Жан-Доминик Брийяр - Эдит Пиаф. Без любви мы – ничто

Со своей стороны, Сердан не устоял перед шармом Эдит, ее нежностью, ее сумасшествием, ее жаждой абсолютной любви. И если к этому добавить огромное восхищение талантом артистки, которое испытывал боксер, становится понятным, почему он забыл о долге и душевных сомнениях. Его воля разбилась вдребезги. Он поставил одно-единственное условие: их связь должна остаться тайной. Это нелегко осуществить, когда речь идет о двух публичных особах, за каждым шагом которых непрестанно следит дотошная пресса. Газеты тут же не преминули отметить, что пара, укрывшаяся в Нью-Йорке, стала неразлучной.

Так, 12 марта 1948 года, через два дня после последнего сольного концерта в «Версале», Эдит почтила своим присутствием Мэдисон Сквер Гарден, где Сердан одержал победу на Роачем. Пиаф появилась в обществе… Жана Луи Жобера, которому она отвела роль «прикрытия». 17 марта, после почти шестимесячного отсутствия, певица вернулась во Францию. В аэропорту Орли она спустилась по трапу самолета в сопровождении Сердана, Жобер затерялся где-то в кильватере звезды.

Среди тех, кто встречал Эдит в аэропорту, был Жак Буржеа, предупрежденный о ее прибытии телеграммой, последние слова которой не содержали в себе никакой двусмысленности: «Рассталась с Жаном Луи ТОЧКА все расскажу ТОЧКА обожаю тебя ТОЧКА Пиаф».

Расставшись с их руководителем, по возвращении во Францию Пиаф, тем не менее, продолжила работать с «Товарищами». С 25 марта они вместе выступали в «Амбассадоре», с 23 апреля по 26 мая – на сцене «ABC». Плюс к этому 16 мая состоялось их представление в мюзик-холле на бульваре Пуассонье, затем по просьбе принцессы Елизаветы, будущей королевы Англии, и ее мужа принца Филиппа они дали концерт в «У Каррера», в кабаре на Елисейских полях.

В июне, впервые за девять месяцев, Пиаф вернулась в студию, чтобы записать три новые песни, одна была создана Мишелем Эмэ («Monsieur Lenoble» – «Месье Ленобль»), две другие написаны пока еще неизвестными авторами, чьи произведения Эдит споет впервые: Лео Ферре и Шарлем Азнавуром.

Ферре наделит «Les amants de Paris» («Парижские любовники»; музыка написана в соавторстве с Эдди Марнеем) весьма ожидаемым популизмом, который, однако, может удивить тех, кто хорошо знает творчество автора, ставшего одним из самых великих поэтов-песенников Франции:

Азнавур с его «Il pleut» («Идет дождь»; музыка Пьера Роша) выглядел более зрелым поэтом, хотя его стихи отчасти напоминали творения Трене:

В июле Эдит переехала в новую квартиру на улицу Леконт-де-Лисл, дом 7, теперь этот старинный особняк укрывал в своих стенах тайну их с Марселем любви. Но невзирая на все предосторожности любовников, сплетни незамедлительно добрались до ушей Маринетт, которая жила на ферме Сиди Мааруф, неподалеку от Касабланки, – именно здесь находился дом супругов и их детей. Жена угрожала, требовала, чтобы муж-изменник вернулся в лоно семьи. Марсель держался стойко. Меж тем боксер, которого все любили и уважали за прямоту, оказался в весьма неприятной ситуации. Его менеджер, Люсьен Рупп, осуждал подопечного за связь с Пиаф. Последний отлично знал: чтобы оставаться в обойме, спортсмен высокого класса должен избегать любых стрессов и психологических конфликтов. Разве опекун не видел, как его «жеребенок» потерял титул чемпиона Европы, выступая 23 мая в Брюсселе против Сирила Делануа? С этого мгновения все были готовы обвинить Эдит в поражении их кумира.

К счастью, несколькими неделями позже Сердан вернул себе корону. Доказав, что он остается спортсменом международного уровня, Марсель по-прежнему мог претендовать на самый высший титул в боксе. Именно поэтому 22 августа он снова улетел в США, где должен был в самое ближайшее время встретиться на ринге с американцем Тони Зелом. Неужели Сердан бросил заплаканную Эдит в Париже одну? Конечно нет. Певица попросила Луи Баррье организовать для нее поездку в Квебек, гастроли продлятся с 7 по 16 сентября, а затем в конце года она выступит в «Версале».

Итак, 27 августа Пиаф снова оказалась в Нью-Йорке. К ней присоединилась Симон Берто, которая вернула милость «королевы» сразу же после разрыва Эдит с Жаном Луи Жобером. Довольно забавно наблюдать за тем, насколько дружба Пиаф с Момон зависела от личной жизни певицы. И прежде всего эта дружба зависела от того, готов ли был новый избранник Воробышка терпеть «старую подругу» любовницы.

Уже на следующий день после прибытия в Нью-Йорк Эдит в сопровождении Момон отправилась к Сердану, который тренировался в спортивном лагере в местечке Лох Шелдрейк. Здесь она, приняв все необходимые меры предосторожности, поселилась в отеле «Братья Эван» и прожила в нем вплоть до 3 сентября. В этой же гостинице жил и боксер. «Как долго еще нам удастся скрывать наше счастье? – пишет Эдит Буржеа. – С каждым днем это становится все сложнее, и я постоянно боюсь, что все рухнет».

7 сентября Пиаф уехала на поезде в Монреаль, где ее уже ждали «Товарищи», которые должны были принять участие в квебекском турне. Вернувшись в Нью-Йорк 16 сентября, певица присоединилась к двадцати тысячам человек, спешивших на стадион Рузвельта в Джерси-сити, чтобы присутствовать на чемпионате мира по боксу в среднем весе. В этом бое Марсель отнюдь не являлся фаворитом.

«Тони Зел утверждал, что он выиграет бой в седьмом раунде с помощью нокаута, – рассказывает Ёлож Буассоннад в книге, посвященной влюбленной паре Пиаф и Сердан. – Однако именно в этом раунде Сердан, более мощный, более точный, одержал чистое преимущество над своим противником. В восьмом раунде он почти разгромил соперника, нанося удары со всех сторон и вынудив явно вымотанного Зела перейти к обороне. В одиннадцатом раунде Сердан внезапно открылся, пропустил удар правой, но при этом сам нанес сокрушительный удар Зелу в лицо. Чемпион рухнул на одно колено и оставался в таком положении до тех пор, пока не прозвучал гонг, после чего секунданты отнесли боксера в его угол. Настал черед двенадцатого раунда, но чемпион помотал головой. Так Сердан стал чемпионом мира…»[78]