Нашего брата, очевидно, и надо погонять голой правдой. Чтобы расшевелить, наконец… В его речах достается не меньше и русским. Но почему‑то русские не обижаются. Почему? Потому что русские ближе к объективной самооценке, чем господа «богоизбранные»…
Вот довольно значительный по объему фрагмент из стенограммы встречи главы администрации края с представителями политических партий и объединений края (27.09.97).
В нем отражено, в какой общественно — политической обстановке приходилось работать губернатору. Вдумаемся в смысл происходящего в тот момент.
«…Войтехов. О выборах в ЗСК, Народ устал выбирать. Он выберет топор и вилы. Народ жаждет оздоровления жизни. А выборы втравят в новые траты. Это отвлечет правительство от оздоровления экономической жизни Кубани, и если мы посмотрим, кто за этим стоит, мы наткнемся на того, кто сначала выпустил Глотова на сцену, потом вкладчиков, потом Гельвидеса. Я считаю, что выборы проводить несвоевременно.
Кондратенко. Я часто иду поздно домой и думаю: почему? Почему я за все происходящее должен делить ответственность с сионистами? Ведь они скажут, что Кондратенко все развалил. Они коммунистов поливают грязью, а коммунисты не продавали Отечество, не продавали свой народ. В оппозиции легко находиться. Но уже идет оздоровление в сознании людей. Люди уже понимают, где сионисты, а где кто…
Руководить — значит предвидеть, а предвидеть — значит не допустить провалов. А я не имею права освободить нижестоящего руководителя. Как это можно — избрать, требовать наведения порядка, и в то же время говорят — никуда не лезь? У меня сейчас противовес только ЗСК. Потому что тоже не святой. Деньгами, славой и властью нынче все упиваются. Кого у нас сейчас избирают? Тех, кого подсунет сионистское телевидение и сионистская пресса. Наших бывших первых секретарей я не узнаю. Кто был тогда сволочным, они и стали первыми демократами и хапугами.
Кравченко. Вы нас пригласили для совета, сообщили нам вопрос, который должен быть обсужден. Но где обсуждение? Так без конца можно говорить обо всем и ни о чем. Я предлагаю обсудить здесь главный вопрос, если вы действительно интересуетесь нашим мнением. А то вы задали тон, и мы должны осветить ваше мнение своим присутствием. Давайте все‑таки вести не монолог, а диалог.
Кондратенко. Хорошо. Задавайте ваши вопросы.
Голос из зала. Я хотел бы узнать, какова ситуация с бензином?
Кондратенко. Везти нефть за границу стало выгоднее…
Голос из зала. Вы ушли от ответа на вопрос. Ни в крае, ни в городе нет массовой патриотической газеты. У нас хорошо набирает обороты империя «Краснодарские известия», для них отстегиваются приличные деньги из бюджета…
Кондратенко. А почему вы это позволяете?
Голос с места. А почему вы позволяете, будучи главой края? В крае отсутствует массовая политическая газета.
Кондратенко. «Кубань сегодня» — очень патриотическая газета. «Кубанские новости»…
Голос с места. Нужно выделить время на телевидении для показа фильма о животноводстве.
Кондратенко. Мы эту ленту направим во все телестудии края. Мы разделаем сионистскую мафию в Краснодаре! Мы покажем все ее нутро! Весь край содрогнется! И больше они на политическом горизонте не появятся. Их размажут по стене, как…
Голос из зала. Есть программа борьбы с сионизмом в крае?
Кондратенко. Борьба — это не просто программа. Это работа над душами людей. Нужно преодолеть страх, который охватывает русских. Стоит русским взяться за руки и сказать — «фу» — и они растают, как мираж. Они же только в управлении, в финансах и СМИ. Вот гнездовье сионизма. Не обращайте свой гнев на евреев. Евреи — это нация. Многие из них мучаются, как и мы с вами, от сионизма. Им ругать сионизм сложнее. Я не антисемит, а антисионист. Это разные вещи. Как фашизм и немецкая нация. Это не одно и то же, это надо различать.
Кравченко. Каков статус этого собрания?
Кондратенко. Произвольная встреча.
Кравченко. Она проходит в слишком вольной форме. Вместо того, чтобы нормально работать с организациями в форме общественной палаты, где решения скреплялись бы каким‑то документом, здесь идет дискуссия о сионизме.
Кондратенко. На воре шапка горит?
Бахметова Любовь Ивановна от Краснодарской краевой ассоциации по защите прав потребителей. У нас голод по общению с губернатором, которого мы избрали. У меня вопрос: что делается вами и вашими единомышленниками по привлечению к ответственности за разрушение сельского хозяйства на Кубани? Второй вопрос: вы анализировали, что делала прокуратура края, когда шло это разрушение?
Разрушается не только сельское хозяйство, но и детей уничтожают. Пример: случай в школе № 35, где 10 апреля было разбросано неизвестное вещество, и более сотни детей получили отравление. Родители обращались в разные инстанции, но получили отказ. Я тоже обращалась, но никто не был привлечен к ответственности, не было заведено уголовное дело.
…Вчера было очередное заседание суда. А прокурор Западного округа и Басацкий тут же начали борьбу с нашей организацией.
Кондратенко. Позвоните Басацкому, пусть подойдет сюда.
Тот же голос из зала. Считаю, что перевыборы ЗСК не принесут пользы. Они должны состояться не раньше ноября следующего года.
Кондратенко. Добиваться в судах правильных решений трудно. В стране управленческая преступность срослась с сионистской. Это мафия. Другой надежной опоры у сионизма в России нет. Даже в среде богатеев уже идет прозрение. У меня сидел один сверхбогатый, исповедовался, плакал. А я у него когда‑то в найме работал. Могут ли сионисты опереться на рабочий класс? Подкупить его можно. Можно и ветеранам кинуть подачку. Они же голодные, тут же кидаются.
Но настоящая опора у сионистов — криминальный мир. Поэтому они будут крутыми, пока не произойдет перемена наверху. Все нити идут в Москву. А Кондратенко, как ни выпрыгивай из штанов, что он может сделать? Они в прессе своей борзеют. Но в Москве уже что‑то шатнулось. Это чувствуется по лидерам, которые сразу ко мне кинулись: «Батько, мы с тобой!». Я понимаю, что в этом не все искренни. При другой обстановке — некоторые тут же копают под тебя. Они же работать не умеют, они трусливы. Пока тут, под платаном, патриоты не расстреляют троих, продавших интересы России. Только тогда будет порядок. И скажет народ: давно было пора.
