Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129
15 августа премьер Сергей Кириенко проводит со специальным представителем Президента по связям с международными финансовыми организациями Анатолием Чубайсом, а также министром финансов Михаилом Задорновым и председателем Центробанка Сергеем Дубининым совещание по финансово-экономическим вопросам.
Как отмечают информированные источники в финансовых кругах, обсуждались вопросы, связанные с поисками путей снижения негативного воздействия на финансовоэкономическое положение в России последних кризисных явлений на международных валютно-финансовых рынках. Прервавший досрочно свой отпуск Анатолий Чубайс внимательно следил за ситуацией на финансовых рынках и вернулся в Москву по настоянию руководства.
Вышесказанное — сугубо нейтральная оценка совещания. Существует и другая оценка ведущихся переговоров. «Собрались пять человек, — писал позже Скуратов, — поговорили немного, поухмылялись — слишком уж «веселым» показался им этот исторический момент — и объявили: «Дефолту быть!»
Вот их имена:
Дубинин Сергей Константинович,
Кириенко Сергей Владиленович,
Задорнов Михаил Михайлович,
Чубайс Анатолий Борисович,
Гайдар Егор Тимурович.
Большего унижения России за многие века, по-моему, не было» [325].
Публиковалась также информация о причастности к дефолту влиятельных зарубежных сил. «Знающие говорят: именно Саммерс и Чубайс разрабатывали грандиозную операцию по ограблению миллионов граждан России 17 августа 1998 года. Именно Саммерс помог Чубайсу получить накануне этого 4-миллиардный кредит МВФ, который российские власти молниеносно потратили якобы на поддержание курса рубля. А на самом деле быстренько перекачали куда надо. Вплоть до Австралии, куда ушла четверть миллиарда долларов, — в фирму, по утверждению знаменитого Виктора Илюхина, подконтрольную одной из дочерей Ельцина» [326].
16 августа произошла встреча Сергея Кириенко с Президентом РФ. «.C. Кириенко доложил президенту о безнадежности всех попыток удержать ситуацию под контролем и предложил признать публично неплатежеспособность России. Подавленный и растерянный Ельцин предоставил правительству и Центробанку свободу действий» [327]. И вот в понедельник о них узнает вся страна.
Кириенко заявил о готовности уйти в отставку. «Ельцин сказал, что уходить в отставку не надо, надо работать. Он не мог предположить, что на следующий день начнется в стране» [328].
17 августа 1998 года Правительство и Центральный банк Российской Федерации сделали заявление о финансовом положении страны и путях выхода из создавшейся ситуации, объявив практически о банкротстве страны.
«17 августа, в понедельник, после обнародования правительственных решений страну охватила паника. Рубль обвалился. Все бросились скупать валюту. У кого было на что покупать, конечно. Обменные пункты закрылись. Вкладчики побежали в банки забирать свои сбережения. Вернуть всем деньги банки не могли» [329].
Скуратов отметил: «Рубль рухнул стремительно, обвально, словно у него никаких «ног» в виде валютных подпорок ЦБ и не было. Мигом обнищали сотни тысяч, миллионы людей, мигом прекратил свое существование так называемый средний класс» [330].
В Москве резко поднялись цены на промышленные и продовольственные товары. Взлет цен сопровождался ажиотажным спросом на бытовую технику, аудио- и видеоаппаратуру и даже на продовольствие. Всю ночь с 17 на 18 августа в большинстве московских магазинов проводился переучет, и утром они открылись уже с новыми ценами, пересчитанными по курсу 8,5–9 руб./долл. Подорожало все: бытовая техника, аудио- и видеоаппаратура, мебель. В среднем цены на промышленные товары (в основном импортные) выросли вчера на 25 %. Цены продолжали идти вверх в течение всего дня: те магазины, которые не успели провести переоценку к утру, к полудню закрылись «на учет». В некоторых торговых предприятиях растерянность персонала доходила до абсурда. Например, в магазине «Бытовая техника» недалеко от станции метро «Динамо», где весь торговый зал уставлен стиральными машинами, на вопрос о цене продавец ответил, что стиральными машинами они не торгуют. На прежнем уровне цены удерживались лишь в крупных фирменных магазинах. Однако и там уже поговаривали, что не позднее следующего дня цены будут пересмотрены. Не останавливало даже предупреждение вице-премьера Бориса Федорова о налоговых проверках в тех торговых точках, которые повысили цены. Менеджер одного из магазинов, торгующих бытовой техникой, высказался по этому поводу коротко и ясно: «Плевать мы хотели на Федорова. Вы что, хотите, чтобы мы через неделю разорились?»
«Россия, грезившая о возвращении ей статуса супердержавы, за одну ночь опустилась до уровня слаборазвитой страны» [331]. Золотовалютные резервы России за период с 7 по 14 августа сократились примерно на 11,2 % — с 17 до 15,1 млрд. долл.
После финансового краха 17 августа российские рынки впали в тяжелую депрессию: формально торговля бумагами и деньгами не прекращалась, но объемы торгов были минимальными. Еще до открытия торгов в РТС начали расти котировки акций российских предприятий, но не более чем на 3–5 %. Во второй половине дня сильно вырос, до 114,3 %, и индекс «РТС-Ин-терфакс». Также начали расти цены FKO, а их доходность не превышала 110–140 % годовых. Гораздо хуже по сравнению с фондовыми делами было положение на межбанковском валютном рынке. Банки не торговали валютой, и сделки с долларом заключались только на ММВБ. Объем торгов на ММВБ достиг рекордного уровня и приблизился к отметке в половину миллиарда долларов. Биржевой курс вырос на 110 пунктов и достиг верхней границы валютного коридора — 6,31 руб./долл. По словам брокеров, все эти доллары продал Центробанк, не допустив девальвации рубля, которая уже могла стать реальностью.
Валютный кризис с межбанковского рынка выплеснулся на улицы. Население осознало реальную угрозу резкого обесценения рубля и потери своих банковских вкладов. Резко возрос отток денег из банков, и наблюдался ажиотажный спрос на валюту. Часть обменных пунктов в Москве вообще закрылась, а в других доллары продавали по 6,7 руб.
Начались попытки выхода из кризиса, которые органически сочетались с попытками заработать на кризисе политические дивиденды.
«Антикризисные» законодательные предложения кабинета министров Государственная Дума предположила обсудить 21 августа, когда должно состояться ее следующее внеочередное заседание. Что будет с правительственными законопроектами, никто из депутатов точно сказать не мог, потому что все они высказывались исключительно по поводу девальвации. Общим знаменателем почти всех депутатских высказываний можно считать следующий тезис: то, что сделано правительством и ЦБ, — вынужденная мера, поскольку в свое время возможность для более легких решений была упущена. Сейчас же главное — не допустить паники среди населения и предпринимателей.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 129
