Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 76
Северо-восточнее по западному берегу Волги спешно строились еще две железнодорожные ветки: Сызрань – Саратов и далее от Саратова до Петрова Вала. Одновременно с этим на юге была спешно введена в строй еще одна, почти 350-километровая, железнодорожная ветка Кизляр – Астрахань. Однопутную линию проложили по берегу Каспийского моря с целью ускорить вывоз грозненской нефти в центральные районы СССР. Поскольку мост через Волгу в Астрахани построить еще не успели, пришлось организовать здесь паромную переправу, а затем и наплавной железнодорожный мост[102].
Тем временем удары авиации следовали каждый день. 15 августа, около 7.00 по берлинскому времени, «Хейнкели» из II./KG27 совершили налет на железнодорожную линию Поворино – Иловля. При этом 6-я эскадрилья атаковала станцию Фролово, а 5-я эскадрилья – станцию Раковка. «Хейнкели» были атакованы восьмеркой И-16, и в результате два Не-111Н-6 – «1G+FP» и «1G+JN» – получили попадания, два члена их экипажей – оберефрейтор Курт Jlayэр и унтер-офицер Вилли Хей – были ранены. Тем не менее в 10.25 все самолеты благополучно приземлились в Кутейникове. Согласно немецким данным, огнем бортстрелков были сбиты два истребителя. На следующий день группа совершила налет на железнодорожную станцию Михайловка. Бомбардировщики снова встретились с советскими истребителями, и на Не-111Н-6 «1G+KM» из 4-й эскадрильи был ранен бортмеханик оберфельдфебель Ханс Хаас.
20 августа «Хейнкели» из II./KG27, взлетев с аэродрома в Кутейниково и преодолев расстояние в 450 километров, атаковали железнодорожную линию Иловля – Камышин. При этом Не-111Н-6 «1G+HP» из 6-й эскадрильи был сбит огнем зенитной артиллерии и упал в 6 километрах северо-восточнее Иловли. О дальнейшей судьбе пяти членов его экипажа во главе с фельдфебелем Фритцем Гарбенсом ничего не известно, и они считаются пропавшими без вести.
На следующий день налет повторился. На сей раз «Хейнкели» были атакованы группой из 8–10 истребителей МиГ-3, которым удалось обстрелять бомбардировщик лейтенанта Эдуарда Скрципека из V./KG27. В результате пилот и штурман унтер-офицер Эрнст Гольдхаммер получили ранения, однако им все же удалось оторваться от преследователей и вернуться на аэродром.
22 августа бомбардировке подверглась железнодорожная линия Балашов – Камышин. В результате были частично разрушены станции Глань и Самойловка. «Хейнкели» из III./KG27 сбрасывали бомбы с малой высоты, и в результате один самолет был сильно поврежден зенитным огнем, но все же смог дотянуть до аэродрома в Курске и благополучно приземлиться[103]. А 3-я эскадрилья рано утром атаковала стацию Арсеньевка. «Машины были загружены бомбами всех калибров до 1000 кг, и мы летели на большой высоте, потому что ожидали сильную оборону важного объекта, – писал Ханс Райф. – Ничего подобного! Прибыв в пункт назначения, мы поняли, что важная станция состояла из домика железнодорожной охраны и путевых работников, расположенной на прямой линии и без каких-либо поселений вдоль и поперек».
Помимо железных дорог с 8 по 22 августа «Хейнкели» KG27 бомбили советские переправы через Дон, а также совершили 7 налетов на плацдарм в районе Петропавловской.
«Отобьемся, а от торпед уклонимся…»
После взятия Севастополя Авиационное командование «Зюд» лишилось большей части своих подразделений. 15 июля в его состав входили лишь две авиагруппы бомбардировщиков (III./LGl, I/KG100 «Викинг»), одна торпедоносная (II./KG26 «Лёвен»), одна истребительная группа (III./JG77), две разведывательные эскадрильи, два зенитных полка и спасательного отряда гидросамолетов. Также Вилду оставили несколько Ju-87 из учебно-боевой Erg.Gr./StG77.
16 июля 24 Не-111 I./KG100 и II./KG26 совершили налет на Поти. Летчики доложили о попадании в тяжелый крейсер бронебойной бомбой РС1400 и повреждении еще нескольких кораблей. При этом зенитным огнем было сбито два «Хейнкеля».
Между тем советское командование в конце июля стало опасаться форсирования вермахтом Керченского пролива. Того самого, через который еще недавно, наоборот, осуществлялось снабжение войск, сражавшихся в Крыму. Воздушная разведка зафиксировала скопление войск на востоке полуострова, а также постоянные транспортные перевозки к Керчи. В портах скапливались десантные баржи и катера.
Советские бомбардировщики, базировавшиеся на Кубани, совершали регулярные налеты на Крым. Их основной целью было именно сорвать подготовку немцев к форсированию пролива. Налеты проводились в течение всего июля, но наиболее успешным оказался авиаудар днем 30 июля, когда 24 Ил-4 в сопровождении 100 истребителей нанесли авиаудар по Керчи. В результате на железнодорожной станции было уничтожено 22 вагона с боеприпасами, а также один грузовик с пехотой. При этом немецкие зенитчики сбили только один И-16 и один Ил-4.
Командование сформированного 28 июля Северо-Кавказского фронта поручило Черноморскому флоту уничтожать десантные баржи и катера в гаванях Крыма, а также разрушать сами портовые сооружения.
Между тем флот был уже совсем не тот, что в начале войны и даже накануне решающей битвы за Севастополь. К началу августа 1942 года было потеряно уже 12 подводных лодок, 2 минных заградителя, 12 тральщиков, 9 эсминцев, 2 лидера, крейсер, множество вспомогательных судов и транспортов. Еще несколько крупных кораблей были повреждены и находились в ремонте. В связи с этим Отряд легких сил был расформирован, а оставшиеся в нем пять кораблей вошли в состав эскадры под командованием вице-адмирала Л.A. Владимирского. Ее главной силой была бригада из четырех крейсеров: «Ворошилов», «Молотов», «Красный Кавказ» и «Красный Крым», которой командовал контр-адмирал Н.Е. Басистый.
1 августа Владимирский приказал крейсеру «Молотов» и лидеру «Харьков» в ночь на 3-е число выйти из Туапсе, скрытно подойти к Керченскому полуострову и нанести артиллерийские удары по порту Феодосии и причалам в бухте Двуякорная. За полчаса до этого по объектам должна была нанести удар авиация.
У контр-адмирала Басистого и флагманского штурмана бригады крейсеров Бориса Петрова сразу же возникли сомнения в целесообразности подобного рейда. В первую очередь по причине невозможности обеспечить внезапность. В ночь на 31 июля Феодосию уже бомбили и обстреливали с моря тральщики, а на следующую ночь, опять же после предваряющего авиаудара, Двуякорную бухту атаковали торпедные катера. И всякий раз около полуночи. Шаблон был налицо. Вице-адмирал Владимирский даже обращался к командующему флотом с просьбой отменить поход ввиду его чрезмерной рискованности. Однако адмирал Октябрьский оставил приказ в силе. Фронт стремительно подходил к Кавказу, и флот был обязан что-то делать. Ведь при худшем сценарии последующих событий корабли вскоре могли вообще не понадобиться…
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 76
