Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
Самая серьезная угроза американским интересам исходила из соседнего с Афганистаном Пакистана, сыгравшего ключевую роль в создании и поддержке Талибана. Пакистанская разведслужба – Директорат межведомственной разведки (МВР) – также поддерживала тесные связи с «Аль-Каидой» вплоть до отправки боевиков-исламистов в ее тренировочные лагеря. Впоследствии этих боевиков направляли для организации террора с целью подрыва власти Индии на спорной территории Кашмира. Всего через два дня после 11 сентября Буш предъявил пакистанцам ультиматум – заместитель госсекретаря Ричард Эрмитидж передал генералу Махмуду Ахмаду, главе МВР, список из семи обязательных требований, в которые входили прекращение поддержки и дипломатических отношений с Талибаном, предоставление воздушных коридоров американским самолетам, доступ к военно-морским базам и аэропортам, а также публичное осуждение терроризма. По словам президента Первеза Мушаррафа, Эрмитидж сказал Ахмаду, что в случае неподчинения требованиям Пакистан «загонят бомбардировками обратно в каменный век». Так что, хотя пакистанцы не доверяли США и обвиняли их во многих своих бедах («После того как Советы были вынуждены уйти из Афганистана, – говорил Шамшад Ахмад, пакистанский посол в ООН и бывший министр иностранных дел, – вы бросили нас в водоворот послевоенных проблем: наплыв беженцев, контрабанда наркотиков и оружия, культура, основанная на автомате АК»)183, у них просто не было выбора. Согласие Пакистана, несмотря на всю его неискренность, открыло дверь для отправки огромных объемов американской военной помощи Индии и Пакистану, которая стала возможной после отмены Бушем введенного Клинтоном в 1998 году запрета на такую помощь, причиной чего были проведенные обеими странами ядерные испытания. Несмотря на обещание Пакистана помогать США в Афганистане, его основной заботой оставалась Индия. МВР, в свою очередь, продолжал финансировать боевиков Талибана.
Конфликт между Индией и Пакистаном вспыхнул вновь после того, как боевики-исламисты организовали атаку на индийский парламент в декабре 2001 года. Война между двумя ядерными государствами казалась неизбежной. Индия и Пакистан стянули к демаркационной линии в Кашмире контингенты общей численностью в миллион солдат. Специалисты опасались, что индийская армия разобьет пакистанскую, после чего Пакистан выполнит свою угрозу нанести по Индии ядерный удар. По оценке Пентагона, в результате обмена ядерными ударами 12 миллионов людей могли погибнуть почти мгновенно. Окончательно безумной ситуация стала после заявления генерала Мирзы Аслам-бека, сказавшего: «Не понимаю, что вас так беспокоит. Вы можете умереть под колесами автомобиля или в результате ядерной войны. Вы в любом случае когда-нибудь умрете»184. Индийцы были не менее упрямы. Генерал Сундарараджан Падманабхан, начальник штаба сухопутных войск Индии, заметил: «Если будет война – что ж, это замечательно. Если не будет, обойдемся как-нибудь»185.
Поток американского оружия в Пакистан продолжал осложнять ситуацию. Хотя кризис был временно разрешен, за один 2006 год американские военные поставки достигли 3,5 миллиарда долларов, сделав Пакистан крупнейшим в мире получателем американского оружия. Ситуация стала еще более скандальной, когда в 2003 году стало известно, что А. К. Хан, отец пакистанской ядерной индустрии, на протяжении 15 лет руководил сетью по продаже документации и необходимых для производства бомб материалов Северной Корее, Ливии, Ирану и, возможно, другим странам. Было известно, что Хан и его коллеги посещали также Сирию, Саудовскую Аравию, Египет, Чад, Мали, Нигерию, Нигер и Судан. Были доказательства того, что командование пакистанской армии и правительство страны поддерживали действия Хана. США, в свою очередь, закрывали глаза на пакистанскую ядерную программу в обмен на помощь страны в борьбе против СССР в Афганистане – политика, предложенная Бжезинским и осуществлявшаяся Рейганом. Хан публично признался в своем проступке и на следующий же день был помилован Мушаррафом, который назвал его «своим героем». В течение пяти лет Хан де-факто оставался под домашним арестом, но пакистанские чиновники никогда не выдвигали против него обвинений и так и не позволили американцам допросить его. Один пакистанский сенатор смеялся: «Американцы потребовали кровавой жертвы. Мушарраф ограничился небольшой трепкой А.К.»186
В действительности США большего от Мушаррафа и не требовали. Бывший высокопоставленный сотрудник американской разведки жаловался журналисту Сеймуру Хершу: «Хан с готовностью продавал чертежи, центрифуги и новейшие образцы вооружений. Он был главным распространителем ядерного оружия во всем мире. Но его помиловали, а Белый дом даже не пикнул»187. Вместо этого США продолжали предоставлять Мушаррафу, пришедшему к власти в результате военного переворота в 1999 году и правившему железной рукой вплоть до своего свержения в 2008-м, военную помощь и поддерживать его политически. Поддержка американцами диктатора и его соратников-военных отнюдь не способствовала улучшению отношений с жителями вконец обнищавшей Исламской Республики. В 2007 году опрос центра социологических исследований Pew показал, что лишь 15 % пакистанцев относятся к США с симпатией. Даже симпатизировавших Индии, главному врагу Пакистана, с которым страна воевала четырежды, за год до этого было 23 %188. В 2007 году 46 % пакистанцев сказали, что с симпатией относятся к Усаме бен Ладену. К Бушу с симпатией относились 9 %189.
С Россией Бушу тоже не удалось завязать особо дружественных отношений. Несмотря на свои слова о том, что он заглянул российскому президенту Владимиру Путину в душу и ему понравилось то, что он увидел, Буш, как и Клинтон до него, относился к России высокомерно. Вскоре после вступления в должность Буш, несмотря на возражения России, вышел из договора по ПРО для продвижения своих инициатив в этой сфере. Но их встреча с Путиным в июне 2001 года прошла в удивительно дружеской атмосфере. После атак 11 сентября Путин стал первым зарубежным лидером, позвонившим Бушу, чтобы выразить соболезнования. 24 сентября он огласил план поддержки американцев в их борьбе с терроризмом, состоящий из пяти пунктов. Он был готов не только делиться разведывательной информацией и предоставлять американцам российское воздушное пространство, но и согласиться с размещением американских солдат на Среднем Востоке и даже помочь США с таким размещением, что вызвало серьезное сопротивление в военных и разведывательных кругах РФ.
А. К. Хан, отец пакистанской ядерной индустрии, который, как выяснилось в 2003 году, на протяжении 15 лет руководил сетью по продаже документации и необходимых для создания бомб материалов Северной Корее, Ливии, Ирану и, возможно, другим странам. США закрывали глаза на пакистанскую ядерную программу в обмен на помощь страны в борьбе против Советов в Афганистане.
За такую щедрость Буш отплатил Путину нарушением обещания своего отца не расширять НАТО в сторону границ России, начав окружать страну американскими и натовскими базами, часть из которых расположилась на территории бывших советских республик. Вторая волна расширения началась в конце 2002 года и закончилась принятием в альянс Румынии, Словакии, Словении, Литвы, Латвии и Эстонии в марте 2004-го. Россия была категорически против. Распространение НАТО на страны бывшего Варшавского договора было спорным само по себе, но ее расширение на бывшие советские республики: Литву, Латвию и Эстонию – и вовсе было оскорбительным.
Буша совершенно не волновало мнение России. Он стремился расширять НАТО все дальше. В 2008 году к альянсу присоединились Хорватия и Албания. Буш также дал понять, что намерен добиться вступления в НАТО Грузии и Украины, несмотря на протесты со стороны России и предупреждения стран – членов НАТО, что это нанесет серьезный урон отношениям между РФ и Западом. Русские не сомневались, что американские программы по развитию демократии на Украине, в Грузии и Белоруссии являются прикрытием для дальнейшего расширения НАТО в целях изоляции России.
Американо-российские отношения, выглядевшие столь многообещающими в 2001 году, получили серьезный удар в 2003-м, когда США решили вторгнуться в Ирак. Российские официальные лица пригрозили наложить вето на военную резолюцию в ООН, если Буш решит пойти по этому пути. Недоверие России к США было так велико, что она отказалась от проекта договора по стратегическим вооружениям, задачей которого было значительное сокращение его запасов.
В апреле 2005 года Путин в своем ежегодном обращении к парламенту назвал распад СССР «величайшей геополитической катастрофой минувшего века». Учитывая, какие невзгоды России пришлось пережить в эпоху дикого капитализма, многие простые русские тоже вспоминали СССР с ностальгией190. В некоторых регионах страны начались попытки переоценить роль Сталина, поскольку многие граждане хотели почтить его вклад в советскую историю и особенно роль в достижении Победы во Второй мировой войне и были готовы отодвинуть на задний план вопрос о его преступлениях. «Запад никогда не упускал шанса переписать историю и преуменьшить роль нашей страны в победе над фашизмом, так что сейчас есть очень много причин не забывать о Сталине», – сказала Любовь Слиска, первый вице-спикер российского парламента191.
Ознакомительная версия. Доступно 35 страниц из 228
