Кончилось лето, за ним � осень� Выпал снег. Редкий по этому краю холод сковал реку. В общем, живем, чувствуем себя как дома� А приказа идти вперед, чтобы добить гитлеровцев в их логове, нет и нет: не дошла до нас, очевидно, очередь в Ставке Верховного Командования.
Когда солдат долго задерживается на одном месте, возникает армейская художественная самодеятельность� Вот и у нас она тоже бурно расцвела, поскольку обстановка не позволяла привезти в полк артистов или кинопередвижку.
Во главе дивизионного Клуба, этой культурной боевой единицы, стоял � по совместительству � один �дед� (сорока с небольшим лет) из писателей, то есть я.
Был сей �дед� человеком отчаянным: проводил намеченные и утвержденные политотделом мероприятия, не считаясь ни с артналетами, ни с боями местного значения, ни со сложностью связи на данной � малопересеченной � местности.
По распоряжению начальства �деду�, то есть мне, пришлось (не умея плавать) форсировать весьма протяженный водный рубеж, чтобы �обследовать состояние музыкального имущества� в частях.
Между нами говоря, этот начальник (уже Герой Советского Союза) фактически перепоручил мне � свою разведывательную работу, что я впоследствии не преминул ему высказать� За это вместо звания Героя СССР, с которым меня уже поздравляли однополчане, получил медаль �За боевые заслуги�. Памятуя наставление Иосифа Сталина в 20-е годы, что не надо обижаться, если тебя не �включат в список награжденных�, я вполне спокойно пережил и это, конечно не упустив случая назвать своего начальника трусом!..
Короче, вечером � под Новый год � на �плацдарме� решено было развлечь солдат и устроить комическое �обозрение� своими силами. Роль солдата �Фрица� поручили одному младшему сержанту � Михаилу Копнеру. Сам он был из евреев, но старшина его называл �Мишка Окопный� � просто и ясно.
Вы спросите: почему ему досталась роль Фрица? Объясняю: соседями их колхоза до войны были немецкие колонисты. И Мишка с детства слышал их язык. Поэтому в обозрении он должен был петь немецкую песенку. Ее начальные слова: �Ду, майн либер Аугустин!� (Ты, мой милый Августин!�).
