Ознакомительная версия. Доступно 28 страниц из 185
Случилось так, что с 1814 года Швеция ни разу не воевала.
Ее международное, а в известной степени и внутреннее положение отличалось, да и сейчас отличается относительной стабильностью. Швеция и королевская династия не испытали ударов бурной судьбы Европы, потрясших многие троны и страны континента. Все это объективно создавало почву для традиционного шведского нейтралитета.
В ходе беседы с королем Густавом VI Адольфом я понял, что он довольно образованный человек. Его любимым занятием стала археология. Он говорил, что старается быть в курсе всех новинок и открытий в этой области.
– Я особо интересуюсь литературой по археологии, – сказал король, – в том числе на русском языке. Не могли бы вы прислать мне что-нибудь новое из изданий, где рассказывается об археологических раскопках?
Учитывая пожелание короля, позже я направил ему из Москвы некоторые книги на эту тему.
Глядя на короля Густава VI Адольфа, я невольно мысленно задавал сам себе вопрос: «Неужели этот мирный археолог-любитель и есть потомок бравого маршала, служившего у императора французов?»
В Скандинавских странах не принято, чтобы монархи занимались практическими делами государства. Они стоят как бы выше этого. А что это означает в конкретных условиях страны, лучше всего знают сами скандинавы. Иностранцам в этом трудно разобраться. Ясно только одно: одна из функций монарха – выполнять определенные обязанности при поддержании международных связей.
В 1978 году Москва принимала молодого шведского короля Карла XVI Густава. Его визит в Советский Союз явился определенной вехой в развитии отношений между Швецией и СССР. Визит показал, что Швеция заинтересована в том, чтобы развивать деловые связи с восточным соседом.
То же впечатление я вынес и из другой беседы с этим королем, которая состоялась в январе 1984 года во время моего пребывания в Стокгольме в связи с открытием Конференции по мерам укрепления доверия, безопасности и разоружению в Европе. Король высказывался вполне определенно:
– Я выступаю за поддержание деловых отношений между нашими странами и за их улучшение.
Он не уходил от обсуждения политических вопросов. Когда они затрагивались с нашей стороны, охотно на них реагировал. Видимо, думалось мне, династические прерогативы шведского королевского двора становятся – если не в конституционном смысле, то де-факто – более гибкими.
Содержательной получилась и беседа с премьер-министром Швеции Улофом Пальме. Он высказал мысли, аналогичные тем, которые изложил и король. Конечно, ни премьер-министр, ни я не обходили вопросов, время от времени подбрасываемых теми кругами Швеции, которым, по-видимому, становится не по себе, если в отношениях между двумя странами не происходит чего-либо необычного, о чем можно крепко поспорить. Пусть это будет просто склока – они и этим довольны.
От имени своей страны я сделал такое заявление:
– Советский Союз желает поддерживать со Швецией хорошие отношения. Это – общее мнение советского руководства.
Премьер-министр выслушал меня и сказал:
– Я рад услышать то, что вы сказали от имени советского руководства, и в свою очередь от имени Швеции заявляю, что она твердо и определенно стоит за добрососедские отношения с вашей страной.
Из Стокгольма я уехал, услышав обнадеживающие слова от шведских руководителей, и, разумеется, оставалось только посмотреть, как это будет осуществляться на деле. А на деле положение сохранялось непростое. Видимо, потребуется еще время, чтобы здравый смысл и резон взяли верх в Стокгольме в вопросах отношений с Советским Союзом.
Об Улофе Пальме, к сожалению, теперь приходится говорить уже в прошедшем времени. Его убил террорист – наемник тех самых сил, которым поперек горла стояли либеральные взгляды премьера, его настрой на улучшение отношений и добрососедство с Советским Союзом, его роль инициатора создания группы лидеров шести стран – Аргентины, Греции, Индии, Мексики, Танзании и Швеции, выступившей за укрепление мира, разоружение, международное сотрудничество.
Помню утро 1 марта 1986 года на XXVII съезде КПСС. Виктор Михайлович Чебриков, председательствовавший на том заседании, сообщил делегатам скорбную весть, которая пришла из Стокгольма:
– Злодейски убит Улоф Пальме.
Стоя, делегаты съезда почтили память премьер-министра и председателя Социал-демократической рабочей партии Швеции…
На земле Гамлета – принца Датского
Южная соседка Швеции – Дания. С юношеского возраста, как только я прочитал «Гамлета» Уильяма Шекспира, у меня сложилось определенное представление о стране, в которой жил герой трагедии гениального драматурга. А когда мне в 1964 году довелось в первый раз посетить с официальным визитом Данию, то я уже имел возможность сверить свои представления с действительностью. Конечно, пришлось делать поправку на разницу в эпохах.
Мы с Лидией Дмитриевной посетили знаменитый замок Эль-синор, так замечательно и сочно описанный Шекспиром. Да, великий драматург обладал точным поэтическим видением. Входя в этот замок и проходя по его запутанному лабиринту коридоров и переходов, казематов и темниц, залов и опочивален, мысленно как бы переносишься в век Гамлета. Кажется, стоит только задержаться до темноты – и откуда-то сверху сойдет тень отца Гамлета.
Внутри замка по черным коридорам проходить можно только со специальными светильниками. Заключенных содержали в «каменных мешках».
После посещения каменной громады замка приходится только сделать вывод, что этот суровый монумент будет всегда волновать воображение людей, попавших в датское королевство. Датчане гордятся, и по праву, замком со всемирной славой – Эльсинором.
Крепость одета в позеленевшие медные кружева. Какую-то таинственность придают ей синие стекла окон. В пролив Эресунн ощерились жерла старинных пушек. В Средние века все суда, проходившие через пролив, обязаны были платить пошлину датской короне.
Весь замок, особенно его внутренняя часть с мрачными переходами, мог навеять средневековый сюжет. Специалисты утверждают, что Шекспир не видел этого замка, но в Средние века здесь побывала труппа комедиантов из Англии, кое-кто из ее участников впоследствии выступал в театре Шекспира и, наверно, рассказал великому драматургу историю принца датского.
В наши дни в этом замке регулярно дается представление знаменитой шекспировской пьесы. Ее показывают один раз в год, а сама традиция зародилась еще в 1916 году. В 1937 году здесь впервые выступала английская труппа, в которой роль Гамлета исполнял знаменитый Лоренс Оливье, а Офелию играла великая английская актриса Вивьен Ли, впоследствии оба мои добрые знакомые.
Ознакомительная версия. Доступно 28 страниц из 185
