Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 102
к делу. Мы переоделись и направились прямиком в секционную, в то время как о покойном мне было известно только то, что он свалился со стены и ударился головой.
Он лежал перед нами вверх лицом. Гладко выбрит и, судя по стрижке, он заботился о волосах, но на лбу и щеке была сильная ссадина. Я внимательно изучал его, пока вокруг крутился фотограф. На долю секунды вспышка странным образом отразилась от стен, металлических поверхностей, тела и даже наших лиц.
— Теперь голову?
Он только что сфотографировал все тело и хорошо знал свое дело. Ему было очевидно, что причиной смерти стала травма головы: помимо ссадины на лице, виднелась кровь на шее, еще больше явно вытекло из уха Эндрю на его темные волосы.
Я сказал:
— Давайте сначала хорошенько его осмотрим.
Внимательно изучив тело снаружи, можно получить не меньше полезной информации, чем по внутренностям.
Да, у него определенно была травма головы, но она никуда не денется. Когда думаешь, что знаешь причину смерти и сразу же переходишь к ней, можно запросто упустить что-то существенное. Очень важно внимательно осмотреть все тело целиком, начиная как можно дальше от предполагаемой причины смерти. Вот я и начал с ног Эндрю. Внимательно их осмотрев, я направил взгляд выше в поисках синяков, ссадин и, возможно, следов борьбы или драки — в общем, всего, что могло бы поведать о случившемся.
Его руки были ободраны: видимо, он пытался смягчить падение и защитить голову. Других явных повреждений не наблюдалось. Тем не менее интуиция и опыт подсказывали, что с ним было что-то не так. Но что именно?
Я перевернул его. Плечи были в синяках: видимо, он ударился головой о твердую поверхность, а потом отскочил на них. Причем было очевидно, что он упал спиной, на затылок — на это указывали отек, кровь и ссадина в этом месте.
Я все поглядывал на остальное тело. Его ноги на первый взгляд выглядели вполне нормальными, но, присмотревшись, я обнаружил, что они отличаются друг от друга.
Помощник коронера закончила просматривать свои записи и теперь могла ответить на мой вопрос.
— Вроде, он что-то делал в центре. Написано, что работал на Вагнеров. Чем они занимаются?
— Страховкой, — сказал один из детективов.
Я снова перевернул тело Эндрю, фотограф отстранился, и все придвинулись ближе. Я обратил внимание на его волосы. Должно быть, челка то и дело падала ему на глаза, когда он был жив.
— Так что же нам о нем известно? — спросил я.
— Э-э… недавно женился, дома маленький ребенок, а вчера встречался с друзьями…
— Ах, друзья, — сказал я.
Друзья на удивление быстро могут друг на друга обозлиться, причем в определенных обстоятельствах даже лучшие.
— И еще с братом, — добавил детектив-констебль.
— Ах, братья, — сказал я.
Братья тоже могут обозлиться.
— У них одна компания на двоих, между ними лишь год разницы, — сказал инспектор.
— Это брат его толкнул, — любезно пояснил детектив-констебль.
Повисла тишина. Инспектор пристально на него посмотрел и сглотнул.
— Предположительно, — подчеркнул он.
Ненавижу, когда мне обрывками рассказывают предысторию. Было бы куда продуктивнее, если бы мы предварительно собрались за чашкой чая, чтобы я мог получить всю информацию по делу и задать все интересующие вопросы.
— Значит, все-таки известно, что именно произошло?
Слово взял детектив-сержант:
— Ну эти двое вроде как из очень амбициозной семьи. Оба преуспели в спорте, только вот младший начал постепенно затмевать Эндрю, о чем постоянно ему напоминал. Он подначивал его, потому что Эндрю исключили из футбольной команды, за которую оба играли. А еще он говорил ему, что тот стал пустым местом после того, как у него появился ребенок, что-то в этом духе. Никто не слышал, что он на это ответил, но, что бы то ни было, его брата это крайне разозлило. Он сказал…
Сержант так долго копался, что инспектор достал собственные записи и сам зачитал цитату монотонным голосом. Актер из него был явно никудышный: «Так и хочется тебя убить. Всегда этого хотелось».
Никогда не говорите этого. Особенно если планируете чье-то убийство. Но даже если и не планируете, эти слова однажды могут обернуться для вас многочисленными неприятными вопросами.
Сержант продолжил:
— Судя по всему, младший брат недавно занялся паркуром…
Словно по команде все присутствующие фыркнули. Все, за исключением Эндрю, конечно, ну еще и меня.
— Вы сказали «парковкой»? — спросил я.
— Паркуром. Это вид спорта. Есть несколько девчонок, но в основном парни. Они начинают бежать и больше не останавливаются, что бы ни встретилось у них на пути. Они не любят оббегать препятствия, поэтому перепрыгивают, бегут прямо по ним, спрыгивают с них…
— Я бы попробовала, будь я лет на двадцать младше и раз в десять спортивнее, — призналась помощник коронера. — Они ни на секунду не останавливаются, чтобы обдумать, что делать дальше. Выглядит очень эффектно.
— Ага, пока не сдохнут.
Я все еще осматривал Эндрю, но теперь поднял голову. Никогда об этом не слышал.
— Они забираются на стены, деревья, да на что угодно. Проходят по карнизам, скачут с одного столба на другой, перепрыгивают заборы…
— Они забираются на крышу высотки на Риджент-стрит и прыгают с одного дома на другой. Не успеешь сообразить, как они уже в Грин-парке. Некоторые из них, наверное, целое состояние сколотили на своих видео на YouTube.
Я спросил:
— Это типа какого-то забега?
Они покачали головами:
— Скорее боевое искусство. Те, кто всерьез этим увлекается, много тренируются.
— Такие, поди, не калечатся?
— На самом деле и такое бывает, — сказал инспектор. — Конечно, они очень ловкие, но все допускают ошибки.
— Самая большая беда — с дилетантами, — добавила помощник коронера. — Выпьют пива и исполняют…
Я сделал разрез сверху на правом бедре Эндрю, чтобы взять кровь из бедренной артерии и отправить на токсикологический анализ. Вскоре он даст знать, что именно парень употреблял перед смертью. Алкоголь в крови — очень частый спутник смерти, причем в случае насильственной смерти не только у жертвы, но и у убийцы.
— Что они носят, когда занимаются своим паркуром? — спросил я.
Медики срезали большую часть одежды Эндрю, пытаясь его реанимировать, но, когда его привезли сюда, на нем были лишь оставшиеся от делового костюма лохмотья.
— Всякие спортивные штуки, — сошлись все во мнении. — Уж точно не костюмы.
— Значит, вы хотите сказать, что парень, работавший в страховой, выпил с приятелями, среди которых был его брат, и они все решили заняться этим паркуром…
Детектив-сержант кивнул:
— Ага, младший увлекся паркуром и, держу пари, решил похвастаться, чтобы принизить брата.
— Ага, они только и делали, что подначивали друг друга, судя по всему, страсти
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 102
