Ознакомительная версия. Доступно 69 страниц из 460
Я не рассказал Вам, как были убиты моих шесть солдат, когда мы попали под обстрел наших Катюш. Как 7-го Березин бежал за Волгу из Горохово. Про немецкую кухню. Про обоз. Про взятые в Игнатове 155 мм немецкие пушки. Огромное количество событий и всего за четыре дня войны! А сколько их было потом, впереди?
Пожалуй, на первый раз хватит! Вам может показаться, что моё письмо несколько тенденциозное. В этом, пожалуй, и вся разница наших взглядов на войну. Окопник меня сразу и без домыслия бы понял. Не только понял, а и сказал бы от себя, что я больно мягко подчеркнул некоторые штрихи и не сказал от всей души крепкое слово о войне.
Почитайте и подумайте, чем отличается фронтовик от иного фронтовика и прошу Вас на некоторые мои слова не обижаться, потому, что у нас с Вами серьёзный и деловой разговор о войне. Я вам долго не писал, извините, считайте, что два листа за месяц!
С искренним уважением, Шумилин А. И.
г. Москва. " __ " февраля 1981 года.
Здесь я хочу рассказать, о чем автор умолчал и чем отличаются устные рассказы, которые я с пионерского возраста слушал многократно, от записанных.
На мой взгляд, все личные воспоминания о войне, в той или иной степени, представляют интерес.
Начало 20-го века в России, это время смуты. Первая мировая война, революция, гражданская война, репрессии, голод, разруха, нищета, безработица и т. д.
Вспоминает младший брат автора:
Рассказывая о брате Саше, я не могу не сказать о самых близких для меня людях, хотя бы даже и очень кратко.
Жили мы в Москве, на улице Большая Переяславская в деревянном двухэтажном доме барачного типа. Наш папа, Шумилин Илья …, вернулся с первой мировой войны инвалидом, хлебнувшим немецких газов. Во время НЭПа был безработным. Он умер в 1933 году, когда мне исполнилось 2 года и 4 месяца, моей сестре Люсе было 6 лет, а брату Саше 12 лет. Наша мама, Шумилина Федосья Никитична, была полуграмотная. Работала санитаркой в больнице, потом медсестрой в поликлинике. После смерти отца, ей предложили двоих из нас отдать в детский дом, но мама сказала нет — "Какой палец ни отрежь, всё равно больно!". Чтобы все мы были на глазах у мамы и не стали беспризорниками, она оставила работу в поликлинике и стала надомницей: вязала кофточки, свитера, шарфы, сети и вуали. Вскоре, от дизентерии чуть не умер и я. Мы жили очень бедно, точнее, в нищете. Вечерами, когда вся семья собиралась вместе, мама работала, а сестра и старший брат помогали ей. Мы, как могли, утешали её. Саша говорил — "мама, когда я пойду работать, куплю тебе красивое пальто". Люся говорила — "мама, а когда я вырасту и пойду работать, куплю тебе самую красивую шляпу". А я говорил — "мама, когда я вырасту большой, то куплю тебе целую буханку черного хлеба". Детство наше было не сытым. Когда это было?
На фронте, в самом начале, автор вел дневник, но потом инстинктивно, по наитию, уничтожил его. По моим предположениям, это произошло вскоре после суда, малейший повод против него мог стоить ему жизни, да и записи вести было запрещено.
У войны есть две стороны, это лицевая или парадная сторона, о ней более 60 лет прифронтовые "фронтовики", как правило, сочиняли байки с небылицами. Никто не захотел выставлять себя в неприглядном виде. И оборотная. Всё зависит с какой стороны посмотреть.
Командир отрывисто прокричал — "Вперёд!"
Но лежал подкошенный пулеметом взвод
Режет траву пулями, бьет в упор
Смерть косою выстригла косогор
Бьет фашист без промаха, цель видна
Что там шевельнулося, смерть туда
Руки, плечи, голову в землю вжать
Взвод в атаку дружную не поднять
Лейтенант опомнился, марш вперед
Под свинцовым дождиком погибает взвод
Коль живым останешься, трибунал
Страх долой и медленно взводный встал
Только бы не в голову, мысль одна
И в руках саперная, как броня
Ждет фашист уверенный, не строчит
В плен идет "Иванушка" не спешит
Семь шагов до бруствера, три прыжка
Взмах, удар — раздроблена обера бошка
Пулеметчик, сдавленной глоткой захрипел
Взвод высоткой энскою утром овладел
Шумилин А. И.
"Что такое война?", — слова автора, а соединять их в один текст в 1984 году, мне пришлось самому. Не хотел оставлять их за пределами рукописи (Шумилин Н.А.)
Во времена "перестройки" в 1990 году переименован в город Тверь.
Станция Чуприяновка. Вторая остановка электрички Тверь — Москва.
"Патрон" — армейский жаргон, в тексте книги оставлен без изменения.
К. Симонов как-то заметил, что "не имея личного военного опыта, о войне писать вообще невозможно". Сб.: Литература великого подвига. М., 1970, вып. 1, с. 61.
Автор рассказывал, как снимали "хронику событий" во время войны: "Роту отводили в тыл и приказывали бежать по полю". Вот таким Макаром наши доблестные "фронтовые" кинооператоры снимали "документальную хронику"
Батальонного, полкового и дивизионного начальства.
ДКА — Действующая Красная Армия.
Это не просто красивые слова, это реальность. Автор, по призванию, был художником. 40 лет спустя после войны, когда автор стал писать воспоминания, он свою войну видел, как цветное кино.
Сначала автор написал "женщин", а позже, в варианте для школьников заменил на "жителей".
О потерях СССР и Германии во Второй мировой войне.
Московское Краснознаменное Пехотное Училище им. Верховного Совета РСФСР. В то время его также называли "Кремлевским" училищем, так как оно с 1918 по 1935 год несло охрану и оборону Кремля и размещалось в Кремле. Обычно, 7 ноября выпускники училища принимали участие в параде на Красной площади. 22 июня 1941 года, курсанты училища находились в летних лагерях на берегу озера Сенеж. После митинга по случаю выступления Молотова по радио, с объявлением о начале войны, почти все курсанты подали рапорта о немедленной отправке на фронт. Со слов автора: Он, в это время, сидел на гаубтвахте.
Ознакомительная версия. Доступно 69 страниц из 460
