Так что профсоюзам тоже предстояло «леветь».
На следующий день после закрытия конференции – 29 июня (12 июля), Ленин публикует в «Правде» статью «Фразы и факты», где пишет:
«Министр Скобелев опубликовал обращение ко всем рабочим России… Во имя „нашего“ (так и сказано: нашего) социалистического идеала, рабочим проповедуются „примирительные камеры“ и строго осуждаются всякие „самочинные“ действия.
Вот как хорошо поёт министр почти социалист меньшевик Скобелев:
„Вы (рабочие) имеете полное право возмущаться происходившим во время войны обогащением имущих классов. Царское правительство растратило миллиарды народных денег. Правительство революции должно возвратить их в народную казну“.
Хорошо поёт… где-то сядет!
Обращение г-на Скобелева опубликовано 28 июня. Коалиционное правительство образовано 6 мая. И за всё это время, когда разруха и катастрофа неслыханной тяжести надвигается на страну семимильными шагами, ни одного серьёзного шага против капиталистов, „миллиарды“ наживших, правительство не сделало! Чтобы „возвратить в народную казну“ эти миллиарды, надо было 7 мая издать закон об отмене торговой и банковской тайны и о немедленном осуществлении контроля над банками и синдикатами, ибо иначе не только „возвратить“, но и найти эти миллиарды не-воз-мож-но»[751].
Читая это, рабочие не могли не задумываться – с меньшевиками ли найдут они свою долю, со скобелевыми ли им по пути, или, всё же, с Лениным будет надёжнее? (Замечу в скобках, что здесь есть над чем подумать и рабочим нынешней Российской Федерации. Ведь и сегодня возвратить миллиарды, а точнее – десятки и сотни миллиардов, в народную казну можно в один день – приняв соответствующие законы, но для этого нужна «красная» Дума!).
Летнее наступление на фронте закончилось провалом, стихийные волнения в тылу масс нарастали…
А что же Ленин?
А Ленин, которого уже без малого сто лет либеральная сволочь обвиняет в подготовке «захвата власти» в июле 1917 года, уехал… отдыхать. События и дурость соотечественников могли «достать» кого-угодно – даже Ленина, и он решил хоть немного передохнуть.
Сделано было с момента возвращения на Родину немало, сказано – тоже, и теперь надо было ждать новых неизбежных событий, накопив для них силы.
29 июня (12 июля) 1917 года Владимир Ильич вместе с Марией Ильиничной (Крупская была занята в Питере) уезжает на дачу В. Д. Бонч-Бруевича в деревню Нейвола около станции Мустамяки (ныне Рощинский район Ленинградской области). Одиночество всегда было для него редкой роскошью, и «подлечиться тишиной» стоило, потому что он просто заболевал.
К слову, в письме Арманд ещё из Цюриха – 7 февраля 1917 года, Ленин признавался: «Вчера было собрание (я устаю от собраний; нервы швах, головные боли; ушёл до конца)…» А тут – три месяца непрерывно на людях!
Как и всегда, отдых был относительным, и в Нейвола Ленин написал несколько статей, в том числе – «На что могли рассчитывать кадеты, уходя из правительства?»
Дело в том, что 2(15) июля после получения первых сведений о провале наступления, кадетские министры Шингарев, Мануилов и Шаховской вышли из состава коалиционного Временного правительства. Официальным поводом были споры об отношении к декларации украинской Центральной Рады. Фактически же кадеты решили надавить на «социалистов», чтобы вырвать у них согласие на разоружение рабочей Красной гвардии, вывод из Петрограда большевизированных войск и запрет партии большевиков.
Это была уже открытая провокация. Причём в свете ухода кадетов становилось окончательно ясно, что провал наступления был выгоден именно «правым» – они теперь могли свалить всё на большевиков и под шумок с ними разделаться.
В качестве нелирического отступления – несколько слов о ситуации с Украиной.
В апреле 1917 года на Всеукраинском национальном конгрессе была образована Украинская Центральная Рада («Рада» – «Совет») во главе с националистическим историком М. С. Грушевским (1866–1934). (Грушевский позднее эмигрировал, но в 1924 году вернулся в СССР и, хотя и остался националистом, умер академиком АН УССР).
Заместителем Грушевского стал писатель В. К. Винниченко, известный нам по критической оценке его Лениным не как политика, а как литератора, будущий председатель украинской Директории 1918-19 года. Вошёл в состав Рады и Симон Петлюра – будущий командующий войсками Директории.
Отношение к интересам украинского народа вся эта компания имела не большее, чем имеет к ним нынешняя киевская камарилья 2015 года во главе с Порошенко. Отличие было лишь в том, что сейчас за ниточки «националистический» Киев дёргает Вашингтон, а тогда ниточки были в руках у Берлина и Вены…
30 января 1917 года, ещё из Швейцарии, Ленин писал Арманд:
«У нас было недавно двое бежавших пленных… Немцы составляют лагеря по нациям и всеми силами откалывают их от России; украинцам подослали ловких лекторов из Галиции. Результаты? Только-де 2 000 были за „самостийность“ (самостоятельность в смысле более автономии, чем сепарации) после месячных усилий агитаторов!! Остальные-де впадали в ярость при мысли об отделении от России…
Факт знаменательный! Не верить нельзя. 27 000 – число большое. Год – срок большой. Условия для галицийской пропаганды – архиблагоприятные. И всё же близость к великоруссам брала верх! Отсюда не вытекает, конечно, нимало неверность „свободы отделения“. Напротив. Но отсюда вытекает, что, авось, от „австрийского типа“ развития судьба Россию избавит»[752].
Это был взгляд классовый, но классовый взгляд патриота единой и неделимой России! В 1917 году уже было ясно, что «лоскутная» Австро-Венгерская империя обречена на распад, но для России Ленин такого варианта не желал, а, напротив, исходил из того, что его следует избежать.
15(28) июня 1917 года Ленин уже в Петрограде опубликовал в «Правде» небольшую, но ёмкую статью «Украина», где проводил ту же линию. Цитируя «универсал» Центральной Рады об устроении Украины, где говорилось о том, что Украина «не отделяясь от России», требует особых прав, Ленин резюмировал:
«Ни один демократ, не говоря уже о социалисте, не решится отрицать полнейшей законности украинских требований. Ни один демократ не может также отрицать права Украины на свободное отделение от России: именно безоговорочное признание этого права одно лишь и даёт возможность агитировать за вольный союз украинцев и великороссов, за добровольное соединение в одно государство двух народов…
