Визит Д. Медведева в Казахстан начался 22 мая, он был очень насыщенным, хотя и продолжался около суток. Президент Нурсултан Назарбаев встречал гостя в аэропорту, хотя по первым наметкам визита это должен был сделать казахстанский премьер. В большом дворце президента Казахстана в Астане на торжественном приеме находился весь дипломатический корпус, а также члены правительства. Встреча двух президентов — без делегаций — шла вдвое дольше, чем планировалось. Однако министры, и российские, и казахстанские, терпеливо ждали своих президентов. Было подписано несколько заранее подготовленных соглашений. Президенты договорились также о подготовке нового долгосрочного соглашения об экономическом сотрудничестве и интеграции. По словам Н. Назарбаева, этот договор будет предусматривать как общую и глобальную программу, так и конкретные программы по трехлетним периодам. Подобно России Казахстан планирует переход на трехлетний бюджет.
Из Казахстана лайнер российского президента взял курс на Пекин. 23 мая 2008 года в статье «Стратегическое притворство» газета «КоммерсантЪ» писала: «Визит Дмитрия Медведева в Китай будет проблемным. Медведева ждут в Пекине трудные разговоры о неясных проблемах российско-китайского энергетического альянса, о резком падении уровня военно-технического сотрудничества и о нежелании руководства КНР активно поддерживать Москву в борьбе с расширением НАТО»[424].
Эти прогнозы не сбылись. Все переговоры Д. Медведева с китайскими лидерами происходили в позитивном русле. Россия и Китай провели своеобразную «сверку часов». В подписанной нашим лидерами совместной декларации была подтверждена схожесть позиций по ключевым политическим вопросам, в том числе и по ПРО. Москва и Пекин осудили американские планы по размещению элементов ПРО в Европе, как наносящие вред международным усилиям в сфере контроля над вооружениями и нераспространения ядерного оружия. В экономике товарооборот между Китаем и Россией решено довести с нынешних 50 млрд долларов в год до 80 млрд долларов в 2010 году. Конечно, в наших отношениях есть проблемы. В общем товарообороте китайский импорт в России заметно больше российского экспорта в Китай. В области военной авиации Россия поставляет Китаю только запчасти, а закупку готовых военных машин Пекин пока прекратил. Китай начал и расширяет производство собственных военных машин, которые делаются в основном по российским образцам. Свои автомашины Китай делает по образцам западных стран, лишь немного их видоизменяя. В свое время СССР, еще во времена Сталина, использовал очень многие технические решения, разработанные в США и Западной Европе. Это было и в самолетостроении, и в производстве вооружения, включая атомное оружие. Российская делегация не стала втягиваться в полемику по этим проблемам. Дмитрий Медведев и Ху Цзиньтао обсудили возможности экспорта в Китай российских истребителей и вертолетов нового поколения, а также новейших зенитно-ракетных систем. В Китае будут построены новые АЭС по российским проектам. Есть проблемы по экспорту нефти и газа в Китай. Но эти проблемы разрешимы. В субботу 24 мая Д. Медведев выступил в Пекинском университете с большой лекцией о российско-китайских отношениях. «Мы исходим из того, — сказал в конце лекции российский президент, — что российско-китайское взаимодействие превратилось сегодня в ключевой фактор международной безопасности, такой фактор, без которого невозможно принятие основных решений в рамках международного сотрудничества. Я могу вам сказать откровенно, что, может быть, не всем даже нравится такого рода стратегическое взаимодействие, которое существует между нашими странами. Но мы понимаем, что это взаимодействие в интересах наших народов, и мы будем его всячески укреплять, нравится это кому-то или нет!»[425]
5 июня 2006 года состоялся первый визит Дмитрия Медведева в одну из западных стран. Как и ожидалось, это была Германия, с которой у России на сегодня самый большой объем экономического сотрудничества и достаточно хорошие политические отношения. Переговоры российского президента и германского канцлера Ангелы Меркель продолжались около двух часов, потом прошла их совместная встреча с журналистами. Наиболее важной частью этого визита стало большое выступление Дмитрия Медведева в берлинском отеле «Интерконтиненталь», где российского лидера слушало около тысячи представителей деловой и политической элиты Германии. Д. А. Медведев говорил не только о проблемах российско-германских отношений, но и о судьбе всей Европы, частью которой является и Россия. Он выразил мнение, что «проблемы Европы не будут разрешены до тех пор, пока не будет достигнута ее идентичность, органическое единство всех ее исторических частей, включая Россию». Д. Медведев подчеркнул, что Россию и Европу связывают общие ценности, и что после окончания холодной войны «возникли условия для налаживания подлинно равноправного сотрудничества между Россией, Евросоюзом и Северной Америкой как тремя ветвями европейской цивилизации». «Атлантизм изжил себя, — заявил Д. Медведев. — Теперь речь должна идти о единстве евроатлантического пространства — от Ванкувера до Владивостока». Дмитрий Медведев предложил начать разработку юридически обязывающего договора о европейской безопасности. Начать эту работу можно уже на предстоящем в конце июня саммите Россия — ЕС в Ханты-Мансийске. «Как человек с юридическим стилем мышления, — сказал Д. Медведев, — могу подтвердить, что без надежной правовой основы наши отношения не имеют перспектив».
Немецкие бизнесмены принимали Дмитрия Медведева в Берлине очень радушно. Как писала одна из британских газет, «Медведева принимали в Германии словно родственника, от которого давно не было вестей». Михаэль Штюрмер из германской газеты «Вельт» писал: «В голубом костюме, отливающем стальным блеском, в галстуке с голубым рисунком Медведев на первый взгляд выглядит так, как это и значится в его дипломе: молодым адвокатом, который принуждает самого себя взирать на окружающих более жестко. Его манера говорить подчеркнуто спокойна, можно сказать — слишком спокойна для его возраста, жестикуляция оживляется лишь во время вопросов-ответов… Если Михаил Горбачев вызывал у немцев симпатию и даже восторг, граничащий с поклонением, то Борис Ельцин во время своих выступлений на западных площадках все больше напоминал неуклюжего, наводящего ужас медведя. А вокруг Владимира Путина, выступавшего при схожих обстоятельствах осенью 2001 года перед депутатами бундестага, витала другая, тревожная аура: его немецкий звучал точно, и он говорил очень чисто — так, как могут научить в Высшей школе КГБ.
