рабочем состоянии и, главное, непрерывно действовать с завязкой боя. В течение нескольких дней штаб фронта проводил учебные тревоги по поддержанию устойчивой связи со всеми соединениями и частями, пока не была достигнута необходимая надежность всех ее звеньев.
Выполняя задуманное, командующий фронтом избрал местом своего командного пункта незаметный населенный пункт в селе Власиха, недалеко от Перхушково, по Можайскому шоссе, расположенный на удалении 25 километров от переднего края и на таком же удалении от Москвы, где на то время определялось направление главного удара врага, и командиры всех рангов сразу поняли – дальше отступать нельзя. А командные пункты командармов Жуков приказал расположить вблизи Волоколамского, Можайского, Малоярославецкого и Калужского шоссе, и на этих направлениях сосредотачивать основные усилия армий. Близкое расположение штаба фронта к переднему краю встревожило Верховного Главнокомандующего т. Сталина, и он посоветовал Г. Жукову разместить его поближе к Москве, на что командующий фронтом ответил, что он не сдвинет его с места и что он потребовал от командиров всех рангов приблизить свои командные пункты к противнику, чтобы лучше и грамотнее управлять боем. Так в маленьком, незначительном на первый взгляд факте создавалась крепость обороняющихся войск на подступах к Москве, фундамент которой закладывал сам командующий фронтом. Он непрерывно требует от всех подчиненных изучать противника, искать в его рядах слабые места и атаковать, атаковать, атаковать… Он лично инструктирует командира танковой бригады полковника Катукова громить врага из засад и, даже отступая, устраивать ему новые засады, закапывая танки в снег, часто меняя позицию для обстрела. 13 октября под Боровском советские танки Т-34 и КВ раздавили немецкие противотанковые батареи и пошли на запад. Враг с трудом восстановил положение, бросив на наступающих пикирующие бомбардировщики.
13 октября 1941 г. во всех частях Западного фронта был зачитан приказ нового командующего:
«Командование фашистских войск, обещавшее в одну неделю взять Ленинград, провалилось с этим наступлением, погубив десятки тысяч своих солдат. Наши войска заставили фашистов прекратить предпринятое наступление.
Теперь, чтобы оправдать этот провал, фашисты предприняли новую авантюру – наступление на Москву. В это наступление фашисты бросили все свои резервы, в том числе необученный и всякий случайный сброд, пьяниц и дегенератов.
Наступил момент, когда мы должны не только дать отпор фашистской авантюре, но и уничтожить брошенные в эту авантюру резервы.
В этот момент все как один, от красноармейца до высшего командира, должны доблестно и беззаветно бороться за свою Родину, за Москву.
Трусость и паника в этих условиях равносильны предательству и измене Родине.
В связи с этим приказываю:
1. Трусов и паникеров, бросающих поле боя, отходящих без разрешения с занимаемых позиций, бросающих оружие и технику, расстреливать на месте.
2. Военному трибуналу и прокурору фронта обеспечить выполнение настоящего приказа.
Товарищи красноармейцы, командиры и политработники, будьте мужественны и стойки.
НИ ШАГУ НАЗАД! ВПЕРЕД ЗА РОДИНУ!
Жуков, Булганин».
Нужно было остановить наступательный порыв группы армий «Центр», выиграть время, дать возможность руководству страны подтянуть к столице резервы. Разгадав замысел врага и тактику действий его подвижных соединений, Г. Жуков, в отличие от своих предшественников, начал выстраивать на главном направлении наступления немцев такую оборону, в которой система противотанковой обороны возрастала в 8-10 раз, по сравнению с началом войны, за счет ослабления ее на второстепенных участках. Выстраивать сплошную оборонительную позицию, как это делалось в Первую мировую войну, не было времени, а главное, не хватало необходимых для этого сил. Поэтому Жуков приказывает создавать систему опорных пунктов и узлов сопротивления (на взвод – роту – батальон) с применением ДОТов, ДЗОТов и использованием населенных пунктов, где все постройки приспосабливались к обороне. Для укрепления ближних подступов к Москве 12 октября Государственный комитет обороны принял решение о строительстве непосредственно в районе столицы оборонительных рубежей. Главный рубеж строился в форме полукольца в 15–20 км от Москвы. Городской рубеж проходил по окружной железной дороге. Вся система обороны на ближних подступах к столице получила наименование Московской зоны обороны, которую возглавил генерал Артемьев. Чтобы повысить противотанковую устойчивость обороны войск, по приказу генерала Г. Жукова во всех частях и соединениях армий Западного фронта были созданы и эффективно действовали для борьбы с танками мобильные противотанковые отряды, что в условиях недостатка сил имело исключительно важное значение. В каждом стрелковом полку такой отряд включал в свой состав стрелков, расчеты противотанковых ружей и отделение саперов. В каждой дивизии – по два таких отряда, каждый из которых имел в своем составе несколько стрелковых подразделений, батарею 45‑мм или 76‑мм противотанковых пушек и взвод саперов с противотанковыми минами. Как и в Ленинграде, Жуков взял часть зенитных орудий из московской зоны обороны и направил их в войска для борьбы с танками противника. Жуков широко маневрировал и другими средствами. Так, 13 октября, с прорывом крупных сил противника в районе Калуги, он смело снял с менее опасных участков и направил в район Наро-Фоминска и Серпухова четыре дивизии. В результате в полосах 33‑й и 43‑й армий прорывы противника были ликвидированы и его наступление остановлено. Но когда создалась угроза прорыва на Волоколамском направлении, а нужных резервов в тот момент не оказалось, командующий фронтом бросил против группировок противника почти всю свою авиацию (свыше 400 самолетов), в результате наступление войск противника на этом направлении было сорвано. По наиболее опасным группировкам противника был нанесен ряд контрударов, широко применялись контратаки и другие активные действия в соединениях. Таким образом, если в предыдущих наступательных операциях гитлеровским войскам удавалось продвинуться на сотни километров, то в октябрьском наступлении им удалось вклиниться в оборону на глубину до 20–70 км. Его ударные группировки были ослаблены и понесли большие потери.
Вступив в должность командующего фронтом, Г. Жуков активизировал действия всех разведывательных частей и подразделений фронта и потребовал от них нацеленности на постоянное выявление направлений действий главных группировок врага. Он лично ставил задачи разведывательной авиации, в деталях отслеживая ее результаты; туда, где по его мнению, обозначалась угроза наступления врага, направлял разведывательные группы и требовал своевременного представления агентурных данных и данных, представляемых партизанами. Он приказывал командирам всех рангов, чтобы «все части противника перед своим участком обороны взять на учет, следить за ними, проверять каждую ночь его группировку ночными поисками, изучать стойкость врага в боях, знать его командный состав и вести примерный учет потерь данной части врага»159. Однако обстановка с каждым днем не становилась лучше, и к середине октября угроза захвата врагом столицы с ходу обозначилась все острее. Не встречая сильного сопротивления, подвижные войска вермахта каждый день овладевали новыми рубежами на пути к главной
