Главное сражение перманентно ведется на фронтах, развернутых Самойленко и его манипуляторами против губернатора Кондратенко и его администрации.
Суть противостояния они объясняют политическими разногласиями, хотя никто из них не пошел дальше напыщенных речей и пустопорожних демагогических статеек. Просто губернатор — красный и партноменклатурщик, а мэр — весь из себя демократ и реформатор.
Суть же проста, как апельсин.
Губернатор Кондратенко со своей командой работает во благо пяти миллионов жителей края, за которых он отвечает не только по определенным ему полномочиям, но и по совести своей и чести.
Мэр Самойленко блюдет в Краснодаре интересы всех ветвей городского чиновластия и новоявленных нуворишей, перераспределяя в их сторону бюджетные средства от малоимущих. Вот вам и вся «политика».
…Общим местом для агитпропа Самойленко стало обвинение губернатора в каком‑то сепаратизме, признаков которого хоть с подзорной трубой, хоть с телескопом отыскать невозможно.
Зато сам мэр бесконечно твердит о том, что его местное самоуправление должно быть настолько самостоятельным и ни от кого не зависеть, чтоб никто не смел и взглянуть на его хозяйственно — экономическую, а также на финансовую деятельность. Вместе с тем, он постоянно чего‑то требует от края, и если не удается получить, впадает в настоящую истерику».
Теперь все это в прошлом: за предвыборные манипуляции, применение грязных технологий Самойленко был снят с выборной гонки за несколько дней до ее финала.
Конечно, обидно было, что не приняв предложения Кондратенко, с поста председателя Кубанского правительства неожиданно подал в отставку энергичный и по разумному решительный, кстати, в прошлом выдвиженец Николая Игнатовича, Виктор Федорович Гладской. Суть их, если так можно было назвать, разногласий, выражалась в том, что Гладской принимал предложение вновь возглавить правительство Кубани при одном условии: сохранив часть прежней команды.
В частности, речь шла о кандидатурах В. Е. Спиридонова, М. В. Золотарева, Ю. В. Дьяченко и других.
Кондратенко с этим не согласился. И тогда Гладской, не обидевшись, покинул ответственный и ключевой пост. Не заставив долго себя ждать, Кондратенко, казалось бы, неожиданно свой выбор останавливает на кандидатуре много опытного хозяйственника, в прошлом главного инженера автотранспортного управления комбината «Кизелуголь» Пермской области, затем главного инженера управления механизации, начальника автоколонны в Майкопе, заместителя председателя Майкопского горисполкома, первого секретаря Майкопского горкома партии, а в последнее время — генерального директора территориального управления «Краснодарглавснаб» Владимире Афанасьевиче Мельникове.
Что здесь можно было сказать? Выбор Кондратенко и в этот раз был безошибочным: вместе с В. А. Мельниковым они многие годы дружно тащили на себе весь воз краевых проблем. Совместимость эта была, видимо, от их представлениях о хлебе насущном. Однажды Владимир Афанасьевич как‑то обмолвился: «Некоторым нашим оппонентам непонятно, почему мы приняли приоритетом сельское хозяйство. Во-первых, потому что сельское хозяйство составляет основу экономики Кубани. Пора им это понять. А во — вторых, наверное, им не приходилось сидеть без хлеба. А нам пришлось. В семье было пятеро детей. Однажды Бог послал, иначе и не скажешь, небольшую такую круглую булку кукурузного хлеба: в голодную зиму с 1942 на 1943 год шел по снежной наезженной колее, вижу — брезентовая сумка, а в ней этот самый кукурузный хлебец. Прибежал домой. Бабушка обрадовалась: еще проживем некоторое время, разделила этот хлебец на кусочки размером с шоколадную конфету. И выдавала нам каждому в день по такой «конфетке». Мы клали этот кусочек в рот и старались как можно дольше его жевать, вернее — сосать, будто и в самом деле это конфета. С тех пор я чту каждую крошку хлеба…»
Что же сумел за четыре года своей многотрудной губернаторской деятельности совершить Кондратенко? Он возродил Кубань. Прежде всего — возродил, казалось, безнадежно загубленное неумными реформаторами кубанское село.
Придя к власти, он не раз говорил, что основа экономики Кубани — мощный агропромышленный комплекс, а основа основ — сельскохозяйственные предприятия. Это и понятно: не будет зерна и овощей, нечего будет и перерабатывать.
Статистика падения аграрного колоса была поистине печальна: в 1991 году собрано почти 6,8 миллиона тонн зерна; на следующий год показатели «упали» на 300 тысяч, потом на 400, затем — еще на миллион… Из года в год положение становилось только хуже, и казалось, этому не будет конца…
Заряд негативной, разрушительной энергии был так велик, что положение стало меняться к лучшему только на третий год после решительного изменения курса, предпринятого новым руководством; направления значительных материальных и финансовых ресурсов на поддержку реального сектора.
Простое перечисление лишь некоторых мер дает представление о том разнообразии методов проведения новой аграрной политики, которое позволило добиться перелома ситуации. Из краевых фондов сельским товаропроизводителям начал выделяться семенной материал; организовывались межхозяйственные машинно — технологические станции; шли непростые, но в конце концов увенчавшиеся успехом переговоры о закупке передовых сеялок «Конкорд»; с белорусами удалось договориться о поставках техники в обмен на зерно.
Постоянная головная боль крестьянина — отсутствие ГСМ. Большинство нефтяных компаний было далеко не в восторге от сотрудничества с аграриями. Сезонность производства ставила последних в невыгодные условия. Чтобы преодолеть эти объективные разногласия, должна была действовать специальная система льготного кредитования.
Неоценимую помощь кубанцам оказал «Газпром». Благодаря хорошим деловым и человеческим взаимоотношениям между его президентом Р. И. Вяхиревым и губернатором Н. И. Кондратенко удавалось не только из года в год приобретать удобрения, средства защиты растений, технику, но и создать прочный задел на будущее. Согласно подписанному договору в 1999 году капиталовложения крупнейшей российской монополии в кубанский АПК возросли втрое и достигли 1,8 миллиарда рублей.
Кондратенко, будучи еще колхозным агрономом, не по учебнику, усвоил: кадры решают все!
По большому счету, именно «человеческий фактор» стал основным в получении будущего большого хлеба.
