Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95
«Конечно, я сомневаюсь, что кто-то из деловых людей стал бы с этим спорить, — признал Эллисон, — но многие их решения вовсе не вытекают из фактов. И если вы считаете это своим достоинством, своим принципом: „Надо себя дисциплинировать, надо принимать логичные решения, основанные на фактах“, — у вас гораздо меньше шансов сойти с верного пути, — сказал он, особенно подчеркнув последние слова. — Тогда вы вряд ли станете принимать решение, подчиняясь эмоциям. „Хочу, мол, чтобы мой банк был больше, чем банк того парня“, — яо таких эмоциях говорю».
Еще одним важным постулатом философии Айн Рэнд является самоутверждение, сказал Эллисон, «и то, как вы обретаете чувство собственного достоинства через свой образ жизни. То есть если у вас имеются четкие принципы, вы живете согласно этим принципам, поступаете честно, вы искренни — все это для вас не обязанности, а средства для достижения успеха и счастья. В таком случае вас, скорее всего, окружают люди, которые действуют, также руководствуясь своими принципами, искренне и честно», не потому, что так, по вашему мнению, «следует» поступать, но потому, что в этом вам видится путь к успеху.
Я не вполне понимал, почему все сказанное якобы присуще исключительно объективизму. И какой руководитель, даже если он самый отъявленный жулик, не считает себя честным? Я знал некоторых директоров, которым не одолжил бы и карандаша, но которые считали себя предельно добропорядочными. Я уверен, что Джефф Скиллинг, бывший исполнительный директор корпорации «Enron», надраивая полы или делая что-то еще, что положено делать в федеральном исправительном учреждении в Энглвуде, непрерывно задается вопросом, как случилось, что такой честный малый, как он, оказался в тюряге.
Однако один из аспектов философии Рэнд, обозначенный в «Источнике», показался мне весьма осмысленным, ияс радостью заговорил о нем с Эллисоном. Рэнд отстаивает право личности на творчество, она не терпит группового мышления и чрезмерного доверия к комитетам. Индивидуализм — одна из фундаментальных ценностей объективизма, и Говард Рорк — его апологет. В «Источнике» Рорк получает предложение от отцов западного города подготовить ярмарку «Марш столетий». Рорка, которому в разгар Великой депрессии отчаянно нужна работа, хотят нанять в составе команды из восьми архитекторов. Он соглашается взяться за этот заказ на том условии, что остальных семерых архитекторов не наймут. Он настаивает на том, чтобы действовать в одиночку, хотя отлично понимает: подобное упрямство будет стоить ему работы. «Я не работаю в коллективе. Не консультируюсь. Не сотрудничаю»,[68] — говорит он.
Это один из тех эпизодов, которые понравились мне в этом романе больше всего. Более того, этот герой, возвышающийся над всеми прочими в этом произведении, не любит деньги! «Его влекут деньги?» — спрашивает Эллсворт Тухи у Питера Китинга. «Нет», — отвечает Китинг, давний друг Рорка, который, вероятно, был задействован в этой сцене не для того, чтобы дезинформировать читателя.
Не забывайте, что «Источник» — одно из двух главных произведений объективизма: для объективиста он — как Палестинский талмуд для мессы, хотя в целом «Атлант» ценится выше, как более авторитетный, чаще цитируемый Вавилонский талмуд. Я с волнением ожидал ответа на новый вопрос: каким методам управления современной корпорацией, по мнению Эллисона, учат нас подобные фрагменты в «Источнике»? Так ли управляет своим банком сам Эллисон — не прислушиваясь к мнению комитетов, ни с кем не сотрудничая?
Нет, не так.
«На самом деле персонажи „Атланта“ нравятся мне больше, чем персонажи „Источника“. Мне кажется, что они лучше проработаны», — заявил Эллисон. Как генеральный директор банка он хотел бы, чтобы работники думали самостоятельно, однако командная работа все еще не утратила своего значения. «В контексте организации мы все — в одной упряжке, и нам приходится работать в команде».
«Групповое мышление возникает там, где командная работа понимается неправильно», — сказал он.
Однако Рорк не был командным игроком, с групповым мышлением или без него. Основная мысль книги к этому и сводится: индивидуальность выше коллектива. А что есть команда, как не коллектив? Командный игрок не отказался бы от возможности поработать в команде великих архитекторов. Командный игрок, если на то пошло, не взорвал бы Кортланд. Был бы доволен Рорк, если бы кто-нибудь из городской администрации явился к нему и сказал: «Мы в одной упряжке»?
И в этом мне видится источник вечных трудностей для последователей Айн Рэнд: им приходится искусно обходить те аспекты ее учения, которые представляются им неразумными или кажутся разумными на первый взгляд, но стоит присмотреться к ним повнимательнее — тут же рассыпаются в прах.[69] Какое бы сильное недовольство ни вызывали комитеты, они необходимы для функционирования крупных организаций. Однако Рэнд в «Источнике» решительно выступила против любых коллективных решений.
Эллисон продолжал расписывать мне, как в «BB&T» проводятся собрания и какие меры предусмотрены, чтобы процесс обсуждения не выродился в борьбу самолюбий, но мотивировал сотрудников к продуктивной работе. Звучало все просто отлично, и в самом деле: пока Эллисон сотрудничал в «BB&T», банк управлялся прекрасно и избежал многих опасностей, с которыми сталкивались на протяжении последнего десятилетия остальные. Однако мне пришлось сильно постараться, чтобы сообразить, какое отношение имеет к этому Рэнд или как это согласуется с экстремальным индивидуализмом, воспетым в «Источнике». На самом деле вполне вероятно, что применение принципа Рэнд: «личность выше коллектива» — способно вывести компанию из бизнеса, в особенности если в игру вступает корыстолюбие.
Эллисон предположил, что я лишь бегло ознакомился с «Атлантом», «произведением более зрелым». Но это не снимало противоречий, поскольку «Атлант» ориентирован в совершенно ином идеологическом направлении — не на индивидуализм, а на капитализм, который почти не упоминается в «Источнике». Там даже ругательные слова отличаются: вместо трусливых «конформистов» из «Источника», в «Атланте» Рэнд все время толкует о «грабителях».
Эллисон позже прислал мне брошюру, которая распространяется среди служащих банка для внедрения корпоративной философии «BB&T». Она насквозь пропитана объективизмом, хотя имя Рэнд не упоминается ни разу. «Качества выдающегося сотрудника „BB&T“» определены как целеустремленность, рациональность и чувство собственного достоинства. Разумеется, весьма трудно возражать против подобных черт. Разве какому-нибудь руководителю захочется, чтобы у него сидели по кабинетам инертные, нерациональные, не уважающие себя сотрудники? Лишь одно замечание в самом начале брошюры представляется неуместным. Там, как лозунг, заявлена цель «улучшить жизнь людей в городах, в которых мы работаем». Это явная уступка банальному местечковому альтруизму. Но поскольку речь идет о банке, я уверен, что это пустая риторика и не стоит придавать значение этому заявлению.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95
