Ознакомительная версия. Доступно 49 страниц из 321
В 1997 году Соломин как режиссер поставил на сцене Малого театра свой четвертый спектакль (первый случился еще в 1983 году – «Мой любимый клоун» по пьесе его коллеги и друга Василия Ливанова). Причем к своей четвертой постановке Соломин шел долго. После «Клоуна» в нем взыграли режиссерские амбиции, однако в стенах родного театра они не могли найти своего воплощения. Например, Соломин хотел поставить пушкинского «Бориса Годунова», но в Малом на эти планы смотрели скептически. Тогда Соломин решил поставить этот спектакль на другой сцене – в Театре имени Моссовета. Но из этой затеи ничего не вышло: Союз к тому времени развалился, и при Ельцине ставить спектакль по произведению великого русского поэта было просто невозможно.
Потерпев неудачу в Театре Моссовета, Соломин вернулся в Малый, поскольку там ему обещали работу как режиссеру. Однако ждать ее пришлось долго – почти семь лет. Но она все-таки состоялась. Причем это была не драматическая постановка, а мюзикл ленинградского композитора А. Колкера по пьесе А. Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского». В те годы в России наступила настоящая мода на мюзиклы, причем в основном на западные. Однако Соломин решил пойти иным путем: будучи русским человеком, да еще малотеатровцем (а этот театр даже в смутные и продажные ельцинские времена свято хранил русские театральные традиции), он решил обратиться к русской классике.
Мюзикл стал настоящей сенсацией, а режиссура и игра самого Соломина (он играл центральную роль – Кречинского) критикой была названа блестящей. Увы, но никто тогда еще не знал, что именно эта роль станет роковой в судьбе замечательного актера.
Соломин долгие годы страдал гипертонией, но свою болезнь всерьез не воспринимал. Будучи человеком активным, он продолжал работать в полную силу: снимался в кино (он вернулся в кинематограф, правда, в телевизионный, в 2001 году, сыграв роль в сериале «Остановка по требованию-2»), играл в родном Малом театре. Именно на сцене последнего и случилась беда.
23 апреля 2002 года Соломин был занят в спектакле «Свадьба Кречинского» (филиал Малого театра на Большой Ордынке), который требовал от него больших физических затрат. По ходу этого мюзикла артисту приходилось не только говорить, но и много петь и танцевать. В тот день, казалось, ничто не предвещало беду. Соломин выглядел как обычно: перед началом спектакля разминался, распевался и даже рассказывал коллегам анекдоты. Но во время первого акта (около 20.00) актеру внезапно стало плохо, но, превозмогая боль в сердце, он все-таки доиграл первое действие. А выйти во втором уже не смог. Зрителям объявили, что исполнитель главной роли плохо себя чувствует, и попросили расходиться по домам. А Соломина в срочном порядке доставили в Институт скорой помощи имени Склифосовского (в 23.35). Там ему поставили диагноз: ишемический инсульт. Врачи были сильно удивлены, как он с первыми признаками этой болезни продержался на сцене больше часа. Ведь в подобной ситуации многие лежат в коме.
Соломин не приходил в сознание чуть меньше двух недель. В начале мая газета «Жизнь» ссылалась на слова одного из врачей, который заявил: «Сейчас состояние Виталия Мефодьевича критическое. Если оно, не дай бог, еще ухудшится, мы вынуждены будем пойти на операцию. Хорошо уже и то, что на данный момент он не в коме и время от времени приходит в сознание. Хотя какие-либо прогнозы относительно его самочувствия пока делать рано…»
В интервью другому изданию – газете «Московский комсомолец» (номер от 8 мая) врачи Склифа отмечали: «Долгое время Виталий Соломин находился без сознания, только недавно пришел в себя. Его состояние оценивается как критическое. Аппарат искусственного дыхания сняли. Но говорить Виталий Мефодьевич не может. Инсульт в стволе головного мозга – это один из тяжелейших случаев в медицине…»
Между тем 11 мая Соломина прооперировали. Врачи вскрыли черепную коробку артиста, чтобы удалить большую гематому (сгусток крови), которая продолжала увеличиваться. Была сделана пункция: с помощью тонкой длинной иглы хирурги откачали кровь. Операция длилась три часа. После нее состояние Соломина несколько улучшилось, однако в сознание он так и не пришел. А потом у него случился второй инсульт. На сей раз – самый опасный, геморрагический. По словам врачей, последствия такого инсульта необратимы – нарушается дыхание, парализует конечности. Выживают после него единицы. Соломин в это число не попал. Как заявили в те дни врачи Склифа: «То, что Соломин плох, мы знали давно, шансы на выживание были невелики. Его могли спасти, если бы вовремя перевели в другую клинику с современным оборудованием и дорогими лекарственными препаратами…»
На протяжении последующих двух недель Соломин в сознание не приходил. В понедельник, 27 мая, наступила развязка – актер скончался. Газета «Жизнь» так описывала последние часы В. Соломина: «Утром в понедельник состояние актера резко ухудшилось. Знаменитого пациента взяли под усиленное наблюдение. В его боксе неотлучно находился лучший нейрохирург Москвы Владимир Крылов.
О том, что Виталию Мефодьевичу стало хуже, профессор сообщил по телефону жене артиста Марии Соломиной. Она тут же приехала в Склиф и все время находилась недалеко от реанимации – в бокс к мужу ее не пускали. Владимир Крылов лишь изредка выходил к обеспокоенной и обессилевшей от свалившихся на нее переживаний женщине, чтобы сообщить неутешительные сведения об изменениях в состоянии Виталия Мефодьевича.
С каждым часом актеру становилось все хуже. У него развился отек мозга с последующим вклинением в черепно-мозговую ямку, что и привело к гибели мозга. Но сердце продолжало биться.
В 22 часа дежурный реаниматолог срочно вызвал к знаменитому пациенту всех специалистов. Для консультации пригласили нейрохирургов, кардиореаниматологов. Специалисты осмотрели актера и провели консилиум. Врачи боролись за жизнь актера около двух часов. Проводились все необходимые для данного случая реанимационные мероприятия, вводились кардиотоники, адреномиметики. Их кололи прямо в сердце. Эти препараты заставляли сокращаться сердечную мышцу. Но все было тщетно. Медики констатировали смерть Виталия Соломина в 12 часов ночи. После этого было принято решение прекратить реанимационные мероприятия…
После полуночи, когда дверь реанимации открылась и начали выходить врачи, супруга актера бросилась прямо в бокс. Никто не решился ее остановить. Следом к столу, на котором лежало тело, прошли две медсестры и стали уговаривать безутешно рыдающую женщину покинуть бокс. К счастью, прибегать к сильнодействующим успокоительным средствам не пришлось. Мария Соломина попросила только воды. Через некоторое время ее проводили к выходу: Мария поехала домой.
Ознакомительная версия. Доступно 49 страниц из 321
