любые другие профессионалы, не действуют от имени Императорского Дома Романовых. Они действуют от имени Марии Владимировны, как частного лица – и ничего более, чем это. В заключение я бы хотел обратиться к встрече, имевшей место в Париже в 1992 году, в которой принимали участие все старшие потомки по мужской линии Дома Романовых. На этой встрече мы пришли к соглашению, что, учитывая исторические особенности, никто из членов Семьи не будет выдвигать требований никакого рода и не будет рассчитывать ни на какую форму привилегий. Без исключений»[224].
Ещё одним спорным действием со стороны Марии Владимировны стала попытка реабилитации семьи императора Николая II. В декабре 2005 года она обратилась в Генеральную прокуратору с просьбой признать убитых членов императорской семьи жертвами политических репрессий. В феврале 2006 года Генеральная прокуратура сообщила об отсутствии юридических оснований для реабилитации погибших, поскольку не обнаружила по факту расстрела «достоверных свидетельств существования каких-то официальных решений судебных или несудебных органов о применении к погибшим репрессии по политическим мотивам, как того требует действующее реабилитационное законодате./г г>ство». Помнению Генпрокуратуры, расстрел был «умышленным убийством, пускай и имеющим политическую окраску, совершённым лицами, не наделёнными соответствующими судебными и административными полномочиями»[225].
Вероятно, Марию Владимировну не устраивало, что современная Россия реабилитировала последнюю императорскую семью, когда их останки были захоронены в Петропавловском соборе, а Русская православная церковь, спустя два года причислила государя и его близких к лику святых.
Князь Николай Романович намерения своей родственницы не поддержал. Он ясно дал понять, что считает вопрос о реабилитации, мягко говоря, странным. «Это вроде того, если бы вдруг вы подумали, что надо реабилитировать апостола Петра или апостола Павла из-за того, что его римляне судили и присудили к смерти. Это чушь»[226].
Некоторым иерархом Русской православной церкви идея реабилитации также показалась сомнительной. В ноябре 2006 года епископ Егорьевский Марк[227] в интервью информационному агентству «Интерфакс» заявил, что считает бессмысленным судебный процесс по реабилитации. «Святые не нуждаются в реабилитации. Странно, что лишь конкретные представители династии Романовых говорят о необходимости реабилитации царской семьи, в то время как все понимают, что это мелочный подход», – сказал владыка. По его словам: «…этот шаг, возможно, имеет целью “заявить о монопольном праве говорить от имени семьи Романовых”»[228]. Епископ Марк был солидарен с точкой зрения князя Николая Романовича, что подлинная реабилитация семьи последнего российского императора «на государственном уровне уже произошла», когда было принято решение о захоронении останков в Петропавловском соборе. «Это говорит о том, что власть сожалеет о произошедшем с царской семьёй и считает это преступлением»[229], – добавил епископ.
Косвенно против попыток реабилитации выступил митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. В письме на просьбу прокомментировать наболевший вопрос владыка, в частности, писал: «…Русская Православная Церковь не ставила и не будет ставить вопрос о реабилитации царской семьи, однозначно выразив своё отношение к Императору Николаю Александровичу и его близким в акте о канонизации страстотерпцев»[230].
В июле 2008 года адвокат Герман Лукьянов, представляющий интересы Марии Владимировны сообщил на встрече с журналистами, что он подал надзорную жалобу в Президиум Верховного суда Российской Федерации с требованием пересмотра отказа в реабилитации. 1 октября 2008 года Президиум Верховного суда всё же признал императора Николая II и его семью жертвами политических репрессий и реабилитировал их.
Казалось бы, вопрос закрыт. Однако реабилитация Романовых в 2008 году вызвала правовое последствие, которое не сразу бросается в глаза. При внимательном прочтении документа выходит, что Верховный Суд России вместе с семьёй последнего императора де-факто реабилитировал и их убийц. Следователь Владимир Соловьёв, занимавшийся расследованием убийства императора Николая II и членов его семьи с 1993 по 2015 г., пишет: «Президиум Верховного Суда высказался ясно и определённо – царская семья расстреляна по постановлению президиума Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов по политическим мотивам. Это постановление снимает для следствия вопросы о возможном принятии решения о расстреле царской семьи в Кремле, о так называемом “ритуальном” характере убийства о посмертных “сатанинских” манипуляциях с телами и ряд других. По российскому законодательству к уголовной ответственности могут быть привлечены только физические лица, а не организации. Признание того, что решение о расстреле принял Уралоблсовет[231] от имени государства, порождает ещё одно любопытное последствие. Это постановление полностью снимает вину с каждого конкретного человека, участвовавшего в голосовании за расстрел, граждан, приводивших приговор в исполнение, скрывавших и уничтожавших тела. То есть на сегодня ни Войков, ни Голощёкин [232], ни Белобородов[233], ни Юровский[234], ни Ермаков[235] уже не убийцы, а законопослушные граждане, исполнявшие решение государственного органа власти. На деле получается, что суд ‘реабилитировал” не только царскую семью, но и её убийц»[236].
Сегодня интерес у российского общества к монархии поубавился. Желающих вновь восстановить монархию едва ли наберётся пять процентов. Потихоньку и идея придания особого статуса «императорской семье» сошла на нет. Отмечу, что начиная с 1998 года российские власти поддерживали контакт с князем Николаем Романовичем и его братом князем Димитрием Романовичем. Все вопросы, связанные с родом Романовых представители Администрации Президента России или правительства решали в консультации с князьями. Сегодня уже нет ни императорской фамилии, ни великих князей, ни великих княгинь. Я лишь в очередной раз напомню читателям, что последней великой княгиней российской императорской фамилии была Ольга Александровна, младшая сестра императора Николая II. Всё остальное, как говорится, – от лукавого и от незнания русской истории. Род Романовых – великая фамилия с многовековой насыщенной историей. И как говорил князь Николай Романович, размышляя о прошлом, настоящем и будущем фамилии: «Я вижу нас как семейные портреты. Был такой Николай Николаевич, был Константин Константинович или Николай Михайлович. Они сделали и хорошее, и плохое, но это наша история, история нашей семьи и России. И поэтому мы как семейные портреты на стене. А русский народ не должен нас любить или, наоборот, ненавидеть. Это прошлое, это было. Но нельзя отказываться от истории, какой бы она ни была»[237].
Захоронение императора Николая II и членов его семьи
Весной 1989 года мир облетела сенсация. Журнал «Родина» на своих страницах поведал читателем фантастический рассказ Гелия Рябова[238], будто он и его единомышленник геолог Александр Авдонин[239] ещё в июне 1979 года обнаружили под тогда ещё Свердловском останки расстрелянного императора Николая II, членов его семьи и слуг. Гелий Рябов вспоминал тот день, когда захоронение было тайно вскрыто:
