Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145
Генерал Городнянский принял решение: прочно удерживая занимаемый рубеж, главные усилия армии сосредоточить для прорыва из окружения в направлении Лозовенька, Петровская. Начало действий – ночь на 24 мая.
Не лучше обстояли дела и в 57-й армии. В радиограмме за подписью Подласа, Попенко и Анисова говорилось о напряженных боях 150-й и 317-й стрелковых дивизий на правом фланге армии, о непрерывной бомбежке вражеской авиации. А в войсках кончились снаряды к полковой артиллерии, мины. Остальных боеприпасов оставалась четверть боекомплекта [145] . Генерал Подлас решил отвести части на новый рубеж, просил прикрыть отход с воздуха, подать боеприпасы, горючее.
Вспоминает бывший главный редактор газеты «Красная Звезда» Д. Ортенберг: «22 мая. В сводках Совинформбюро появилось новое направление – Изюм-Барвенковское. Это – левое крыло Юго-Западного и правое крыло Южного фронтов, там немецкие войска начали наступление. Прибыл первый репортаж нашего корреспондента Лильина. Сообщение тревожное: «В течение нескольких дней на Изюм-Барвенковском направлении идут упорные бои… Сосредоточив… крупные силы, немецко-фашистское командование пытается развить успех наступления одновременно на ряде участков. Ожесточенные вражеские атаки не прекращаются».
В тяжелейших условиях сражаются наши воины. Нельзя без волнения читать корреспонденцию о подвиге, суть которого в том, чтобы вызвать на себя огонь собственной артиллерии.
На одной из высоток обосновалась рация, корректировавшая огонь нашей батареи. Начальник рации Тягущев и радист Синельников расположились на ближайшем гребне, откуда хорошо просматривалась вражеская сторона. Не раз немцы атаковали высоту, но безуспешно. Начали последнюю атаку. И вот запись по часам и минутам в штабном журнале:
«В 4 часа 40 минут Тягущев передал на командный пункт:
– Немцы окружают нас. Дайте огонь по восточному, южному и западному склонам высоты.
Через 25 минут:
– Дайте огонь по самой высоте. Немцы поднимаются все выше.
В 6 часов 35 минут:
– Враг приближается. Патроны у нас на исходе. Разрешите уничтожить документы и рацию.
Начальник связи старший лейтенант Митрич ответил:
– Документы уничтожьте, а рацию держите до последней возможности.
Тягущев продолжает передавать:
– Усильте огонь по высоте.
– Огонь меткий. Немцы пачками взлетают в воздух. Продолжайте бить.
В 7 часов 48 минут:
Тягущев говорит в последний раз:
– Фашисты окружают наш блиндаж. Снаряды здорово покрошили их. Немцев осталось немного, но и нас здесь только двое. Выпускаем последние патроны. Прощайте, дорогие товарищи!»
Связь прекратилась.
Когда наша пехота, используя удары артиллеристов, снова заняла высоту, командиры кинулись к блиндажу. Они увидели взорванную рацию и тела героев-радистов…
Но как упорно ни сражаются наши войска, остановить врага не удается» [146] .
В тот же день маршал Тимошенко отдал приказ командующему 38-й армией генералу К.С. Москаленко силами оперативной группы войск под командованием генерала Г.И. Шерстюка, заместителя командующего этой армией, прорвать кольцо окружения и восстановить коммуникации. В группу входили 242-я стрелковая дивизия, 114-я танковая бригада, части усиления и обеспечения. Ее задача заключалась в том, чтобы, переправившись через Северский Донец в районе села Савинцы (15 км юго-восточнее Балаклеи), во взаимодействии с фронтовым резервом (3-я и 15-я танковые бригады) разгромить противника в районе Чепеля.
О последующих событиях рассказывает К.С. Москаленко: «В середине дня вместе с членом Военного совета армии бригадным комиссаром В.М. Лайоком приезжаю в штаб группы… Генерал-майор Г.И. Шерстюк немедленно приступает к выполнению задачи. Группа успешно переправляется через реку в указанном месте. На противоположном берегу вбирает в себя остатки 64-й танковой бригады 23-го танкового корпуса и другие части. Стремительной атакой овладевает Чепелем.
Начало хорошее. Но дальше все идет из рук вон плохо. Резервы фронта (3-я и 15-я танковые бригады) не выходят к назначенному времени в район Савинцы. Сравнительно слабой по составу группе генерала Шерстюка не удается одними лишь собственными силами преодолеть сопротивление двух вражеских дивизий – 14-й танковой и 384-й пехотной. Эти дивизии были повернуты фронтом на восток с целью ликвидировать плацдарм наших войск в районе Шуровка, Чепель и отбросить группу генерала Шерстюка за Северский Донец. Их атаки были отражены, и наступление деблокирующей группы 38-й армии успеха не имело.
В результате задача по разгрому танковой группировки противника и восстановлению коммуникаций наших войск не выполнена. Не имея возможности развить удачно начатое наступление, группа генерала Шерстюка занимает оборону поперек излучины Северского Донца» [147] .
Несколько иначе трактовал причины неудач группы генерала Шерстюка Военный совет юго-западного направления в докладе Сталину по итогам операции: «Оставалась еще возможность прорвать кольцо окружения на чепельском направлении, даже теми силами, которые были выделены в этот период в районе Савинцы (242 сд и две танковые бригады, одна из них неполнокровная).
Противник, растянув свою 14-ю танковую дивизию и 60-ю мотодивизию на широком фронте, и 22.5 имел слабую плотность в районе Чепель, Гусаровка. Но организация этого удара была проведена крайне неудовлетворительно со стороны командования 38-й армии, которому этот удар был поручен.
Выделенная группа генерала Шерстюка не имела никаких средств управления, и, по существу, эту группу составлял в единственном числе генерал Шерстюк. Только позднее для него, и то после неоднократных настойчивых требований, командование 38-й армии выделило несколько штабных командиров. Кроме того, командование и штаб 242-й стрелковой дивизии оказались совершенно несостоятельными к проведению порученной операции. Введенная в бой с хода 242 сд оставила половину своего оперативного штаба (оперативного отделения штаба. – Авт .) и тылы за 30–40 км от линии фронта и в первые дни операции оказалась без надлежащего управления, боеприпасов и питания.
Приходилось принимать ряд мер по розыску и доставке в войска боеприпасов случайными транспортами 6-й армии в районе Савинцы.
В результате всех принятых мер удалось лишь занять относительно крепко оборону частями 242-й дивизии, 64-й и 114-й танковых бригад по линии высот восточнее Червоная Гусаровка, Гусаровка, Волобуевка и в районе Чепель, Ветровка. Опергруппа генерала Шерстюка в том виде была неспособна, и требовалось время для детальной организации намеченного наступления» [148] .
Таким образом, командующий 38-й армией считал основной причиной неудачи то, что 3-я и 15-я танковые бригады из резерва фронта не поддержали группу Шерстюка. Тимошенко, Хрущев и Баграмян ссылаются на плохую организацию действий группы, слабое управление и вообще не упоминают о фронтовом резерве (иначе пришлось бы признать собственные упущения). Тем не менее обе стороны сходятся в том, что наличных сил для выполнения поставленной задачи у Шерстюка было явно мало. И это главное. Были недостатки, отмеченные у Москаленко и в документе Военного совета направления. Все это, вместе взятое, и предопределило срыв попытки деблокады. И, разумеется, не последнюю роль сыграли энергичные и эффективные контрмеры, предпринятые противником. Оба свидетельства их обходят.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145
