Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
…С чего начнется, как будет развиваться и чем кончится война — это будет зависеть от обстоятельств. Будет ли она вестись определенными фазами, как это утверждает Монтгомери в своей лекции, которую он прочитал в технологическом институте в США? Всякое гадание в этом направлении не имеет под собой серьезной основы».
Георгий Константинович подчеркивал необходимость «прозорливо смотреть в будущее, не быть в плену у опыта минувшей войны, не исходить из данных, которые соответствовали условиям прошлой войны и которые, очень возможно, не будут соответствовать требованиям и обстановке новой войны». Он полагал, что в случае возникновения войны между коалициями великих держав будет применено ядерное и термоядерное оружие. «Но это оружие несет человечеству гибель и разрушение. Народы должны решительно обуздать тех, кто в безумном стремлении к господству пытается строить свои расчеты на использовании этого оружия. Что касается Советского Союза, то вам известно — мы стоим за полное уничтожение и запрещение этого смертоносного оружия, и не потому, что политиканы США пытаются доказать, что у них больше, чем у СССР, атомных средств. Нет, это еще вопрос — у кого больше? Гитлер тоже считал СССР слабым в политическом и экономическом отношениях государством, а получилось совсем по-иному. Германия жестоко расплатилась за авантюризм Гитлера и его правительства».
После визита в Индию Жуков развил свои взгляды по ряду военно-теоретических проблем на военно-научной конференции руководящего состава Вооруженных Сил, состоявшейся в мае 1957 г. Воспользовавшись книгой М. А. Гареева «Маршал Жуков. Величие и уникальность полководческого искусства», остановимся на наиболее характерных.
«Для того чтобы вооруженные силы всегда были на высоте своих задач, — говорил Жуков, — мы, непосредственные руководители армии и флота, наши военно-научные кадры должны смотреть далеко вперед и хорошо учитывать тот динамический процесс в науке и технике, который так характерен для послевоенного периода». Он с обеспокоенностью отмечал, что достижения науки и техники стали заметно опережать военно-теоретическую мысль.
Среди главных проблем, с учетом горького опыта 1941 г., он выделил, в первую очередь, проблему начального периода войны. В своей деятельности вооруженные силы должны быть всегда готовы сорвать готовящийся удар в самом его зародыше, лишив противника всякой возможности организованно развернуть военные действия. В то же время Жуков отверг предложения Баграмяна, Ротмистрова и других о том, что следует декларировать наступательную направленность военной стратегии, предусматривающую систему внезапных упреждающих ударов с целью разгрома возможного или готовящегося удара противника. Жуков подчеркнул, что так ставить вопрос нельзя и что в военно-политическом плане советская военная доктрина остается оборонительной (курсив наш. — Авт.).
В условиях, когда противник может нанести мощный внезапный удар с воздуха авиацией и ракетами с применением атомного оружия, решающее значение приобретают вопросы борьбы за господство в воздухе. В связи с этим особо были выделены задачи создания новой системы противовоздушной и противоракетной обороны.
Под руководством Жукова были произведены коренные преобразования в оперативной подготовке командования и штабов, в боевой подготовке войск и сил флота. Им был поставлен вопрос о ликвидации сезонности в боевой подготовке, когда в начале учебного года проводилась одиночная подготовка, затем — последовательное обучение подразделений, и лишь во второй половине года или к концу года доходило дело до боевого слаживания частей и соединений. В результате они минимум полгода оставались недостаточно боеспособными. Реорганизация учений была направлена на то, чтобы войска в любое время были готовы к выполнению боевых задач.
Георгий Константинович прекрасно понимал, чем может обернуться для Вооруженных Сил отставание от достижений научной мысли. Поэтому особое внимание он уделял обучению и воспитанию военных кадров, перестройке образовательного процесса в военно-учебных заведениях. Исключительно полезным делом он считал привлечение на командно-штабные и войсковые учения профессорско-преподавательского состава военных академий.
В Генштабе было создано Главное военно-научное управление, начальником которого был назначен генерал армии В. В. Курасов. Кроме того, была учреждена должность первого заместителя министра обороны по военной науке, на которую назначен А. М. Василевский. Возможно, Жуков был единственным министром обороны за всю историю наших Вооруженных Сил, который лично ознакомился с десятком диссертаций, посвященных проблемам военного искусства. И был удручен их беспомощностью и оторванностью от жизни и реальных проблем. Со знанием дела отмечал, что труды на соискание ученых степеней содержат одни комментарии к указаниям старших начальников и официальным толкованиям, пересказ чужих мыслей. Решительно высказывался за повышение требовательности в области военно-научных изысканий и возможность дисквалификации подобных «ученых».
Проявляя особую требовательность к сохранению военной тайны, Жуков в то же время считал, что серьезные научные исследования нельзя провести, если специалисты не обладают нужной достоверной информацией. Поэтому он дал указание, чтобы ученые не только допускались к новейшим образцам оружия и военной техники, но и знакомились с перспективными научно-исследовательскими и конструкторскими работами. Нужны были не только новые научные идеи — следовало своевременно довести их до офицерского состава. При нем начались разработка и издание серии книг «Библиотека офицера», была поставлена задача проводить военно-научные конференции Вооруженных Сил ежегодно, а в округах и на флотах — два раза в год.
Еще один штрих к деятельности Жукова на посту министра обороны: он ввел обязательную физическую подготовку для всех категорий генералов и офицеров, сделав ее служебной обязанностью.
Интересные воспоминания о Жукове оставил бывший министр иностранных дел СССР А. А. Громыко.
«С маршалом Жуковым мне довелось встречаться много раз, особенно после моего назначения министром иностранных дел (в феврале 1957 г. — Авт.)… В память врезались две встречи. Одна из них — во время совместной поездки в апреле 1957 г. в Бухарест для подписания советско-румынского соглашения о правовом статусе советских войск, временно находившихся на территории Румынии. Другая — в конце мая 1957 г. во время поездки с аналогичной целью в Венгрию.
Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
