Несмотря на лестные оценки и признание именитых мэтров от искусства, Дали был несчастен. Последние годы своей жизни художник провел в полном одиночестве в замке любимой Гала в Пуболе, куда при ее жизни там он мог попасть только по письменному разрешению супруги, и куда он переехал после ее смерти. Позже его перевезут в комнату его дома, который известен нам ныне как Театр-музей Дали. Он еще пытался что-то рисовать, но болезнь прогрессировала, и вместо образов выходили странные закорючки, казавшиеся бессмысленными. Последнюю свою работу – «Ласточкин хвост» Дали закончил в 1983‑м, и это была простая каллиграфическая композиция на белом листе.
К концу 1983 года его здоровье немного укрепилось, он стал иногда гулять по саду, пытался писать картины. Но старость и болезнь брали верх над гениальным разумом. Ухаживать за больным и обезумевшим стариком было трудно, он бросался в медсестер всем, что подворачивалось под руку, кричал и кусался. В следующем, 1984‑м, в замке произошел пожар. Парализованный старик напрасно звонил в колокольчик, пытаясь позвать на помощь. Превозмогая немощь, он свалился с кровати и пополз к выходу, но у самой двери потерял сознание. С тяжелыми ожогами кожи Сальвадор Дали был доставлен в больницу. Он выжил, но после случившегося здоровье его еще больше ухудшилось.
Дали рядом со своей последней картиной «Ласточкин хвост». Фото Роберта Делане. 1983 г.
В феврале 1985 года Дали дает последнее интервью крупнейшей испанской газете «Паис». В ноябре 1988 года у Дали диагностировали сердечную недостаточность. Умер великий провокатор Сальвадор Дали 23 января 1989 года в возрасте 84 лет.
Он завещал похоронить себя не рядом со своей сюрреалистической Мадонной, в усыпальнице Пуболь, а в родном городе Фигерасе. Тысячи людей со всего мира приехали, чтобы проститься с величайшим гением XX столетия. Забальзамированное тело Сальвадора Дали похоронили в Театре-музее Фигераса, под геодезическим куполом, прямо в центре. Это художник завещал похоронить его так, чтобы по его могиле могли ходить люди.
Все свое громадное состояние и свои бесценные работы Сальвадор Дали оставил своей Родине – Испании.
Почему же они не вместе: Дали и его Гала? Это кажется очень странным, что художник отказался упокоиться рядом с возлюбленной. Но странным, только если ничего не знать о его творческой жизни, в которой он выступал сюрреалистом, отрицателем приоритетов и правил. «Видишь, я не плачу», – сказал он в склепе, когда она уже много часов лежала без движения… «Видишь, я могу без тебя», – словно признавался он своим последним поступком – завещанием похоронить его отдельно от нее. Но мы знаем, что после ее смерти он жил в отчаянной депрессии, от которой так и не смог оправиться… Оставшись без нее в сырой земле, он навсегда останется с ней – на фотографиях, на картинах, созданных его кистью, в книгах, написанных о них, в своих дневниках…
Вся жизнь игра, и смерть всего лишь игра. Единственной реальностью для Дали была женщина, и этой женщиной была только Гала. О жизни которой до Садьвадора Дали, вернее, еще ранее – до встречи с Полем Элюаром мы почти ничего не знаем. Помните: краевед Ренат Бикбулатов вел тщательные поиски документов, подтверждающих происхождение русской Музы? Оказывается, узнав об этих поисках, хороший знакомый Бикбулатова – профессор-психиатр – рассказал, что у него как-то была пациентка, уверявшая, что знает семью Дьяконовых. По ее словам, Елена родилась в селе Антоновка, которое находится по дороге из Казани в Камское Устье. Краевед, обнадеженный поступившими сведениями, перелистал метрические книги двух церквей села за большой период, но и там ничего не нашел.
Зачем надо было супруге Сальвадора Дали сочинять историю про то, что она родилась на берегу Волги в Казани? «В этом вся Гала, – считает Р. Бикбулатов. – Эта женщина не могла поступить иначе – история ее жизни должна была вдохновлять, а для этого быть красивой. Почему бы не придумать, что Елена Дьяконова родилась в Казани? Ведь присвоила же она себе отчество отчима и стала Еленой Дмитриевной. А потом и вовсе не Еленой, а Галиной. И это было в порядке вещей. Кто бы стал проверять, где она родилась? Согласитесь, Казань как нельзя лучше подходила для музы Дали, для ее образа русской женщины, в жилах которой текла татарская кровь. Казань знали в Европе благодаря университету. А еще семья Дьяконовых если была не богатой, то очень зажиточной. Но в смутные годы, когда началась Октябрьская революция, а в сталинские годы – репрессии, разве могла Гала сказать, что в их семье водились деньги? Наверное, нет. А чтобы никто не мог проверить, что это не так, Гала могла еще больше запутать следы и соврать про место своего рождения. Божественная Гала при жизни была женщиной-загадкой, а после смерти стала ею вдвойне». Желающим разгадать эту загадку можно посоветовать в своих поисках оттолкнуться от московского периода жизни Гала, – возможно в документах женской гимназии Брюхоненко, где, как мы знаем из достоверных источников, училась Елена Дьяконова, есть записи об этой странной девушке.
«Она будет моей Градивой, – писал Дали в своем «Дневнике…», – я сразу же сказал: «Гала, моя жена, в сущности является Градивой, ведущей вперед, моей Победой, моей женой». Но для этого надо, чтобы она излечила меня. И она излечила меня благодаря своей беспримерной, бездонной любви, глубина которой проявилась на практике и превзошла самые амбициозные методы психоанализа».
«Гала стала солью моей жизни, моим маяком, моим двойником, она – это я».
И совсем случайно с середины 30‑х годов XX века большинство из своих полотен великий художник подписывал: Гала-Сальвадор Дали.
http://www.kazanhistory.ru
Трамонтана (ит., дословно: «из-за гор») – холодный северный и северо-восточный ветер в Италии, Испании, Франции и Хорватии. – Примеч. ред.
Хризалида (греч. chrysos – золото) – золотистого цвета куколка, из которой выходит бабочка. – Примеч. ред.
