Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
В «Правде» напечатано! Продолжаете утверждать, что «письмо скрыто»?!
Теперь о содержании. В первую очередь Ленин предложил увеличить состав ЦК «до нескольких десятков или даже до сотни» человек - причем за счет рабочих [170 - Ленин В.И. ПСС. Т. 45. С. 343.]. Это привело бы к власти не только реальных тружеников - но русских. На тот момент титульная нация в высшем слое партии практически отсутствовала.
Троцкий, конечно же, зарубил увеличение ЦК [171 - Там же. С 600.]. Зачем ему конкуренты, да еще и русские?! И ЦК остался маленьким.
Лишь в 1939 году, при полной власти Сталина, ситуация изменилась. Тогда из 138 членов и кандидатов в члены ЦК две трети были из рабочих и крестьян.
Дальше Ильич писал: «. Сталин и Троцкий. Отношения между ними, по-моему, составляют большую половину опасности того раскола, который мог бы быть избегнут.
Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, ия не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью. (Мы уже видели, что никакой „необъятной властью“ Сталин на тот момент не обладал. - А. К.) С другой стороны, тов. Троцкий. пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хвастающий самоуверенностью.
<.>. октябрьский эпизод Зиновьева и Каменева (выдача плана восстания. - А. К.), конечно, не является случайностью, но он также мало может быть ставим им в вину лично, как небольшевизм Троцкому.<.>
. Бухарин. законно считается любимцем всей партии, но его теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским.
Затем Пятаков - человек несомненно выдающейся воли и выдающихся способностей, но слишком увлекающийся администраторством. чтобы на него можно было положиться в серьезном политическом вопросе».
Внимание: указаны недостатки нескольких членов ЦК, а вовсе не одного Иосифа! Причем обвинения в адрес других гораздо весомее: «небольшевизм» и «самоуверенность» Троцкого, «не вполне марксизм» Бухарина, на Пятакова «нельзя положиться». Упрек же Иосифу смехотворен:
«Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех отношениях отличается оттов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д.» [172 - Ленин В.И. ПСС. Т. 45. С. 344-347.].
Вообще-то обвинение в грубости странно. «Есть многочисленные свидетельства того, что Сталин был подчеркнуто вежлив с коллегами и даже в минуты крайнего раздражения избегал грубостей» [173 - Емельянов Ю.В. Сталин: путь к власти. М., 2003.]. И Ленин никогда раньше не жаловался на манеры Иосифа. С чего вдруг?
Ответ прост.
Это письмо надиктовано 23-26 декабря 1922 года. А 18 декабря Политбюро возложило на Сталина персональную ответственность за соблюдение Лениным медицинских предписаний. 21 числа Н. Крупская нарушила запрет врачей и писала под мужнину диктовку. Назавтра Сталин узнал об этом и резко объяснил ей по телефону, что она убивает председателя СНК.
Надежда Константиновна обиделась, письменно наябедничала Каменеву и устно -мужу. Тот был полупарализован, взвинчен и хотел отравиться. Жалоба жены добавочно уязвила его (и, конечно, приблизила смерть). С ее подачи он и сделал «открытие»: Сталин-то груб!
Но спорить с Лениным Иосиф не стал. В той же речи на Пленуме он продолжил: «Да, я груб, товарищи, в отношении тех, которые грубо и вероломно разрушают и раскалывают партию. Я этого не скрывал и не скрываю. Возможно, что здесь требуется известная мягкость в отношении раскольников. Но этого у меня не получается. Я на первом же заседании пленума ЦК после XIII съезда (1924 г.) просил освободить меня от обязанностей генерального секретаря. все делегации единогласно, в том числе и Троцкий, Каменев, Зиновьев, обязали Сталина остаться на своем посту. Что я мог сделать? Сбежать с поста? Это не в моем характере, ни с каких постов я никогда не убегал и не имею права убегать, ибо это было бы дезертирством. Человек я подневольный, и, когда партия обязывает, я должен подчиниться.
Через год после этого я вновь подал заявление в пленум об освобождении, но меня вновь обязали остаться на посту. Что же я мог еще сделать?» [174 - Газета «Правда», № 251 от 2 ноября 1927 г.].
Иосиф действительно подал в отставку на XIII съезде - но его избрали снова.
Тогда никаким «всевластием» он не обладал и заставить избрать себя не мог.
Ленин любил свое детище - партию и ее ЦК. И хотел избежать раскола, который уже предчувствовал. Вряд ли он дозрел до понимания истинных целей Сталина, но видел, что битва между Иосифом и бандой ставленников Уолл-стрит неизбежна.
После этого письма Ленин жил еще больше года, и незадолго до смерти почувствовал себя лучше, в работу втягивался. Но сменить Генсека больше не предлагал!
Так что миф о «скрытом завещании» можно забыть навсегда.
Смерть Ленина испугала народ. Боялись смуты. Но ничего страшного не стряслось, напротив: настал застой.
Несколько лет прожили без заметных событий. НЭП постепенно обретал «человеческое лицо»: грабежа в нем становилось меньше, а созидания больше. В итоге польза от НЭПа отчасти компенсировала его же вред.
Однако страна оставалась бесправной колонией. Это легко доказать: Запад в 1920е годы ничего не имел против «Республики Советов». А значит, она послушно исполняла его волю.
Но подспудно вершилось главное: Сталин укреплялся. Плавно, без рывков, не привлекая внимания.
Всевластие Троцкого ущемляло властолюбие других вождей, они свирепели. А Иосиф аккуратно управлял их гневом, помогал собираться в группы и сообща валить конкурента.
Сначала объединились «мастодонты» Каменев и Зиновьев. Вместе взятые, они почти достигли веса Льва Давыдовича - и смогли изрядно потеснить его. Затем против него двинулись Бухарин, Рыков и Томский. И Троцкий. начал падать.
В октябре 1926 года его вывели из Политбюро. 12 ноября 1927 года вообще исключили из партии. Через пять дней сняли с должности председателя Концессионного комитета.
В январе 1928-го его сослали в Алма-Ату, а еще спустя год выдворили из страны. И началась резкая смена политического курса: коллективизация, индустриализация, плановое хозяйство (первый пятилетний план запустили в октябре 1928 г.).
Запад спокойно реагировал на перемещения своего агента внутри «элиты» и страны - всякие бывают изгибы карьеры. Временно ослаб, завтра поднимется.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
