Савонарола - Евгений Викторович Старшов

Понимая, что таким вот образом мы кладем начало, нам невозможно надолго удерживать внимание, поэтому благом нам будет молиться кратко и часто, с вниманием и прилежанием. Видя также, что чувства движут разумом, нам полезно использовать зрение, сфокусировав его на какой-либо фигуре, например на Распятии или образе Девы Марии или иного святого.

Теперь, поскольку Соломон говорит в книге Притчей: “Дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее”[140], я перейду к отдельным практическим [советам]. Пусть каждый брат возьмет на себя ежедневное обязательство читать псалом, или розарий, или молитву какому-нибудь святому покровителю, или покаянные псалмы, или какую-либо краткую молитву, которая ему приятна и посредством которой он полагает лучше всего подвигнуть себя к молитвенному деланию. Пусть он это делает усердно. И когда он заметит, что этот способ становится ему пресен, пусть сменит его на другой, лучше же возносить свой ум к [религиозному] посвящению посредством произносимой голосом молитвы, которая и ведет к этому результату, при этом форма ее может меняться по образцу Церкви, которая во избежание “потери вкуса” должным образом разнообразит богослужения. А если человек будет молиться, не используя ни псалмы, ни иные какие письменные тексты, пусть тогда молится следующим образом. Во-первых, пусть подойдет к Распятию или, если хочет, обойдется любым [священным] изображением, пусть затем осознает присутствие Бога, зная, что Бог – повсюду, и пусть скажет вслух:

“О Господи, я знаю, что Ты сейчас здесь присутствуешь со мной. Ты один поистине существуешь, ибо без Тебя все сущее – ничто. Ты держишь небо и землю. Ты даешь жизнь каждому существу. Ты все видишь. Ты есть Бог, Отец, Сын и Святой Дух. Ты, мой Спаситель Иисус Христос, истинный Бог и истинный человек. Я благодарю Тебя, о мой Спаситель, за то, что ты крещением сотворил меня по Своему образу и подобию среди Твоего христианского народа. Я благодарю Тебя за то, что, когда я утратил невинность своего крещения, Ты соблаговолил пожалеть меня, призвать и принять в Твой святой град[141] веры, в которым Ты содеял меня Своим слугой”.

Так пусть он упомянет, насколько ему покажется правым, все блага, которые он получил от Бога. Затем пусть продолжит и скажет:

“Господи, я стал неблагодарным, бессчетное количество раз я оскорблял Твое величие мыслью, словом, делом и оплошностями – по неведению, легкомыслию и злобе. Ты всегда делал мне добро, а я всегда делал Тебе зло. Чем я воздам Господу за все благодеяния, которые Он оказал мне? Чашу спасения прииму, и имя Господне призову[142]. Господи, я очищусь от своих грехов и, стремясь исцелиться, возобновлю мои обеты бедности, целомудрия и послушания. Более того, я настроен жить по правилам и установлениям ордена и предписаниям моих отцов, я желаю верно соблюдать их даже до смерти. Но, видя, что “по Твоему собственному дару мы исполняем Тебе верную и похвальную службу”[143], умоляю Тебя изволить принять эту мою жертву и даровать мне благодать, чтобы я достойно служил Тебе и чтобы милость Твоя простила мои обиды и ниспослала мне утешение в твоей помощи во благовремении. Господи, очисти меня от всех земных привязанностей и себялюбия, просвети очи мои, чтобы я мог знать Тебя и себя самого. Исповедую, что это Ты творишь все доброе во мне и в любом существе; исповедую, что это я противлюсь Тебе и являюсь Тебе помехой, ибо я – ничто, я прах и пепел, я погружен в невежество греха, так что я низок и подл в своих собственных глазах. Научи меня, что этот мир – ничто и исчезает, как пар; так дай же мне презрение к его удовольствиям и его славе. Воспламени меня любовью к Себе и ко всему небесному, чтобы в конце я с верным и истинным сердцем мог служить Тебе со всем смирением среди преуспевания, со всем радостным терпением – среди вражды и чтобы я усердствовал в исполнении твоей службы до самого конца”.

Также он должен молиться за нашу конгрегацию, чтобы Бог благоволил ей возрастать в заслугах и в количестве; за государство, благотворителей и друзей; за всю Церковь и, как ему покажется угодным, за прочих, таких как родственники и те, кто оказались в нужде и просят его молитв; во всем этом надо положиться на милость Божию.

Всякий раз, по недостатку ли времени, или по обязанности святого послушания, или братской любви, или учебы, он будет молиться более кратко и тогда пусть начнет с общего упоминания Божьих благодеяний и скажет:

“Господи, благодарю Тебя за благословения творения, искупления и монашеской жизни. Прости, молю Тебя, грехи, которые я, неблагодарный, соделал мыслью, словом, делом или нерадением; очисти меня от себялюбия; просвети очи мои, чтобы я мог знать Тебя, воспламени мое сердце, чтобы я мог служить только Тебе с усердием до [моего] конца. Молю Тебя, о Господи, о Церкви и нашей конгрегации, государстве, наших благодетелях и прочих”.

Или снова, более кратко:

“Господи, благодарю Тебя за все благодеяния Твои, которые Ты содеял мне, прости, молю Тебя, мои обиды, соделай меня Твоим верным слугой даже до самой смерти. Молюсь тебе о Церкви, о государстве и о всех тех, о ком я обязан молиться”.

Так я написал не потому, что всегда следует молиться [именно] так и не использовать иных форм, но скорее чтобы проиллюстрировать тип, задать образец каждому брату, упражняющемуся в молитве, эти образцы подведут его к различным иным формам молитвы.

И если он будет продолжать это делание с жаром сердечным, тогда постепенно так глубоко постигнет вкус к божественному общению и умственному созерцанию, что не будет более молиться вслух, но обращаться к Господу посредством внутреннего размышления. И так, наконец, ему не нужен будет никакой иной образец кроме Того, Кто благословен во веки. Аминь»[144].

В то же время с церковных кафедр Савонарола в проповеди на псалом «Коль благ» продолжает громить неразумие флорентийцев, грехи «жирных» и, конечно же, прелатов и Церкви:

«Христианская любовь не в бумагах. Истинные книги Христовы – это апостолы и святые, истинное чтение состоит в подражании их жизни. Но теперь люди сделались книгами диавола. Они говорят против гордости и самолюбия, а сами погружены в них по уши, проповедуют целомудриe, а сами держат наложниц, приказывают поститься, а сами живут в роскоши. Они – бесполезные книги, ложные книги, вредные книги, книги диавола, ибо этот враг рода человеческого запечатлевает в них все