Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95
Однако видеть в этой мечети вражеский форпост, не имея к тому никаких оснований, значит, очертя голову ринуться в пучину предубеждений. Рэнд порицала всякие предубеждения в статье 1963 года о расизме, которая была перепечатана в антологии «Добродетель эгоизма». Она называла расизм «самой низшей, откровенно жестокой и примитивной формой коллективизма».[117]
Рэнд всегда охотно занимала непопулярные позиции, поэтому вполне могла бы поддержать строительство мечети, если бы дожила до 2010 года. Но я склоняюсь к мысли, что все-таки не поддержала бы, потому что ближе к концу жизни на нее снизошло некое озарение: она вдруг осознала то, на что всегда закрывала глаза, — собственную принадлежность к еврейскому народу. Это признание своего наследия, как мне кажется, проявилось ивее произраильской позиции, которую она публично заняла в 1970-е годы, а не публично — еще раньше. Барбара Бранден сказала мне, что это произошло, скорее всего, в конце 1950-х годов.
Стремительное бегство Рэнд от своих этнических корней стало одним из самых заметных событий ее ранней биографии. Она происходила из нерелигиозной (и по русским, и по иудейским меркам) семьи, где отмечали только Песах — иудейский праздник, возможно, наиболее близкий идеологии объективизма, поскольку бегство детей Израилевых из Египта[118] совершилось в их рациональных личных интересах (и напоминает забастовку Галта). Может сложиться впечатление, будто Рэнд стремилась отстраниться от иудаизма, не желая, чтобы ее ассоциировали с тем, что можно обозначить как дела еврейские. По прибытии в США она не стала обманывать иммиграционные службы: в списке пассажиров она обозначена как «еврейка»,[119] — однако она немедленно переделала свою явно еврейскую фамилию на англоязычный лад и не сообщала своего настоящего имени (Алиса Розенбаум) никому, кроме ближайшего окружения.[120]
Ее энергичные попытки стряхнуть с себя наследие предков проявляются и в атеизме, и в восхищении Генри Фордом, и в выступлениях против участия США в войне с нацистами. Судя по журнальным публикациям и письмам, Рэнд не сказала ни слова по поводу Израиля ни в период, который предшествовал его независимости, ни в первые годы его существования. Но в начале 1970-х годов что-то изменилось — вероятно, из-за того, что Советский Союз стал проявлять к государству евреев особенный интерес. Возможно, до этого она тоже поддерживала Израиль, как вспоминала Барбара Бранден, но только в 1970-е годы она начала громко им восхищаться и сделалась ярым критиком его арабских противников. Будучи Айн Рэнд, она выразила свою позицию так, чтобы все, кроме объективистов, ощутили неловкость.
Израильтяне потрудились, чтобы доказать изначальную принадлежность еврейского народа к этой земле, выискивая свои корни с помощью археологии и ссылаясь на Библию (а в недавнее время еще и путем анализа ДНК). Антисионисты пытаются доказать незаконность притязаний израильтян, выставляя Израиль якобы чужеродным телом, которое силком сунули в глотку Ближнему Востоку. Однако именно эта предполагаемая непохожесть на другие страны и нравилась Рэнд в Израиле. Ей было наплевать на библейские корни еврейской нации или на старательно собранные археологические доказательства того, что евреи обитали в тех местах на протяжении веков. Она никогда не ездила в Израиль, чтобы принять участие в каких-нибудь мистических ритуалах вроде молитвы у Стены Плача. Рэнд в Израиле привлекало вовсе не осуществление обещаний, сделанных три тысячи лет назад в религиозных текстах, ценности которых она не признавала, и не то, что Израиль стал прибежищем для гонимых иудеев и тех, кто пережил холокост, — нет, она видела в Израиле аванпост западной цивилизации.
Отвечая на вопрос, заданный в зале лектория «Ford Hall Forum» в 1973 году, Рэнд причислила арабскую культуру к «наименее развитым» и заявила, что арабы «практически кочевники». Она назвала их культуру «примитивной» и сказала, что они «злы на Израиль, потому что он — единственный плацдарм современной науки и цивилизации на их континенте». Когда «цивилизованные люди бьются с дикарями, — сказала она, — естественно оказать поддержку цивилизованным людям».[121]
Эти «произраильские» (если можно так сказать) настроения были восприняты и ее последователями, что отличало их от либертарианцев, занимавших порой антиизраильскую позицию. Когда в 1989 году Дэвид Келли был исключен из рэндианских рядов, причиной его предполагаемого морального падения[122] была названа связь некоторых либертарианцев с «детоубийцами — сторонниками Ясира Арафата». В отличие от либертарианцев, таких как Пол Рон — который на предварительных выборах 2008 года привел Джона Маккейна в ярость своими изоляционистскими взглядами, — Брук сильно протестовал против воинствующего ислама.[123] Пейкофф высказывался по данному вопросу еще резче. «Покончить с государствами, финансирующими терроризм» — так называется его эссе, написанное вскоре после трагедии 11 сентября. «Сегодня выбор стоит между массовой гибелью людей в Соединенных Штатах и массовой гибелью среди наций террористов», — заявил он.[124]
Однако наблюдается противоречие между подобными позициями и высказываниями Рэнд против войны с нацистской Германией, а также ее преклонением перед героическим Генри Фордом. Вероятно, чтобы не привлекать внимания к собственному иудейскому происхождению, Рэнд ни разу не сказала ни слова по поводу дискриминации евреев в Америке, которая была особенно очевидна, когда ее «преследуемое меньшинство», большой бизнес, нанимало себе работников. Хуже всего дело обстояло на Уолл-стрит, которую Рэнд так обожала. Со времени ее прибытия в Штаты до конца 1960-х годов коммерческие и инвестиционные банки, за исключением мизерного числа еврейских фирм, таких как «Kuhn», «Loeb & Co» и «J. & W. Seligman & Co». были почти полностью «свободными от евреев». В 1933 году журнал «Fortune» сообщил, что в самых крупных коммерческих банках «практически нет работников-евреев». И положение нисколько не менялось: исследование 1948 года, посвященное антисемитским тенденциям в сфере найма, выявило, что евреев систематически увольняют из банков, фондовых бирж и страховых компаний.[125] И даже в 1967 году Американский еврейский комитет подтвердил, что существует «отлаженная схема дискриминации евреев», которую применяют руководители коммерческих банков.[126] В 1966-м году Американский еврейский комитет выяснил, что в сорока пяти из пятидесяти коммерческих банков Нью-Йорка на руководящих должностях нет ни одного еврея. Подобного рода жалобы слышались на протяжении всех 1970-х годов.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 95
