Два основных положения бесспорны:
Во-первых, верховное командование в Леванте находится в руках англичан, так как это предусмотрено в отношении ваших войск подписанными вами соглашениями от 7 августа 1940 и поскольку это вполне естественно в отношении территорий, где ведутся военные действия, во время которых гражданские власти обязаны оказывать полное содействие властям военным.
Во-вторых, генерал Катру является одновременно и командующим французскими вооруженными силами в Леванте и главой гражданской администрации, за которую «Свободная Франция» несет ответственность, поскольку действие мандата, подлежащего отмене, еще фактически продолжается.
В этих условиях генерал Катру обязан выполнять директивы английского командования, а подчиненные ему представители гражданской администрации должны удовлетворять нужды верховного командования. Последнее в лице своих офицеров имеет право требовать непосредственного сотрудничества, как если бы освобожденная Сирия была французским протекторатом или даже нашей национальной территорией в процессе освобождения.
Положение в корне меняется, если на вражескую территорию (Ливия) или на территорию, не находящуюся под политическим влиянием какого-либо из союзников, вступают две союзные армии.
Я намерен выдвинуть самые решительные возражения политического, психологического и практического порядка против системы, которая превратила бы генерала Катру и представителей гражданской администрации в простых уполномоченных английского командования.
В самом деле, если допустить такое решение вопроса не только на время текущих военных операций, но и на все время войны, практическая его абсурдность соответствовала бы его абсолютной несправедливости. В этом случае переговоры между «Свободной Францией» и государствами Леванта были бы совершенно парализованы.
Завтра мы сообщим вам по телеграфу текст меморандума, который мы вручим Мортону перед заседанием комитета.
Телеграмма делегации «Свободной Франции» в Лондоне генералу де Голлю, в Каир
Лондон, 7 июля 1941
Сегодня утром мы вручили сотруднику английского министерства иностранных дел Стрэнгу, майору Мортону и миссии Спирса меморандум, выражающий нашу общую точку зрения и определяющий в основных чертах нашу позицию в отношении временного гражданского управления, которое должно быть установлено в Сирии.
У нас создалось впечатление, что на первый взгляд указанные выше представители английских властей в принципе согласны с нами. В дальнейшем мы сообщим вам о позиции, которую займет в данном вопросе комитет Мортона, который соберется сегодня после полудня. Мы подчеркнули, что в данном случае имеет место не демарш от вашего имени, а лишь передача документа, составленного техническим аппаратом и ставящего целью осветить существующее положение.
В связи с этим нам чрезвычайно важно знать, одобряете ли вы следующий текст этого меморандума:
«Определение соответствующих прав английского командующего союзными войсками в Сирии, с одной стороны, и командующего свободными французскими войсками в Леванте и генерального представителя главы свободных французов для государств Леванта генерала Катру — с другой, должно, по нашему мнению, исходить из следующих соображений:
1) Верховная власть как в военной, так и в гражданской области принадлежит английскому командующему союзными войсками. Эта прерогатива основывается на:
а) определяемых международными обычаями и установлениями основах военного права в отношении стран, оккупируемых армией, ведущей войну;
б) положениях соглашения между Черчиллем и де Голлем от 7 августа 1940, в статье 6 которого указано, что генерал де Голль, осуществляющий верховное командование французскими войсками, „выполняет общие директивы английского командования“.
2) В рамках и с ограничениями, вытекающими из факта осуществления верховного командования английским генералом, командующим союзными войсками, в Сирии, генерал Катру осуществляет командование французскими войсками в Сирии не но уполномочию английского командования, а по назначению генерала де Голля.
3) В тех же рамках и с теми же ограничениями генерал Катру является верховным главой гражданской администрации. Он облечен правами и прерогативами Верховного комиссара Франции в том объеме, в каком они предусмотрены режимом мандата. Следовательно, полномочия всех административных органов проистекают не от английского командующего, а от генерала Катру.
4) Намеченный здесь в общих чертах режим гражданского управления может, конечно, носить лишь временный характер. Срок его действия зависит:
а) от длительности войны,
б) от продолжительности режима мандата.
При существующем положении дел можно предполагать, что режим мандата прекратится раньше прекращения состояния войны. Характер изменений, которые он должен будет в связи с этим претерпеть, будет зависеть прежде всего от договоров, которые будут заключены между „Свободной Францией“, на которой лежит забота о французском достоянии, с одной стороны, и Сирией и Ливаном как государствами — с другой, и которые определят условия предоставления независимости обоим государствам.
Но уже в настоящее время никакие английские притязания не могут быть обоснованы тем, что режим мандата должен прекратиться в более или менее близком будущем.
Этот вопрос касается в первую очередь державы-мандатария и стран, находящихся под мандатом.
5) Каковы бы ни были в будущем соответствующие позиции Франции и Великобритании в Леванте, для ведения войны в общем плане весьма важно, чтобы Великобритания в настоящее время избегала всего того, что может создать впечатление, будто она намерена вытеснить Францию из подвластной ей страны и сама занять ее место. Для всей Французской империи и французского общественного мнения случай с Сирией будет показательным. Если создастся впечатление, что Великобритания ограничивается стремлением оградить страну от немецкого захвата, полностью соблюдая французские права, то можно будет рассчитывать на благоприятные отклики в других заморских французских владениях. В противном случае создается благоприятная почва для пропаганды Берлина и Виши.
6) Каковы бы ни были трудности, которые Великобритания и „Свободная Франция“ могут встретить сейчас при согласовании своих точек зрения относительно Сирии, очень важно, чтобы они создали в настоящий момент в представлении сирийского народа и всего мира впечатление полного согласия».
