Вадим Шефнер - Бархатный путь

Нынче не все помнят, не все знают, что в довоенные годы по Невскому ходили трамваи, а Невский по-казённому именовался проспектом 25-го октября. В 1944 году тогдашние хозяева города одумались, вернули ему, как и некоторым другим питерским улицам, историческое название. Слава Богу! Но трамваев мне жаль. Их изгнали с Невского вскоре после войны. А они Невскому какой-то уют придавали, — или это мне просто чудится, и виновата в том возрастная ностальгия? Ведь в тот день, о котором здесь речь идёт, я именно на трамвае за своим счастьем ехал.

Когда моя «четвёрка» свернула на Невский, я сошёл с неё не на той остановке, где мне нужно было сойти, а поехал дальше, аж до Литейного, а оттуда пешим ходом направился в обратную сторону. Почему я так поступил, точно объяснить не могу. Только помню, что мне хотелось продлить чувство счастливого ожидания, но к этому ощущению приплюсовались и кое-какие другие мысли, в том числе и такая: а вдруг в издательстве мне скажут, что в книжке моей неожиданно обнаружены политические ошибки, и поэтому она не в книжные лавки, а в утиль пойдёт. Ведь такие случаи уже бывали... Но нет, не могут мою книгу забраковать, ведь она прошла цензуру!

В таком тревожно-счастливом настроении шагал я до Дома книги, который старым питерцам известен как дом Зингера. Поднявшись на третий этаж, где находилось тогда издательство, я без помех получил свои авторские экземпляры, положил их в портфель — и вскоре опять очутился на Невском. Но теперь это был совсем другой Невский! Это был не будничный, это был Праздничный Невский! Он радовался вместе со мной. А я из-за какого-то суеверного опасения старался усмирить свою радость, преуменьшить своё счастье, — и даже пытался грустный вид своей физиономии придать. Мне чудилось, что слишком уж мне повезло, что судьба не прощает людям такой удачи.