Однако Аристотель настоял на своем: брачный контракт был заключен, и Кристина проводила отца в лучший мир, уже будучи вновь замужем. К судьбе этой богатейшей, но несчастной женщины вернусь позже�
Итак, Генеральным директором огромного хозяйства фирмы Онассиса остался Константин Гратцос. Он имел полную доверенность своей крестницы, но � как довольно часто говорил мне � уважал ее деловые качества. Поэтому готовил Кристину к самостоятельному управлению делом, предвидя необходимость своего ухода на отдых.
Когда в Париже состоялся всемирный съезд работников морского фрахта, Костя порекомендовал Кристине присутствовать на нем.
На заседаниях дочь Онассиса познакомилась с представителем Совфрахта Сергеем Каузовым. Как она мне неоднократно говорила впоследствии, ее поразили ум, деловитость и высокое знание дела, столь тонкого в международном морском обиходе.
Они оба потянулись друг к другу.
Первый приезд Кристины в Москву был якобы деловым: ее встречали представители Совфрахта и я, поскольку Костя позвонил из Нью-Йорка и попросил меня оказать Кристине внимание и помочь, если ей это понадобится, в Москве.
На аэродроме Кристину удивило отсутствие репортеров. На ее вопрос: �Что бы такое значило?� � я ответил шуткой: �У них перерыв на обед!� Но потом все-таки объяснил, что для советской прессы ее персона не представляет интереса.
В следующий раз Кристина приехала поездом с двумя телохранителями. Снова � по просьбе Кости � я, конечно, ее встречал, не подозревая, что, помимо дел по фрахту, у этой женщины в Москве появился и сугубо личный интерес.
К этому времени Кристина развелась со своим вторым мужем, сохранив с ним дружеские и деловые отношения.
Как выяснилось позже, Каузов тоже развелся с женой (дочерью пушкиноведа Бонди), от которой у него была дочь. Девочка осталась с матерью.
Спустя несколько дней, придя к нам домой, Кристина заявила, что один из ее телохранителей пропал. Я стал жутко нервничать и начал было звонить, чтобы объявить розыск.
Моя жена Елена � человек, чувствующий ложь �кожей�,�� резко сказала гостье:
