так как она болела туберкулезом. Но она сделала так, как посоветовала ей некая старая врачиха. Она сказала: «Иногда нас, врачей, надо просто посылать к чертовой матери. По-моему, у вас такой же случай, поэтому рожайте, только я вам этого не говорила».
Ознакомительная версия. Доступно 49 страниц из 321
